На информационном ресурсе применяются рекомендательные технологии (информационные технологии предоставления информации на основе сбора, систематизации и анализа сведений, относящихся к предпочтениям пользователей сети "Интернет", находящихся на территории Российской Федерации)

Свежие комментарии

  • Давид Смолянский
    Что значит как справляются!? :) С помощью рук! :) Есть и др. способы, как без рук, так и без женщин! :) Рекомендации ...Секс и мастурбаци...
  • Давид Смолянский
    Я не специалист и не автор статьи, а лишь скопировал её.Древнегреческие вазы
  • кира божевольная
    всем доброго дня! не могли бы вы помочь с расшифровкой символов и мотивов на этой вазе?Древнегреческие вазы

Давид Эйдельман. "Как прикрытье используем павших".Войны памяти в кольце обид (2 статьи).



Давид Эйдельман."Как прикрытье используем павших". Сейм Польши 26 января принял поправки к закону об Институте национальной памяти.

Согласно новому закону:
1) Вводятся штрафы и тюремные сроки до трех лет за публичные заявления о причастности поляков к Катастрофе европейского еврейства в годы Второй мировой войны.


2) Под запрет попадают некоторые словосочетания. Например: «польские лагеря смерти». Это связано с безграмотным словоупотреблением, когда лагеря смерти, оставшиеся на польской территории называют польскими, а не немецкими.
3) Наказание в виде штрафов и тюремных сроков также предусмотрено за отрицание преступлений украинских националистов против поляков.
4) Действие закона распространятся как на граждан Польши, так и на иностранцев. При этом неважно, где они находились в момент произнесения фразы.

5) От уголовного наказания будут освобождены ученые (прежде всего: историки) и деятели культуры.
Сейм Республики Польша

Восточноевропейский комплекс
Рассмотрим по пунктам. То, что любое утверждение о причастности поляков к массовому уничтожению евреев, о связи поляков с Холокостом будет преследоваться в судебном порядке — это проявление одной из тенденций, которая распространена сейчас не только в Польше, но и во всей Восточной Европе. Суть этой тенденции — видеть себя только жертвами, но не участниками событий или соучастниками преступлений. Как говорится в заявлении мемориального центра памяти жертв Катастрофы «Яд Вашем»: новый закон «затуманивает историческую правду в том, что касается поддержки, которую немцы получали от польского населения во время Холокоста».
Сейм Республики Польша

«Польские лагеря смерти»
При этом «Яд Вашем» признал, что термин «польские лагеря смерти» вводит в заблуждение. Самый громкий скандал с подобным словоупотреблением связан с недалеким, невежественным и не очень умным бывшим руководителем ФБР Джеймсом Коми, когда Washington Post опубликовал выдержки из речи, с которой директор ФБР выступил на торжественном обеде в Мемориальном музее Холокоста. В своей речи директор ФБР говорил, что считает Холокост самым значимым событием в человеческой истории, поскольку это было самое ужасное проявление бесчеловечности в мировой истории. «Но это также было самое ужасное проявление нашей способности к злу, нашей нравственной капитуляции» — заявил Джеймс Коми. Говоря о нравственной капитуляции и потворстве злу, Коми сказал: «Убийцы и их сообщники в Германии, Польше и Венгрии и во многих других странах не считали в глубине души, что совершают преступления. Они убедили себя, что это правильно, что они должны это делать. Вот чем занимались люди. И это должно пугать нас по-настоящему». Польша тогда натурально возмутилась словами директора ФБР. Как это: поляки помогали убивать евреев? Президент Польши Бронислав Коморовский заявил, выступая по телевидению, что подобные высказывания являются оскорблением тысяч поляков, которые помогали евреям.
Безусловно, в плане ответственности за Холокост поляков нельзя ставить в один ряд с немцами. В результате директору ФБР пришлось самому извиниться в личном письме послу Польши в США Рышарду Шнепфу, которое и было передано ему лично в руки. Копия документа размещена на сайте МИД Польши. «Я сожалею, что в своем выступлении связал Германию и Польшу, так как Польша на самом деле была оккупирована Германией. Польское государство не несет никакой ответственности за ужасы, которые творили нацисты», — говорится в тексте.

