На информационном ресурсе применяются рекомендательные технологии (информационные технологии предоставления информации на основе сбора, систематизации и анализа сведений, относящихся к предпочтениям пользователей сети "Интернет", находящихся на территории Российской Федерации)

Свежие комментарии

  • Давид Смолянский
    Что значит как справляются!? :) С помощью рук! :) Есть и др. способы, как без рук, так и без женщин! :) Рекомендации ...Секс и мастурбаци...
  • Давид Смолянский
    Я не специалист и не автор статьи, а лишь скопировал её.Древнегреческие вазы
  • кира божевольная
    всем доброго дня! не могли бы вы помочь с расшифровкой символов и мотивов на этой вазе?Древнегреческие вазы

СВО-единственное решение украинского вопроса.Керченский барьер защитит Крымский мост от укро-террора (2 статьи)

СВО как единственное решение украинского вопроса. Были ли другие варианты урегулирования и что нас ждет в будущемСВО как единственное решение украинского вопроса. Были ли другие варианты урегулирования и что нас ждет в будущем

В последнее время в западной прессе почти ежедневно появляются материалы о том, почему Украина не может выиграть войну у России. Каких только объяснений этому я не читал. От недостатка поставляемой техники и вооружений до никакой подготовки личного состава, от бездарности украинских офицеров до быстрой обучаемости российских штабов, от уныния в украинском обществе до необъяснимого героизма российских солдат.

Но самое интересное, Запад все чаще и чаще транслирует точку зрения «голубей» в политике. Если перед началом контрнаступления доминировали «ястребы», то сейчас они перестали быть популярны.
Да и воспринимают их немногочисленные выступления больше с сарказмом, чем с интересом. Читаешь такие выступления и хочется вспомнить фразу Ивана Васильевича из известного кинофильма: «Вот что крест животворящий делает!»

Действительно, изменения в мире настолько глобальны, что не замечать их уже невозможно. Трансформации всемирные, сдвиги касаются самого фундамента современного мироустройства. Это действительно страшно.

Ужасно в первую очередь для Запада. Привычка жить за счет менее «цивилизованных» народов, которая вырабатывалась сотнями лет господства, мешает западному обществу принять ситуацию в новом виде.

Понятно сопротивление США и их союзников. Всеми способами необходимо изменения остановить. Отсюда и ставка на Украину. Стравить две крупнейшие европейские державы в надежде истощить Россию и хотя бы отсрочить переход к многополярному миру. Получить время для подготовки к крупномасштабной войне, к которой, как оказалось, Запад не готов.

Западные политики прекрасно понимают, что в СВО Россия использует лишь небольшую часть своего военного потенциала. Но даже в этом состоянии в военно-техническом отношении мы выигрываем. Как-то быстро бурные обсуждения сроков того, когда в России закончатся боеприпасы и ракеты сменились разговорами о том, когда Запад сможет организовать полноценное производство боеприпасов.

Сегодня уже больше говорят об опустошении арсеналов Европы, чем о поставках Киеву. Причем очень часто разговоры ведутся в сравнительной плоскости. «У русских вышел на полную мощность очередной завод по производству военной продукции, а мы (глобальный Запад. – Прим. авт.) сможем запустить такое производство через 2–3 года»…

Почему Россия не объявляет «официальную войну» Украине?

Один из самых часто возникающих вопросов, которые не раз задавались практически всем нашим политикам, военным, аналитикам, экспертам – о превращении СВО в «официальную» войну. Вопрос действительно не праздный. Изменение статуса может повлечь за собой огромные преобразования в действиях наших Вооруженных сил.

Выскажу собственное мнение по этому вопросу.

Статус СВО не изменится. Москва не объявит официально войну Украине никогда. Почему? Да все просто. Мы слишком связаны между собой.

Мы – это народ России и Украины. Общая история, общая культура, общие традиции. Я не говорю уже о том, что очень многие россияне и украинцы просто имеют родственников на той стороне линии боевого соприкосновения.

Мы не воюем с Украиной и украинцами. Мы боремся с нацистским режимом на Украине. С той марионеточной верхушкой, которая совершила государственный переворот и сегодня фактически уничтожает не только украинское государство, но и народ.

Причем уничтожает самым беспощадным образом. Даже сами граждане «незалежной» понимают, что их жизнь для руководства страны не стоит и выеденного яйца. Об этом открыто беседуют в соцсетях. Об этом говорят пленные. Об этом свидетельствуют быстро заполняемые кладбища в украинских городах и селах.

