На информационном ресурсе применяются рекомендательные технологии (информационные технологии предоставления информации на основе сбора, систематизации и анализа сведений, относящихся к предпочтениям пользователей сети "Интернет", находящихся на территории Российской Федерации)

Свежие комментарии

  • Давид Смолянский
    Что значит как справляются!? :) С помощью рук! :) Есть и др. способы, как без рук, так и без женщин! :) Рекомендации ...Секс и мастурбаци...
  • Давид Смолянский
    Я не специалист и не автор статьи, а лишь скопировал её.Древнегреческие вазы
  • кира божевольная
    всем доброго дня! не могли бы вы помочь с расшифровкой символов и мотивов на этой вазе?Древнегреческие вазы

Россия в «Нулевой мировой войне» (2 статьи)

«Нулевая мировая война». Нужна ли была Семилетняя война России?


Иллюстрация Билла Янгхазбенда
Участие России в Семилетней войне и последовавшие за ней события, связанные с убийством императора Петра III и восшествием на престол его жены Екатерины, изрядно мифологизированы. О событиях тех лет традиционно рассказывают буквально следующее. Усиление Пруссии угрожало интересам России. Вступив в войну, российская армия разбила прусские войска, захватила Берлин и присоединила к империи Восточную Пруссию. Однако наследовавший российский трон Петр III – жалкий пьяница и полуидиот, слепо преклонявшийся перед прусским королём Фридрихом II, после смерти императрицы Елизаветы заключил мир, лишивший Россию всех плодов её блестящих побед. Это предательство национальных интересов вызвало огромное возмущение и в обществе, и в армии, что и привело к свержению императора.



Главные вопросы, которые до сих пор не удаётся полностью прояснить – обстоятельства вступления России в Семилетнюю войну и выхода из неё.

Надо сказать, что при изучении вопроса о выходе России из Семилетней войны большую часть информации приходится получать от участников государственного переворота 1762 года. Тогда были смешаны все «карты» и перечёркнуты договорённости, заключённые свергнутым императором Петром III с Фридрихом II.

Екатерина II в своих мемуарах изо всех сил старалась обелить себя, очернив убитого мужа. Дискредитировать Петра III старались также её сторонники и сообщники. Тем не менее, при внимательном изучении документов тех лет мы видим множество противоречий и нестыковок, абсолютно компрометирующих вышеизложенную версию. И в данном случае мы имеем редчайший случай совпадения мнений российских историков, придерживавшихся разных, часто противоположных взглядов на события тех лет: все они признают, что Семилетняя война для России была как минимум необязательной. Нельзя ведь в качестве причины вступления в эту войну всерьёз рассматривать опасения, что в случае победы Пруссия может когда-нибудь, в отдалённом будущем, получить возможность угрожать российским интересам в Европе? Этак можно дойти до признания целесообразности и даже необходимости превентивно нападать на все сопредельные государства – чтобы не дать им «чрезмерно усилиться» через несколько десятков лет. Но в 1757 году никаких выгод для России от поражения Пруссии обрести было невозможно. А вот неприятности, в случае решительной победы союзной России Австрии – вполне реально.

Цели и задачи России в Семилетней войне


Итак, совершенно непонятно: зачем Россия вообще вступила в совершенно ненужную и чужую для неё Семилетнюю войну? Для чего и с какой целью императрица Елизавета положила в чужой земле от 60 до 138 тысяч (по разным данным) русских солдат и офицеров? А заодно – полностью опустошила российскую казну, которая с огромным трудом была наполнена при Анне Иоанновне (редчайший случай профицита государственного бюджета дореволюционной России). Именно стремлением получить хоть какой-то ответ на эти вопросы и можно объяснить такую готовность принять за истину фантастическую версию Екатерины II о предательстве слабоумного императора Петра III. Мол, если бы не он, в составе российского государства оказалась бы вся Восточная Пруссия и Берлин в придачу. Но мы с вами не будем столь легковерными.