Волынская резня
Украинские националистические группировки, сотрудничавшие с Третьим Рейхом, официально признаются преступными. Этот пункт — причина того, что этот закон получил бурную поддержку в России. Российская пресса пестрит заголовками:
Сейм Польши принял закон о запрете пропаганды «бандеровской идеологии».
В Польше будут сажать отрицающих «преступления бандеровцев».
Варшава разъяснила закон о наказании за отрицание преступлений бандеровцев.
Польша запретила «бандеровскую идеологию».
Бандера вне закона.
МИД Украины обеспокоен польским законом о запрете бандеровской идеологии.
И так далее.
Уже два года назад в Польше было принято законодательное решение, что правовые нормы будут защищать память поляков, ставших жертвами этнических чисток, которые проводили украинские боевики. На Волыни, оккупированной немецкими войсками, были зверски истреблены более 100 тысяч человек. Это делалось не немцами. Это делали украинские националисты.
Последние 14 лет Польша разрывается в своем отношении к украинскому национализму. С одной стороны, они не могут не симпатизировать его антироссийской направленности. С другой стороны, у поляков не может на вызывать отвращения попытка обелить и глорифицировать преступления украинских пособников Гитлера.

На памятнике жертвам геноцида ОУН-УПА в Вроцлаве есть: «ЕСЛИ ЗАБУДУ О НИХ, ТЫ, БОЖЕ, ЗАБУДЬ ОБО МНЕ». Поляки могут сколько угодно неприязненно относиться к России. Но они добрые католики.
Кого будут наказывать?
Кого будут наказывать по новому польскому закону? По идее любого блогера, который когда-либо написал что-то о польских помощниках нацистов в преступлениях Катастрофы — по приезде в Польшу может ожидать арест. Даже если написал он этот пост, сидя в Израиле или в США.
Указано, что закон не распространяется на научные или художественные работы. Но тут проблема. А если писатель или ученый, кроме романа или текста диссертации высказал свои идеи в интервью?! А если блогер в ЖЖ в форме маленькой поэмы рассказал о том, что массовое уничтожение евреев в оккупированной Польше не было бы возможно без сотрудничества местного населения? На суде будет разбираться художественная ценность этого произведения.
А если просто процитировал стихи великого польского поэта Чеслава Милоша «CAMPO DI FIORI»? Как во время подавления восстания в Варшавском гетто за его заборам работала карусель, и не прекращались городские гулянья, несмотря на мешающие звуки залпов?

«В Варшаве, у карусели,
В погожий весенний вечер,
Под звуки польки лихой.
Залпы за стенами гетто
Глушила лихая полька,
И подлетали пары
В весеннюю теплую синь.

А ветер с домов горящих
Сносил голубкaми хлопья,
И едущие на карусели
Ловили их на лету.
Трепал он девушкам юбки,
Тот ветер с домов горящих,
Смеялись веселые толпы
В варшавский праздничный день».

(
Перевод с польского Натальи Горбаневской)

Или стихи Александра Аронова:
«Когда горело гетто,
Когда горело гетто,
Варшава изумлялась
Четыре дня подряд.
И было столько треска,
И было столько света,
И люди говорили:
— Клопы горят
»

Александр Аронов «Гетто. 1943 год»
Здание Юденрата в ВаршавеЗдание Юденрата в Варшаве