Пока уничтожалось население Донбасса, остальная Украина молчала и делала вид, что ничего не происходит. Но как только в дело вступила Россия, в информпространстве тут же зазвучало знаменитое «А нас-то за что». Как всегда в таких случаях бывает, украинцы вдруг стали неинформированными о том, что реально происходило на их земле.

В начале этот вопрос звучал с искренним недоумением, а затем все чаще и чаще граждане «незалежной» стали включать мозг. Научились проверять факты, которые им сообщают «российские пропагандисты». Это тот самый «момент истины», когда до людей начинает доходить что к чему...

На данный момент я все чаще и чаще вижу украинцев, которые пытаются разобраться в том, что же было на Донбассе все годы, прошедшие до начала СВО. Это сложно. Это больно. В это не хочется верить. Это рушит созданную украинской пропагандой картинку мира на Украине.

Разбивает напрочь многие догмы, незыблемые ранее. Например, такие как якобы желание вернуться в состав Украины крымчан и дончан. Как якобы нежелание войти в состав России Херсонской и Запорожской областей. Приходит понимание того, что единой Украины уже нет и, скорее всего, уже не будет.

Очень показательна в этом плане реакция большинства «просыпающихся» на неудобные вопросы. Чаще всего они просто убегают. Ответ на эти вопросы у них есть. Но ответ этот настолько не вписывается в те догмы, которые вбиты в сознание за прошедшие почти десять лет, что украинцам становится страшно и стыдно за свою страну.

Они при виде донецкой «Аллеи ангелов», например, все ещё пытаются говорить бред о якобы самообстрелах, но, почувствовав на себе, что такое обстрел, понимают, что любой житель Донбасса сегодня без труда определит на слух не только направление, откуда прилетает, но и тип натовского боеприпаса. Увы, такое знание – это последствие как раз тех самых якобы «самообстрелов»…

Нет других вариантов

Была ли у нас возможность избежать военного конфликта?

Ещё один очень серьезный вопрос, на который требуется ответ. И лично для каждого, и для всего нашего общества, и для всего мира.

Война, увы – это не только победы и поражения. Война – это смерть, горе для людей, грязь, кровь, инвалиды... Война – это ломка многих человеческих судеб. Кто-то выстоит, станет сильнее, кто-то, наоборот, сломается, станет изгоем…

Был ли способ, который позволил бы решить проблему без войны?

Благодаря которому Киев прекратил бы убивать мирных жителей? Вариант, который гарантировал бы нам всем мир на долгое время?

Дипломатия?

Увы, сразу вспоминаются наши многочисленные уступки, когда на самом высоком уровне подписывались какие-то бумажки. Слова «высокие договаривающиеся стороны» за время различных переговоров превратились в ругательство.

Любой россиянин был почти уверен, что обманут. А республиканцы после каждого такого подписания зло матерились в окопах, понимая, что завтра опять полетит... Завтра снова будут кого-то убивать…И ведь не ошибались никогда. Ни одного раза!

До нас долго доходило то, что другого варианта решения конфликта просто не существует. Запад смеялся открыто нам в лицо. Да, мы вас обманули, и что? Ну скажите нам об очередных красных линиях. Ну перешагнем мы через эти ваши линии, и что? И перешагивали, и смеялись над нами, а мы утирались и опять пытались договариваться…

И наконец мы поняли…

Мы осознали, что существует только один путь сохранения мира с Украиной. И он, сегодня об этом уже можно говорить уверенно, состоит в ликвидации фашистского режима на Украине. В упразднении силовым путем! Фашистов надо истреблять. Искоренять ради самих украинцев.

Только в этом случае мы сможем восстановить добрососедские отношения. Выше писал о том, что народ «просыпается», народ задумывается о настоящем и будущем. Приходит понимание того, что как бы ни сложились отношения в дальнейшем, у Киева только один путь – сотрудничество с Россией, Белоруссией и другими соседними странами. В принципе, это то, что было до госпереворота 2014 года.

Сомнительно, что среди здравомыслящих украинцев остались те, кто продолжает верить в мифическое превосходство западного вооружения, в помощь со стороны НАТО своими подразделениями, в истощение российских арсеналов… А вот осознание того, что русские все ещё не начинали серьезно воевать, есть.