Посмотрим, каковы были реальные цели противоборствующих сторон Семилетней войны, которую часто называют «Нулевой мировой». Её называют также «Войной трёх котильонов», то есть нижних юбок (выражение Фридриха Великого). И «Войной трёх баб» – Марии Терезии, Елизаветы и маркизы Помпадур (которая, как говорят, очень обиделась на Фридриха, назвавшего её именем свою собачку).

Коалиции Семилетней войны

Обладательницы «трёх котильонов» – Мария Терезия, Елизавета Петровна, мадам Помпадур

И. Вилле. Аллегория на начало Семилетней войны, гравюра
Австрия хотела вернуть недавно потерянную Силезию. Французы рассчитывали захватить принадлежавший английскому королю Ганновер, а британцы традиционно решили защищать его с помощью мешков с золотом, целая армия которых была направлена прусскому королю Фридриху II. Сами британцы нехорошо посматривали в сторону французских колоний в Северной Америке, Африке, на Карибах и в Индии. У испанцев были давние счёты к англичанам, которые доставляли им много хлопот в Вест-Индии, и к португальцам – традиционным конкурентам на территории Южной Америки. Пруссия желала присоединить Саксонию и часть польских земель. Шведы хотели прусскую Померанию. И только России было абсолютно ничего не нужно в этой войне. У нашей страны в то время даже не было общих границ с Пруссией, и чтобы повоевать с ней, пришлось просить разрешения на проход войск у Речи Посполитой. Посмотрите на карту:

Враги и союзники


У Фридриха II тоже не было никаких причин воевать с Россией. Не было и малейших территориальных либо иных претензий к нашей стране. Более того, Фридрих II относился к России с подчёркнутым уважением. Известно, что, ознакомившись с мемуарами Христофора Манштейна (это бывший адъютант Миниха), он лично вычеркнул из них все места, которые показались ему оскорбительными для нашей страны. Будучи вынужден вести боевые действия на востоке, он приказал фельдмаршалу Гансу фон Левальду после первой же победы вступить с Россией в переговоры о мире – на самых почётных для неё условиях.

Вот что пишет Фридрих II об отношениях Пруссии и России:
«Изо всех соседей Пруссии, Российская империя заслуживает преимущественного внимания... Будущим правителям Пруссии также предлежит искать дружбы этих варваров.»
То есть он не просто желает наладить добрососедские отношения с нашей страной, но и своим наследникам советует искать союза с Россией, предвосхищая тем самым заветы Бисмарка.

Адольф фон Менцель. Фрагмент картины «Концерт для флейты Фридриха Великого в Сан-Суси»
Действительно, после окончания Семилетней войны и вплоть до начала I мировой, отношения между Россией и Пруссией (в конце этого периода – Германской империей) были самыми идиллическими. После наполеоновских войн в германских землях и вовсе установился настоящий культ России. У немецких генералов существовал ритуал целования руки российского императора, который они строго соблюдали – абсолютно добровольно и с большим удовольствием. Во время Крымской войны единственным дружественным России государством Европы была Пруссия. И во время Русско-японской войны хоть какую-то помощь России также оказала лишь Германская империя. Непонятный отказ Александра III и Николая II от традиционных союзных отношений с наследниками Фридриха Великого стал настоящей трагедией для народов России и Германии, и привёл к взаимной гибели двух великих империй.