Столкновение нарративов
У Владимира Высоцкого в одной из военных песен есть строчка: «Как прикрытье используем павших». Этой строкой лучше всего можно охарактеризовать использование исторических трагедий в целях актуальной политики.
Нарратив — это способ рассказывания о событии. Есть национальные исторические нарративы.
Понятное дело, что способ рассказывание об одних и тех же исторических событиях в разных странах может быть не только разным, но и диаметрально противоположным. То же с оценкой исторических деятелей и явлений. Ведь почти каждый национальный нарратив пытается доказать, что «Наша мама — лучше всех». Особенно если речь идет о нациях, которые не очень довольны своей историей, чувствуют себя обиженными.
Исторический нарратив, который становится орудием актуального парламентского законодательства — называют ПОЛИТИКОЙ ПАМЯТИ. В последнее время усилия законодателей восточноевропейских стран в этой области просто зашкаливают. И чем больше стараются депутаты, тем больше страны враждуют друг с другом.
Польша и Россия
Россия обычно плохо реагирует на польскую политику памяти, поскольку Польша видит в СССР соучастника нацистской Германии в развязывании Второй мировой войны и разделе Польши. Поляки упрекают:
1) Советский Союз подписал с Гитлером акт о ненападении.
2) Замарался экономическим сотрудничеством с Гитлером.
3) Воспользовался гитлеровской агрессии соседней страны, чтоб увеличить свою территорию.
Российские историки отвечают, что Польша была первым государством, которое признало Гитлера. Если «Договор о ненападении между Германией и Советским Союзом» был подписан 23 августа 1939 года, то Польша подобный договор подписала за пять с половиной лет до этого. 26 января 1934 года Польша и Германия подписали Пакт о ненападении сроком на 10 лет. 4 ноября 1935 года Польша и Германия подписали Соглашение об экономическом сотрудничестве. Помимо этого, Польша также подписала отдельное соглашение с министерством пропаганды Геббельса об отказе от враждебных по содержанию публикаций в печати, а также программ на радио и кинофильмов. Воспользовавшись гитлеровским поглощением Чехословакии, Польша отхватили себе Тешинскую Силезию. Польские переговоры о партнерстве с Гитлером велись даже в 1939 году, когда польское правительство обсуждало с немецким планы совместного нападении на СССР.
Короче, у российских историков и политиков есть длинный перечень контраргументов и ответных упреков. Но когда речь идет об осуждение украинских националистов, которые во время войны совершили преступления против человечности, Россия радуется каждому польскому решению, как открытию второго фронта
Польша и Украина
Украина обычно возмущается тем, что Польша дает только «одностороннюю трактовку исторических событий».
Сейчас в заявлении министерства иностранных дел Украины говорится, что Польша продолжает политизировать «трагические страницы совместного исторического прошлого». Можно подумать, что Украина этим не занимается?!


Интервью с руководителем польской Региональной партии Болеславом Борисюком

Польша и Холокост
Выступил 27 января на церемонии в Освенциме в День памяти жертв Холокоста премьер-министр Польши Матеуш Моравецкий напомнил, что нацисты казнили поляков за помощь евреям.
Но за это же казнили и украинцев, которые помогали евреям, и белорусов, и чехов. И представителей других народов.
Фотография из рапорта Юргена Штропа, руководившего подавлением восстания в Варшавском гетто. Оригинальная подпись гласила: «Силой извлеченные из убежища».
Конечно, навечно покрыты славой польские Праведники народов мира, которые спасали евреев. И среди Праведников мира, которые спасли евреев во время войны поляков действительно было больше, чем представителей любого другого народа. Но и евреев в Польше было больше, чем в другой оккупированной стране.
В уничтожении евреев в Польше активное участие принимали сами поляки — как коллаборационисты, так и польские националисты, которые вроде бы сопротивлялись нацистам. Польский ученый Станислав Музиаль утверждает, что во время немецкой оккупации многие поляки верили в наличие у Польши двух врагов — внешнего (немцы) и внутреннего (евреи). Иными словами, не было изначального противоречия между польским патриотизмом и участием в кампании по очищению Польши от евреев. Радикальные антисемитские проявления на государственном уровне в Польше начались задолго до её оккупации Гитлером. И не закончились с освобождением Польши от нацистской оккупации.
Есть поразительная книгаамериканского историка польско-еврейского происхождения Яна Томаша Гросса «Соседи. История уничтожения еврейского местечка» о массовом уничтожении евреев поляками в небольшом городке Едвабне под Белостоком 10 июля 1941-го года. Сначала их убивали поодиночке – палками, камнями, мучили, отрубали головы, оскверняли трупы. Потом около полутора тысяч оставшихся в живых были загнаны в огромный сарай и сожжены живьем. Долгое время считалось, что погром совершили немецкие каратели, однако Гросс доказал, что погромщики были поляками. Погром был совершён местными жителями без немецкой помощи.
Очки убитых в Освенциме

Понятно, что решение Сейма Польши вызвало бурную реакцию и в Израиле. Причем, как среди еврейских депутатов, так и арабских, которые моментально назвали новый польский закон «польской версией закона о Накбе».
Но об этом и об израильском восприятии Катастрофы мы расскажем в следующей статье.
https://relevantinfo.co.il/...
Войны памяти в кольце обид - relevant
Сейм Республики Польша