Точно так же дело обстоит и с фантазиями о вступлении в НАТО самой Украины. Не нужна эта территория альянсу. Напомню последнее заявление, сделанное на саммите НАТО в Вильнюсе. Открыто было сказано о «неготовности» принять Украину в блок.

А между строк явно читалось нежелание такого вступления. Достаточно воспроизвести лишь одно условие, чтобы засмеяться: «Украина должна победить коррупцию...» И это в насквозь пронизанной этой самой коррупцией стране. Что признают сами члены альянса…

Мне кажется, в НАТО решили «не будить лихо» в виде России. «Успехи» украинского контрнаступления очень отрезвляюще подействовали на мозги западных политиков. Посмотрите на сверхагрессивных поляков. Как быстро они перешли от «naprzód na wschód» к «ocal przed agresywnymi Białorusinami»…

И президент Путин, и клоун Зеленский все понимают

То, что Украина больше не интересна Западу, понимают и в Москве, и в Киеве. Достаточно послушать истерические до хамства заявления Зеленского, чтобы понять это. Многочисленные звонки европейским лидерам вызывают у руководства Украины огромное раздражение. Обещания, обещания, обещания... Всё потом, через год, два, три… А есть ли этот год, два, три у Киева?

Да и «лучшие друзья» Зеленского понимают, какое будущее для него готовят. Ещё недавно некоторые из них на каждом углу кричали о необходимости принятия Украины в альянс. И вдруг притихли. Большой хозяин из Вашингтона разъяснил им и их перспективы тоже, в случае вступления Киева в НАТО.

Что для меня лично стало некоторым откровением? Мне давно понятно, что там, за океаном, всем глубоко наплевать на судьбы Европы. Хотя, возможно, и среди вассалов США появились протестные настроения.

Скорее всего, американцы просчитали, кому придется реально воевать в случае возникновения прямого конфликта с Россией. Все эти «великие армии» европейских государств – это большой и красиво раскрашенный мыльный пузырь.

Армия США же теоретически способна противостоять достойно Русской армии, но практически это на сегодня невыполнимая задача. Допускать же катастрофу, которая возможна при прямом столкновении с Россией, Вашингтон не намерен.

А тут ещё и прямое заявление Президента России Владимира Путина о том, что одной из причин начала СВО является угроза вступления Украины в НАТО. Причем, российский президент высказался и о том, что эта опасность сохраняется и сегодня.

«Я уверен, что это (вступление Украины в альянс. – Прим. авт.) не повысит безопасность самой Украины, да и в целом сделает мир гораздо более уязвимым и приведёт к дополнительному напряжению на международной арене».

Некоторые мысли о будущем

Все время стараюсь отойти от когда-то принятого решения о выводах в конце материала. Но сегодня без этого просто невозможно.

Я полностью согласен с нашим министром иностранных дел Сергеем Лавровым о наступлении эры окончания западной гегемонии. Мир действительно быстро приходит к пониманию необходимости создания многополярного мироустройства.

Нет другой альтернативы, кроме создания нового мироустройства, основанного не на военном, политическом или экономическом превосходстве одних стран над другими, а на согласованном странами балансе интересов. Иначе «молодые народы» Азии и Африки просто поглотят «стареющую Европу» и «быстро теряющую свои позиции» Америку.

Ну и о грустном.

Я не знаю той границы противостояния, на которой остановятся западные политики. Все прекрасно понимают, какие перемены будут происходить не только в международных отношениях, но и внутри стран. Элиты, которым это не выгодно и которые много потеряют от таких перемен, есть в любой стране. И эти элиты сегодня у власти.

Но я уже сейчас с уверенностью могу сказать, что мы готовы к любому развитию ситуации. За время проведения СВО мы многое изменили, многое исправили. Далеко не все, но многое. Мы долго спрашивали друг друга о том, что же это за «зверь» такой – гибридная война. В ходе операции мы столкнулись со многими её, этой гибридной войны, проявлениями.

Соглашусь, способ обучения на собственном опыте довольно глупый. Но другого опыта нет. Мы первые, кто испытывает на себе все прелести этой гибридной войны. Мы первые. Потому и обучение для нас проходит мучительно. Мы многое теряем, но и многое приобретаем. Мы стали верить в себя.

Мы опять стали русскими. Все! Русские осетины, русские украинцы, русские чеченцы, русские буряты, русские якуты… Нас много-много русских разных национальностей.