А как в период Семилетней войны обстояли дела с союзниками? Руководитель «Королевского секрета» Людовика XV маркиз де Брольи писал:
«Что до России, то мы причислили ее к рангу европейских держав только затем, чтобы исключить потом из этого ранга и отказать ей, даже вправе помышлять о европейских делах… Пусть она впадет в летаргический сон, из которого ее будут пробуждать только внутренние смуты, задолго и тщательно подготовленные нами. Постоянно возбуждая эти смуты, мы помешаем правительству московитов помышлять о внешней политике.»
А вот цитата из письма Людовика XV:
«Единственная цель моей политики в отношении России состоит в том, чтобы удалить ее как можно дальше от европейских дел. Все, что может погрузить ее в хаос, прежнюю тьму, мне выгодно.»
А вот откровенная оценка отношений России и Франции от историка XIX столетия Альфреда Рамбо:
«В 1726-1756 гг. Россия уже не только враг наших союзников, но союзник нашего основного врага (Австрии). Лишь одно мгновение, во время Семилетней войны, Россия имела блок с нами против Пруссии, но она была уже державой, опасной сама по себе, нарушительницей европейского равновесия, разрушительницей государств, казавшихся необходимыми для этого равновесия.»
Людовик XVI был совсем неглупым человеком. Он понимал, что настоящим соперником России на Балканах со временем станет именно Австрия. И прямо говорил, что усиление Австрии за счёт Пруссии противоречит интересам России:
«Усилившись прусскими владениями, Австрия получала возможность помериться могуществом с Россией.»
Именно соперничество России и Австро-Венгрии на Балканах привело к началу I мировой войны. Только традиционный союз с Германией мог предотвратить её. Однако Александр III и Николай II вдруг решили дружить с прежними врагами – Великобританией и Францией. Это решение стало роковым и для династии Романовых, и для России.

Итак, никаких внятных причин вступать в войну с Пруссией у Елизаветы не было (по крайней мере, серьёзным историкам они не известны). Но, может быть, сцепиться с пруссаками требовалось, чтобы «насолить» их союзникам – англичанам? Увы, тоже не сходится: никаких поводов для «бодания» с ними у России тогда не было. Пройдёт совсем немного времени после окончания Семилетней войны, и Россия вступит в другую – с Турцией, которая будет длиться с 1768 по 1774 гг. Солдат и офицеров, непонятно за что и зачем погибших при Гросс-Егерсдорфе, Цорндорфе, Куненсдорфе, очень не хватало в действительно важных для нашей страны битвах при Ларге, Кагуле и Козлуджи. Недавний союзник России, Франция, фактически спровоцировала тогда нападение Турции на Россию и в дальнейшем оказывала помощь и польским конфедератам, и османам. А недавний противник, Англия, поддержала движение в Средиземное море эскадры Алексея Орлова, которая потом в битве при Чесме сожгла турецкий флот. Английский посол в Петербурге Чарльз Кэткарт доносил Питту-Старшему:
«Стремление довести до значительных размеров морские силы России может быть выполнено лишь с помощью и содействием Англии, а никак не иначе... Успех России лишь увеличит нашу силу, в случае неуспеха – мы утратим лишь то, чего не могли иметь.»
Потом за границей появится таинственная госпожа Франк. Она была известна также как Шаль, Треймуль, Али Эмете, Бетти из Оберштейна, Алина – принцесса Азова, княжна Володимир, графиня Пиннеберг и графиня Силинская. Никогда не называла она себя лишь «княжной Таракановой». Сейчас эта история кажется почти анекдотом, однако напугала Екатерину II самозванка тогда очень сильно. Конечно, права на российский престол у «внебрачной дочери Елизаветы Петровны» были более чем сомнительными. Проблема была в том, что у ангальт-цербстской принцессы, принявшей в России имя Екатерина, этих прав вообще не было. Об этом все знали – и в России, и за рубежом. И потому на охоту за самозванкой был отправлен страшный человек, всегда добивавшийся своей цели – Алексей Орлов, которого до дрожи в коленях боялась сама Екатерина II (поэтому она и запрещала герою Чесмы возвращаться на родину).