Давид Эйдельман. Войны памяти в кольце обид. Великий древнеримский историк Публий Корнелий Тацит требовал от науки о прошлом вещать «Sine ira et studio» — то есть «без гнева и пристрастия» или «без ненависти и усердия».
В самом начале «Анналов» Тацит пишет: «Деяния Тиберия и Гая, а также Клавдия и Нерона, покуда они были всесильны, из страха пред ними были излагаемы лживо, а когда их не стало — под воздействием оставленной ими по себе еще свежей ненависти. Вот почему я намерен, в немногих словах рассказав о событиях под конец жизни Августа, повести в дальнейшем рассказ о принципате Тиберия и его преемников, без гнева и пристрастия…».
MURPHY(1829) p008 Cornelius Tacitus.jpg
С тех пор считается, что история должна избрать эти слова своим девизом и руководящим принципом. Но злые языки говорят, что и сам Тацит далеко не всегда следовал этому принципу. В отношении выродков династии Юлиев ничего, кроме пристрастия и гнева, не источал.
«Наши» и разнообразные их противники
Очень трудно писать об истории, не поддаваясь любви и не зная ненависти, не уподобляясь хулителям и льстецам. Историческая память — неизменная алгебраическая формула, в которой есть «Наши» и разнообразные их противники.
Надпись «Sine ira et studio» присутствует на здании Ивано-Франковского местного суда на улице Грюнвальдской в г. Ивано-Франковск, Украина. Такая же надпись есть на гербе факультета журналистики Львовского национального университета журналистики имени Ивана Франко.
Но кто может говорить о судьбе того же Львова или Ивано-Франковска во время войны без гнева и пристрастия? Русские историки? Даже если они не оправдывают договор между Молотовым и Риббентропом? Украинцы, которые осуждают позорный пакт между СССР и Германией, но видят в оккупации Западной Украины возвращение исконных земель? Поляки, для которых потеря Львова и других областей — это до сих пор страшнейшая травма?
Войны памяти в кольце обид - relevant