Россия готова к противостоянию с альянсом. К любому противостоянию...

Автор: Александр Ставер https://topwar.ru/222345-svo-kak-edinstvennoe-reshenie-ukrainskogo-voprosa-byli-li-drugie-varianty-reshenija-i-chto-nas-zhdet-v-buduschem.html

Керченский барьер защитит Крымский мост от украинских террористических атак с воды и из-под водыКерченский барьер защитит Крымский мост от украинских террористических атак с воды и из-под воды

«Это нормальная тактика – разрушать логистические линии твоего противника, чтобы лишить его возможности получить больше боеприпасов, топлива, продовольствия и так далее. Именно поэтому мы будем использовать эту тактику...»

– ответ министра обороны Украины Алексея Резникова американскому телеканалу CNN на вопрос о планах полностью вывести из строя Крымский мост (25.07.2023 г.).

Атака вооружённых сил Украины (ВСУ) на Крымский мост, предположительно, спланированная главным управлением разведки (ГУР) Украины и специалистами стран НАТО – пособниками укронацизма, показала, насколько такие объекты уязвимы для террористических атак, как с земли, так и с воды / из-под воды. Можно не сомневаться, что ВСУ и ГУР будут осуществлять всё новые и новые попытки нанесения ударов по критической российской инфраструктуре, в том числе и по Крымскому мосту.

В материале «За Крымский мост» были рассмотрены способы воздействия на противника, которые потенциально должны заставить его отказаться от нанесения ударов по критически важным объектам российской инфраструктуры, однако существует вероятность того, что руководство Украины вообще лишено права выбора – решения о террористических атаках принимаются за пределами территории «незалежной». В этом случае удары будут наноситься вне зависимости от того, насколько жёсткие меры мы будем предпринимать.

С земли, с воздуха, с воды и из-под воды

В настоящее время при проезде Крымского моста предпринимаются беспрецедентные меры безопасности, что позволяет надеяться, что этот канал для нанесения противником ударов закрыт, хотя расслабляться уж точно не следует.

Также существует высокая вероятность нанесения ВСУ ударов по Крымскому мосту с помощью средств воздушного нападения (СВН) – высокоточными крылатыми и оперативно-тактическими ракетами большой дальности, переданными или готовящимися к передаче странами НАТО. Количество высокоточного оружия большой дальности у ВСУ ограничено, часть атакующих СВН неминуемо будет уничтожена средствами противовоздушной обороны (ПВО), часть будет отклонена средствами радиоэлектронной борьбы (РЭБ), в результате чего атака с воздуха станет для противника нерентабельной.


Специальные суда с уголковыми отражателями прикрывают Крымский мост от атак с воздуха

Тем не менее риски всё равно достаточно высоки. Учитывая то, что дальность современных украинских СВН составляет порядка 300 километров, важным условием, минимизирующим вероятность удара ими по Крымскому мосту, является максимальное смещение линии фронта на запад, чему очень поспособствовало бы уничтожение мостов через Днепр.

Ну и наконец, наиболее опасными типами вооружений, угрожающих Крымскому мосту, по мнению автора, являются безэкипажные катера (БЭК) и автономные необитаемые подводные аппараты (АНПА) - камикадзе.

Во-первых, они обладают достаточно высокой скрытностью, особенно АНПА.

Во-вторых, БЭК обладают возможностью прямого управления и точного наведения на цель через спутниковый канал связи, а в «перископном» режиме такой возможностью могут обладать и АНПА.

В-третьих, БЭК и АНПА обладают наилучшими возможностями для уничтожения опор Крымского моста, что для других средств поражения более затруднительно, а в случае разрушения опор ремонт может затянуться на многие месяцы, а то и на годы.

БЭК и АНПА – новые угрозы для кораблей и прибрежной инфраструктуры

Таким образом, существует объективная необходимость повышения защищённости Крымского моста от атак с поверхности воды, а также из-под воды.

Как показала практика, существующих мер безопасности явно недостаточно. Патрульные корабли, сонары, авиаразведка и прочее не способны обеспечить 100-процентное обнаружение атаки и уничтожение средств нападения противника.