Неизвестный художник. Портрет Алексея Орлова на фоне Чесменского сражения, Эрмитаж
И что мы видим? Недавние союзники в Семилетней войне оказывают всемерную поддержку польским конфедератам, а Пруссия в этом вопросе становится на сторону России. Французские власти активно участвуют в интригах «эмигрантского правительства» Польши, официальные лица королевства встречаются с «претенденткой на российский престол». Они пытались помочь этой авантюристке попасть в Турцию, которая в это время вела войну против России, но не успели. Между тем три английских посланника в Италии изо всех сил стараются помочь Алексею Орлову. Британские послы в Неаполе (Гамильтон, муж знаменитой любовницы Нельсона) и в Ливорно (Джон Дик) сообщают ему о местонахождении самозванки. Английский посланник в Риме Дженкинс оказывает Орлову услугу, оплачивая долги авантюристки: теперь она может отправиться на встречу со своим похитителем – в Пизу. Уже знакомый нам Джон Дик отправляет туда письмо с ложным известием о столкновениях россиян и англичан. Орлов использует его как повод для поездки с самозванкой в Ливорно. Здесь её и захватывают на флагманском корабле русской эскадры «Святой великомученик Исидор». Недавние союзники – французы и австрийцы возмущены «нарушением международного права» и захлёбываются в русофобской истерике. Британцы спокойно принимают корабль с пленницей, который зашёл в Плимут для пополнения запасов.

И снова возникает вопрос: зачем Россия воевала против желавших тогда мира с нашей страной Пруссии и Англии? И почему она выступила на стороне столь вероломных и лицемерных «союзников», как Франция и Австрия? Да, русские армии побеждали войска великого полководца Фридриха II. Но зачем? Нам ведь, в сущности, предлагают гордиться тем, что на протяжении нескольких лет Россия выполняла роль кота из басни Лафонтена, который обжёг лапы, вытаскивая каштаны из костра для хитрой мартышки. Неужели дело было лишь в нежелании «весёлой Елизавет» заниматься государственными делами, которые она перепоручила странному человеку – А. П. Бестужеву-Рюмину, о котором многие знают лишь по фильму «Гардемарины, вперёд!». Близкий друг Елизаветы, французский посланник Шетарди, доносил в Версаль, что императрица полностью отстранилась от государственных дел, меняет туалеты по 4-5 раз в день, и в центре её внимания лишь «увеселения во внутренних покоях со всяким подлым сбродом». А канцлер Российской империи Бестужев-Рюмин придумал пресловутую «систему Петра Великого», которой и следовал на протяжении 16 лет, невзирая на меняющуюся обстановку. Союзниками России он раз и навсегда признал «морские державы» – Англию и Голландию, а также Австрию. Многие исследователи полагают, что Фридрих II и на сближение с Британией пошёл именно потому, что с Россией воевать не хотел и считал английское влияние на Россию «абсолютным»: надеялся, что Лондон не позволит Бестужеву вступить в войну с Пруссией. Да и когда было Бестужеву менять эту схему, вникая в хитросплетения европейской политики, если, по словам прусского посланника Карла Вильгельма фон Финкенштейна, российский канцлер
«отдохновение черпает в вине, кое употребляет без меры, разуму и здоровью во вред.»
«Большую часть ночи канцлер пьёт, поэтому голова его не вполне ясна, когда он встаёт, чтобы заняться делами.»
При этом Бестужев не стеснялся практически открыто брать деньги от всех подряд – в том числе и от послов тех государств, которые считал врагами. Тот же Фридрих II писал о Бестужеве:
«Его подкупность доходила до того, что он продал бы свою повелительницу с аукциона, если б мог найти на нее достаточно богатого покупателя.»

В итоге всё пошло не «по системе», и Англия, которая рассматривалась Бестужевым в качестве «естественного союзника», в Семилетней войне стала противником России.

Существует исторический анекдот о том, что втянуть Россию в войну Бестужеву и Елизавете едва не помешала... муха. Она села на перо императрицы, когда в августе 1756 года подкупленный австрийцами канцлер принёс на подпись манифест о войне с Пруссией. Пытаясь согнать её, «дщерь Петрова» поставила на документе кляксу и сочла это дурным знаком. Но через несколько дней Бестужеву всё же удалось убедить императрицу подписать этот манифест. И даже благосклонно настроенные к Елизавете и Бестужеву историки признают, что на протяжении нескольких лет этой войны Россия стала «заложницей австрийских интересов».