Без гнева о Катастрофе?!
Нельзя ожидать беспристрастного разговора о Катастрофе европейского еврейства и от израильских политиков, даже если они чуть пограмотнее Яира Лапида, который, как всегда, наговорил кучу несуразностей и об истории, и о географии.
Президент Ривлин заявил: «Еврейский народ, Государство Израиль и весь мир должны знать правду о страшных событиях Катастрофы. Среди польского народа были те, кто участвовали в совершении этих преступлений. Правда об этих преступлениях должна быть известна всем».
Для Ривлина это принципиальный вопрос. Полтора года назад, прибыв в Киев, в дни 75-летия расстрела в Бабьем Яру, он говорил в Раде об участии в преступлениях Холокоста украинских националистов, чем вызвал их возмущение (несколько депутатов даже покинули лобби парламентской дружбы между Израилем и Украиной).
Но президент Израиля считает, что тема Катастрофы — это не та вещь, где правдой можно поступиться ради дружеских улыбок и дипломатических рукопожатий.
Войны памяти в кольце обид - relevant
Официальный протест
Премьер-министр Израиля заявил, что закон является бессмысленным: «Закон абсурден, я категорически против этого закона. Невозможно изменить историю и нельзя отрицать Холокост. Я поручил послу Израиля в Польше сегодня же вечером выразить израильскую жесткую позицию против».
Посол Израиля в Польше Анна Азари, выступая 27 января на памятном мероприятии в годовщину освобождения Освенцима советскими войсками, заявила, что в Израиле «новый закон рассматривают как невозможность говорить правду о геноциде».
«Правительство Израиля хотело бы сохранить полную свободу в дискуссии об истории Холокоста. Мы должны помнить, что многие уцелевшие и их семьи с болью вспоминают те события. Они помнят и тех, кто им помогал, и тех, кто боялся помогать, и, к сожалению, тех, кто добровольно сотрудничал с нацистами» — сказала Анна Азари.
Министерство иностранных дел Израиля официально заявило, что еврейское государство выступает против этого законопроекта.
Войны памяти в кольце обид - relevant
«Мы выступаем против нового закона»
«Мы выступаем против нового закона, который может нанести ущерб историческим истинам в отношении помощи, которую немцы получали от польского населения во время Холокоста. «Яд Вашем» продолжит поддерживать исследования, направленные на раскрытие сложной истины, касающейся отношения польского населения к евреям во время Холокоста. Ограничения на заявления учеными или другими лицами о прямом или косвенном участии польского народа в преступлениях, совершенных на его земле во время Холокоста, являются серьезным искажением исторической правды» — говорится в заявлении мемориального комплекса «Яд Вашем».
Министр просвещения Нафтали Беннет распорядился посвятить на этой неделе два часа в школах изучению истории участия народов Европы, в том числе поляков, в уничтожении евреев в ходе Второй мировой войны.
Войны памяти в кольце обид - relevant
В реакции на введение в Польше уголовного наказания за обвинения поляков в пособничестве нацистам было трогательное единодушие оппозиции и коалиции.
Лидер оппозиции Ицхак Герцог заявил: «Я обращаюсь к премьер-министру и министру иностранных дел Израиля Биньямину Нетаниягу с требованием отозвать посла Израиля в Польше для проведения консультаций относительно принятого в Польше закона. С нашей точки зрения — закон недопустим».
Сопредседатель Сионистского лагеря, лидер партии Ха-Тнуа Ципи Ливни: «Принятый в Польше закон — попытка отрицать исторические факты и соучастие части поляков в Катастрофе. Этот закон не только не смывает мрачных пятен прошлого, но добавляет новое пятно в настоящем. Этот закон — не изменит прошлого, но он опасен для будущего».
«Польская версия закона о Накбе»
Даже арабские депутаты, которые, впрочем, любят бороться с проявлениями юдофобии за пределами Израиля, вместе с еврейскими коллегами, выразили свой протест Польше. Глава Объединенного арабского списка Айман Удэ заявил, что «отрицание Катастрофы – это оправдание самых темных страниц истории». И назвал этот закон «позорным и опасным».
И Ханин Зуаби тоже включилась в борьбу, правда, вывернув все в свою сторону. Сперва заявив, что польский закон — это бегство от ответственности за участие Польши в убийстве миллионов евреев, что подобное решение — это опасный сигнал будущим поколениям, что солидарность с жертвами не имеет никакого значения, если нет однозначного осуждения палачей. Она тут же добавила, что Израиль не имеет морального права осуждать Польшу, так как сам не желает принять на себя ответственность за «военные преступления против палестинцев», а «Польский закон — это всего лишь закон о Накбе в польской версии».
Чужое горе
Нам очень легко с отвращением оттолкнуть Ханин Зуаби, которая попыталась сравнить Холокост с «Накбой». Это сравнение для нас действительно выглядит кощунственно, как уподобление смерти от раковой опухоли поломке ногтя.
Мы осуждаем польских парламентариев, понимая, что поляки одержимы желанием отрицать темные стороны собственной истории, а любое упоминание о нелицеприятных фактах, какими бы обоснованными и доказанными они ни были, вызывает у поляков чувство гнева. Поляки считают себя лишь жертвами Второй мировой. Может быть самыми большими жертвами. Ну ладно, на втором месте после евреев… Польша выставляет себя невинной жертвой раздела между двумя хищниками — Гитлером и Сталиным. Поляки же всегда боролись и с теми и с другими, а во время войны самоотверженно спасали евреев. А если кто-то приводит факты, которые не встраиваются в этот нарратив, то поляки видят себя жертвами и сейчас, над которыми продолжают издеваться злобные злоумышленники.
Войны памяти в кольце обид - relevant
Историки считают, что как минимум 200 тысяч было выдано немцам поляками.
Поляки как-то забывают, что даже после изгнания немцев, после войны, после Победы, с 1945 по 1947 годы в Польше были убиты и ограблены тысячи евреев, а по всей стране бушевал антисемитизм.
Одна из причин столь нервной реакции на обвинения в соучастии в Холокосте заключается в… распространенном в Польше страхе, что евреи и Израиль могут предъявить полякам счет — требования финансовой компенсации.
Польский публицист Якуб Бежиньский пишет: «В рамках общепринятого дискурса роли разделены очень четко: одетый в черный мундир эсэсовец убивает застывшего от страха еврея. Для нас, поляков, написана роль немого свидетеля, парализованного масштабом и жестокостью этого преступления. Но что произошло с имуществом трех миллионов польских граждан еврейской национальности? Оно растворилось? Какую его часть немцы были способны вывезти в Рейх? Что помимо произведений искусства, драгоценностей и золота им было выгодно забирать? Что произошло с остальным? Три миллиона людей — это довольно много, и были это в основном ремесленники, торговцы и мещане: городское население, поколениями накапливавшее капитал. Все пропало? Вместе с трактирами, квартирам, домами, заводиками? Немцы вывезли?».