Читая об этом, невольно вспоминаешь слова Иоганна Эрнста Миниха (главный директор таможенных сборов Российской империи, сын знаменитого фельдмаршала), который сказал:
«Россия управляется непосредственно Господом Богом. Иначе невозможно представить, как это государство до сих пор существует.»
Но был в это время в окружении Елизаветы человек, который, согласно свидетельству Якоба Штелина, правильно понимал политическую ситуацию:
«Говорил, что императрицу обманывают в отношении к прусскому королю, что австрийцы нас подкупают, а французы обманывают... мы со временем будем каяться, что вошли в союз с Австрией и Францией.»
Имя этого «пророка» – Петр Федорович, наследник престола, будущий император, убитый заговорщиками в Ропше.

Портрет великого князя Петра Федоровича. Тип Г.Х. Гроота. Не ранее 1740-х гг.
В следующей статье мы поговорим о том, как русские «в первый раз Берлин взяли», и о «Восточной Пруссии в составе Российской империи». Автор: Рыжов В. А.  https://topwar.ru/194278-nulevaja-mirovaja-vojna-nuzhna-li-byla-semiletnjaja-vojna-rossii.html

«Нулевая мировая война». Обстоятельства выхода России из Семилетней войны

Стрелок, гренадерский офицер и артиллерист Семилетней войны
Сегодня мы продолжим рассказ, начатый в статье «Нулевая мировая война». Нужна ли была Семилетняя война России? Поговорим о рейде русской армии на Берлин 1760 года, завоевании Восточной Пруссии и об обстоятельствах выхода России из Семилетней войны.

Берлин Фридриха Великого

Берлин в те времена не был величественным имперским городом. Вот как выглядели Бранденбургские ворота в 1760 году:
Даниэль Ходовецкий. Бранденбургские ворота в Берлине в 1760 г.
Даже особенно большим и крупным назвать Берлин ещё было нельзя. Население – около 120 тысяч человек, центр города располагался на двух островах посередине реки Шпрее. На одном из этих островов когда-то находилось славянское поселение Веролин, на другом, называвшемся Кёлльне, маркграф Бранденбурга Фридрих Железный Зуб в 1452 году построил замок. По берегам Шпрее находились кварталы простых горожан. На правом берегу их защищал земляной вал, на левом – каменная стена. Было 10 ворот, а простеньким оборонительным сооружением с единственным трехфунтовым артиллерийским орудием были защищены лишь Котбуские ворота.

16 октября 1757 года Берлин уже пережил набег 14-тысячного австрийского отряда генерала Гадика, который хотел взять с города контрибуцию в 600 тысяч талеров, но, опасаясь подхода Фридриха, удовольствовался 185 тысячами. В городе он провел всего одну ночь. Русское командование решило повторить этот рейд, и в 1758 году, ещё до сражения при Цорндорфе, задача захвата Берлина была поставлена перед генералом Виллимом Фермором. Возможность рейда к этому городу появилась лишь в 1760 году. Операция проводилась русскими войсками генерала Чернышёва и австрийскими генерала Ласси. В авангарде русского корпуса шел отряд Готтлоба Курта Генриха фон Тотлебена. Его дальним родственником является знаменитый защитник Севастополя – военный инженер, генерал-адъютант Эдуард Иванович Тотлебен.

Кондотьер из Тюрингии

Граф Готтлоб Курт фон Генрих Тотлебен на гравюре И. Матюшина, 1888 г.
Интересующий нас Тотлебен родился в 1715 году в Тюрингии. В подростковом возрасте он был пажом при саксонском дворе, затем стал советником юстиции. В возрасте 30 лет получил от Фридриха Августа II (король Польши и курфюрст Саксонии) титул графа. Некоторое время служил в прусской армии. Будучи обвинен в каких-то коррупционных схемах, не дожидаясь решения суда, бежал в Баварию, а оттуда перебрался в Голландию. Здесь он сформировал пехотный полк и получил патент полковника, в военных действиях эта часть участия не принимала. Тотлебену тогда удалось соблазнить девушку из очень богатой семьи – 15-летнюю Марию Петронеллу Гратьен Виктор. С ней он бежал в Пруссию. Любопытно, что на тот момент этот герой-любовник был женат. После смерти первой супруги он все же вступил с Марией в брак, который закончился громким разводом и высылкой Тотлебена из Берлина и Пруссии. Теперь он решил попытать счастья в России.

В 1757 году, незадолго до начала Семилетней войны, Тотлебен получил право на формирование 12-тысячного корпуса. С началом боевых действий он стал начальником «летучих отрядов», в которых поначалу служили немцы и сербы, а потом – сербы, русские гусары и казаки. Был дважды ранен, участвовал в сражении при Куненсдорфе, получил два ордена.

Рейд на Берлин

А. Коцебу. Взятие Берлина 28 сентября 1760 года
Теперь Тотлебен возглавил достаточно сильный авангардный отряд, идущий на Берлин: 2 тысячи пехотинцев, 12 полевых орудий, по тысяче конных гренадер и гусар, 1,5 тысячи казаков. Любопытно, что одним из подчиненных Тотлебена был тогда Емельян Пугачев. Александр Пушкин в «Истории пугачевского бунта» приводит легенду, что именно Тотлебен заметил сходство этого казака с наследником престола и тем самым навел его на мысль стать самозванцем.

Гарнизон Берлина в это время насчитывал от 1 200 до 1 300 пехотинцев (среди них было немало дезертиров, определенных на прусскую службу пленных – саксонцев, шведов, французов и... русских), а также 240 гусар. То есть даже для самостоятельного штурма слабо укреплённого города сил у Тотлебена было вполне достаточно. Комендант Берлина генерал фон Рохов чуть было сразу же не сдал ему город, однако этому воспрепятствовали другие генералы – отставной Левальд и находившиеся на лечении Зейдлиц и Кноблох.

Штурм Берлина Тотлебену не удался. В «Журнале о взятии Берлина» сообщается:
«С 22 числа, когда приступ желанного действия не возымел, и до 26 числа ничего знатного не случилось».
За это время к Берлину подошёл 14-тысячный прусский отряд принца Евгения Вюртембергского. С другой стороны прибыли корпус генерал-поручика Чернышева и австрийские части Ласси. Именно Чернышёв, как старший по званию, теперь принял на себя общее командование.
А. Рослин. Портрет З. Чернышева (1776 г.)
При этом и Чернышёв, и Ласси встретили выраженное противодействие со стороны Тотлебена.

26 октября союзным войскам удалось занять предместья Берлина, после чего генерал фон Рохов вступил в переговоры о выводе прусских войск (остаться должны были лишь остатки гарнизона) и капитуляции. С этим предложением он обратился именно к Тотлебену. Между тем у города находились более высокопоставленные военачальники, и Тотлебен явно превысил свои полномочия: по уставу вести переговоры с пруссаками должен был Чернышев либо Ласси. Любопытно, что, по воспоминаниям современников, Фридрих II, пришедший в отчаяние при известии о падении Берлина, успокоился, узнав, что в городе находится Тотлебен. Действия этого генерала действительно чрезвычайно подозрительны. Ему было четко приказано:
«От города требовать знатную контрибуцию. Для обеспечения контрибуции взять из ратуши двух особ и от знатного купечества трёх особ в заложники. Тамошние арсеналы, пушечный, литейный дом, все магазины (армейские склады), оружейные и суконные фабрики вконец разорить. Жителям же города обид и разорения отнюдь не чинить».
Тотлебен самовольно снизил сумму контрибуции с 4 миллионов золотом до полутора миллионов серебром, а потом и вовсе разрешил заменить серебро вексельными расписками. В качестве заложников Тотлебен взял не членов магистрата и крупных торговцев, а двух мелких купцов-иудеев. Нарушил он и приказ о разрушении фабрик и мануфактур: невредимыми были оставлены арсенал, главный провиантский склад и суконная фабрика, которая обеспечивала прусскую армию мундирами. Выступавший посредником с прусской стороны купец Гочковский вспоминал о разговоре с Тотлебеном:
«Мне нравится ваше усердие во благо города и берлинцев, – сказал мне его сиятельство граф Тотлебен. – Я велю, чтобы принесли на площадь несколько сотен старых и негодных ружей. Казаки сломают их и побросают в воду. Таким образом, и это приказание будет мною для вида исполнено».
Неудивительно, что за поход на Берлин Тотлебен получил лишь грамоту с благодарностью. А вот генералы Чернышёв и Панин были награждены орденами и повышены в звании.
Русские солдаты в Берлине в октябре 1760 года. Гравюра 1789 г.
В целом же следует признать, что берлинская экспедиция 1760 года традиционно переоценивается. Это был малозначащий рейд русских и австрийских войск, единственной целью которого было взять с города контрибуцию. Кратковременный захват Берлина не имел стратегического значения и не оказал никакого влияния на ход этой войны.