Руководитель польской Региональной партии Болеслав Борисюк сказал мне в интервью, что в польских панических слухах даже называется сумма, которую евреи якобы хотят вытребовать у поляков, — 60 миллиардов долларов.
Кольцо обид
У Солженицына (в его далеко не беспристрастном описание двухсотлетней истории сложнейших русско-еврейских взаимоотношений) есть такое выражение «кольцо обид». То есть кольцо, где трудно найти, где начало, а где конец. Кольцо в том смысле, что — это замкнутая линия. Обвинения друг друга и самооправдания — идут по кругу. И никто не может остановиться. Только продолжают приводить доводы самооправдания и аргументация против.
Так вот, чтобы разорвать «кольцо обид», нужно тянуть за него с двух сторон, и оставить наши извечные претензии на монополию только своей правоты и только своих страданий…
Политика памяти, связанная со Второй мировой войной, всё чаще превращается в войны памяти. И эти войны разобщают народы.
И если любая страна хочет быть услышанной, то она должна понять и чужое горе, чужую непреходящую боль, чужие заслуги, подвиги, цену, которая была заплачена за Победу.
И говоря о Второй мировой войне нам, евреям и израильтянам, ни в коем случае нельзя вытаскивать Холокост из контекста истории. В частности, когда мы говорим о Польше.
В Польше за годы воны погибло шесть миллионов человек. Из них три миллиона евреев и три миллиона поляков. 1939 по 1945 год не менее 1,5 миллионов польских граждан были депортированы в Германию на принудительные работы. В ходе операции «Tannenberg» были убиты тысячи польских интеллигентов и католических священников, которых гитлеровцы считали идеологически опасными. Убиты превентивно. Без всякой вины. Просто за принадлежность к польской интеллигенции и духовенству.
Кроме еврейской Катастрофы нацисты устроили геноцид цыган. Убивали и уничтожали людей, страдающих психическими расстройствами, чернокожих (включая детей), сексуальные меньшинства. Преследовали масонов и Свидетелей Иеговы.
Говоря о нацистских преступлениях, следует помнить, что речь идет, прежде всего, об уникальности палачей, а не жертв.

Где Польша? Где Россия?
Одним из вопросов, который возникает в связи с этим скандалом — это почему израильские политики так возбудились именно в отношении решения Польского сейма, но как-то не реагируют на более вопиющие вещи в бывших советских республиках, которые став независимыми государствами, выстраивая исторический нарратив, порой прославляют и канонизируют как героев военных преступников, участвовавших в геноциде европейского еврейства?
Связано это с тем, что реакция на суждения или решения — связана не только с ними, но и с отношением к статусу акторов, которые эти суждения произнесли или решения приняли. В обыденной жизни у нас есть референтная группа, чье мнение для нас важно. И те — чье мнение нас не трогает. То же в отношении государств.
Году в 1997 зашел я в один израильский офис, начальник которого добродушный толстяк в вязаной кипе попросил ему помочь передвинуть шкаф. Стали мы этот шкаф толкать: я, он и его секретарша, женщина лет пятидесяти, с которой я часто болтал, дожидаясь внимания её начальника. И тут сверху рухнул огромный том, лежавший на крыше шкафа. Такой томик если бы попал углом в голову, то мог бы вызвать сотрясение или, по крайней мере, здоровую шишку. Но мы с секретаршей резко отпрянули в разные стороны. И книга пролетела между нами.
— Боже мой! — инстинктивно вырвалось у неё.
Я не подозревавший, что дама говорит по-русски, удивленно посмотрел на неё. Она объяснила, что это значит «Элохим шели» по-польски. Я сказал:
— И по-русски…
И мы оба улыбнулись. Но начальник в вязаной кипе удивился: «Эйх зе яхоль лихьот. Эйфо Русия? Ве эйфо Полания?» («Как это может быть? Где Россия и где Польша?»)
Добродушный толстяк по роду своей деятельности к тому времени уже неоднократно бывал и в Польше, и в других восточноевропейских странах, и в бывших советских республиках. Но Польша — в его сознании — находилась где-то в центре Европы, а Россия — на бескрайних азиатских просторах.
То, что израильские политики так резво реагируют на Польшу, но не замечают более вопиющие вещи в бывших советских республиках — связано со статусом этих государств в их сознании, с их знанием географии и истории.
https://relevantinfo.co.il/...

Картина дня

наверх