Продолжение истории тюрингского кондотьера Тотлебена

28 июня 1761 года Тотлебену предъявили обвинение в измене. Было установлено, что через еврейского коммерсанта Исаака Сабатку он поддерживал связь с Фридрихом II и принцем Генрихом. В ходе следствия выяснилось также, что сразу после Берлинской экспедиции Тотлебен купил имение в Пруссии.

Тотлебен все отрицал, но полвека спустя в прусских архивах были обнаружены документы, свидетельствующие о его предательстве. В 1763 году он был приговорен к смертной казни, но взошедшая на престол Екатерина II его помиловала и разрешила выехать... в Пруссию («отпустила щуку в море»). Напомним, что Екатерину в качестве невесты наследника российского престола рекомендовал именно Фридрих II. И, если ее супруг Петр открыто восхищался этим королем-полководцем (и был не одинок и в России, и в Европе), то Екатерина на протяжении многих лет состояла с ним в тайной переписке, что выглядит крайне подозрительно. Накануне свадьбы, она писала Фридриху II из Москвы:
«Будьте уверены, что я сочту его (свое царствование) славным для себя только тогда, когда буду иметь случай убедить Вас в своей признательности и преданности».
В 1769 году Екатерина II разрешила отставному генерал-майору Тотлебену возвратиться в Россию. Он воевал против османов в Имеретии и захватил Кутаиси, получил из рук Екатерины орден Александра Невского, стал генерал-поручиком. Из Грузии был отозван по причине плохих отношений с союзными России грузинскими князьями и царем Картли Ираклием II. Успел ещё повоевать с конфедератами в Польше. Умер в Варшаве 20 марта 1773 года от какой-то «горячки».

Восточная Пруссия: несостоявшаяся губерния Российской империи?

Теперь поговорим о самом страшном «преступлении» Петра III в глазах тех российских патриотов, что не знают истории – о заключении мира с Фридрихом II и оставлении Восточной Пруссии.

Эти земли были захвачены в ходе второго похода против Пруссии, который совершила осенью 1757 года российская армия генерал-аншефа Виллима Фермора. Сразу скажем: удержать эту территорию в то время было практически невозможно. От России ее отделяли земли традиционно враждебной Речи Посполитой и Курляндского герцогства. Сухопутный путь к Восточной Пруссии мог быть перекрыт в любую минуту, морское сообщение – заблокировано флотом Британии или Швеции. Еще раз посмотрите на карту:
Ни одна из «великих» стран не согласна была признать завоевание Россией целого европейского королевства. Попытки сохранить за собой Восточную Пруссию неминуемо привели бы к созданию направленной против России общеевропейской коалиции и началу новой большой войны (вроде Крымской). Но эту территорию можно было попробовать на что-нибудь обменять. И новый российский император Петр III нашел блестящий выход из этой ситуации. Дело в том, что он был также законным и всеми признанным герцогом Гольштейна, Штормарна, Шлезвига и Дитмаршена. Эти земли не только богаче периферийной и аграрной Восточной Пруссии, но имеют уникальное географическое положение, позволяющее контролировать и Северное, и Балтийское моря.
Это уже не петербургское «окно в Европу», а настежь распахнутая в нее дверь. Отсюда можно было беспрепятственно получать продвинутые технологии и нужных специалистов. И это был «журавль в руках», в отличие от «синицы в небе» – Восточной Пруссии. Мощная российская военно-морская база, контролирующая датские проливы, полностью меняла расклад сил в Северной Европе и направляла по иному пути всю европейскую историю. Но Шлезвиг и Дитмаршен были оккупированы Данией. И Петр III заключил с Фридрихом договор, согласно которому он возвращал ему Восточную Пруссию в обмен на военную помощь. Фридрих согласился выставить против датчан 15 тысяч пехотинцев и 5 000 конницы.
Переговоры о возвращении Шлезвига и Дитмаршена были назначены на июль 1762 года. У Дании не было ни малейших шансов на успех: в случае отказа, она была бы разгромлена в течение нескольких месяцев (а, возможно, и недель). И даже после возвращения этих территорий за Россией сохранялось право оставить в Пруссии часть своих войск на неопределенное время «продолжающихся в Европе беспокойств». То есть в Пруссии размещался аналог советской «Западной группы войск». При жизни Петра III даже и речи не шло об эвакуации русской армии, которая вдруг была проведена после его убийства. Более того, в Кенигсберг по приказу Петра III перевели Ревельскую боевую эскадру, а Кронштадтская получила приказ готовиться к походу. Фридрих II ещё и брал на себя обязательство поддерживать российских кандидатов на троны Речи Посполитой и Курляндии.

Но Екатерина, как мы знаем, была абсолютно нелегитимна в качестве российской императрицы, она просто узурпировала чужой трон. И потому Екатерина не решилась требовать от Фридриха выполнения договора, заключённого убитым мужем. Она отказалась от него в обмен на признание её прав на престол. И что же мы видим? Государственный переворот, который привел Екатерину к власти, произошел 9 июля 1762 года. Уже 5 августа Ф. М. Воейков, последний русский губернатор Восточной Пруссии, получил приказ приступить к передаче провинции Фридриху II, войска которого стали занимать крепости. И 3 сентября русские войска начинают уходить из Восточной Пруссии. Лично мне это напоминает бесславный вывод российской армии с территории бывшей ГДР при Горбачеве и Ельцине.

Это позорное действие сопровождалось «дымовой завесой» патриотической риторики. Но судить нужно не по словам, а по делам. При этом во всей России не нашлось ни одного человека, который бы высказался за продолжение бессмысленных боевых действий против Фридриха – это к вопросу о возмущении народа и армии из-за мирного договора с Пруссией. На самом деле, ни один народ и ни одна армия в мире не желают проливать свою кровь далеко от дома за чужие интересы в непонятной войне. В войнах заинтересованы лишь излишне честолюбивые политики да жаждущие славы и наград генералы.

Через два года Екатерина заключила с Пруссией даже не мирный, а союзный договор – конечно, не такой выгодный, каким он мог быть при Петре III.

Таким был печальный и бесславный финал участия России в абсолютно ненужной ей Семилетней войне. Шлезвиг и Дитмаршен остались в составе Дании, но сын убитого Петра III, Павел, оставался законным герцогом Гольштейна и Штормарна. На службу лично к нему добровольно приезжали тысячи его германских подданных.

Герцогский титул нелюбимого сына не давал Екатерине II покоя. «Доброжелатели» шептали ей, будто Павел уедет в Киль, если мать не уступит ему власть по достижении им совершеннолетия. В 1767 году Екатерина вынудила Павла отказаться от Гольштейна и Штормарна в обмен на графства Ольденбург и Дельменхорст. Но и от этих земель она избавилась в 1777 году, «подарив» их в наследственное суверенное владение бывшему князю-епископу Любека Фридриху Августу. Так Россией были потеряны вполне реальные и абсолютно законные европейские владения Петра III и его сына. Автор: Рыжов В. А. https://topwar.ru/194366-nulevaja-mirovaja-vojna-obstojatelstva-vyhoda-rossii-iz-semiletnej-vojny.html

Картина дня

наверх