Можно предположить, что атаки украинских БЭК-камикадзе координируются вооружёнными силами стран НАТО в реальном времени. Операторы БЭК получают от разведывательных спутников, самолётов и беспилотных летательных аппаратов (БПЛА) западных партнёров Украины информацию о текущем местонахождении кораблей, самолётов и вертолётов Вооружённых Сил Российской Федерации (ВС РФ) и Пограничной службы Федеральной службы безопасности (ПС ФСБ) России, в результате чего у противника появляется возможность уклониться от обнаружения и, воспользовавшись неизбежно возникающими «окнами», нанести удар в зоне с ослабленной на текущий момент защитой.

Это означает, что само наличие таких зон необходимо исключить.

Керченский барьер

Решением может стать сплошной защитный барьер, прикрывающий все погруженные в воду опоры Крымского моста, исключая зону прохождения судов в Азовское море, которая должна находиться под усиленным контролем иных средств обеспечения безопасности.

Керченский барьер должен состоять из универсальных защитных понтонных модулей (УЗПМ), представляющих собой плавучие буксируемые модули, разделённые герметичными переборками, возможно, заполненные негорючим материалом с положительной плавучестью. Длина одного УЗПМ должна составлять порядка 100–120 метров – примерно такую длину корпуса имеют некоторые типы буксируемых барж. Между собой УЗПМ должны скрепляться сцепками, страховочными тросами и фиксироваться ко дну якорными креплениями.

Дополнительно УЗПМ могут оснащаться подруливающими электродвигателями, обеспечивающими контроль смещения барьера при сильном волнении. Электропитание может подаваться по кабелю с берега, на борту может иметься резервный дизель-генератор на случай разрыва цепи питания по той или иной причине.

Предполагаемый облик УЗПМ
Для защиты от АНПА-камикадзе на борту УЗПМ должны размещаться два барабана для развёртывания высокопрочных сетей, опускающихся с двух сторон до самого дна. Предполагаемая глубина развёртывания сетей не превысит несколько десятков метров, что вполне реально.

При всей кажущейся «громоздкости» предлагаемого решения, ничего глобально сложного в нём нет – простейшие промышленные конструкции, по сути, УЗПМ – это «продвинутое» понтонное ограждение, способное выдержать практически любые одиночные и групповые террористические атаки с помощью БЭК и АПНА-камикадзе. Разумеется, при условии, что защищающиеся не будут просто сидеть и смотреть, как их атакуют, а будут активно этому противодействовать.

Предполагаемый облик УЗПМ с опущенными с двух сторон защитными сетями

Какова будет стоимость УЗПМ?

Экономика Керченского барьера

Стоимость современной несамоходной баржи длиной порядка 100 метров и грузоподъёмностью в несколько тысяч тонн составляет порядка 100 миллионов рублей и более, в зависимости от установленного на ней оборудования и ёмкостей для транспортировки груза, что нам не требуется.

С одной стороны, конструкция УЗПМ, по сравнению с баржей, должна обладать высокой надёжностью и плавучестью, с другой – ей не требуется грузоподъёмность в несколько тысяч тонн, не нужно погрузочно-разгрузочное оборудование и многое другое.

Предположительно, ширина корпуса и водоизмещения УЗПМ может быть в два-три раза меньше, чем у несамоходной баржи сравнимой длины.

Исходя из вышеизложенного, предполагаемая стоимость УЗПМ может составлять порядка 50 миллионов рублей в базовом варианте.

Много это или мало?

Рассмотрим вопрос «от противного». Стоимость Крымского моста, по открытым данным, составляет 227,92 миллиарда рублей. Устранение повреждений от террористической атаки по предварительным данным обойдётся в 1,3 миллиарда рублей, не считая непрямых расходов и того, что предварительные оценки обычно имеют тенденцию увеличиваться в 1,5–2 раза.

То есть мы уже потеряли денежных средств примерно на 26 единиц УЗПМ, а это примерно 2,6 километра гарантированно прикрытых от атак БЭК и АНПА-камикадзе, совершаемых небольшими группами. Если же говорить об общей стоимости Крымского моста и о всё возрастающих рисках повторных атак, о которых Украина говорит открыто, то стоимость УЗПМ и вовсе кажется незначительной.

Полная длина Крымского моста составляет 19 километров. На мелководье установка УЗПМ, скорее всего, будет нецелесообразна – точно сказать, участок какой длины придётся прикрывать УЗПМ, сложно, возьмём ориентировочно 15 километров – это 150 УЗПМ или около 7,5 миллиарда рублей.

Цепочка УЗПМ должна закрыть все уязвимые точки Крымского моста, оставив лишь усиленно охраняющийся проход для судов, следующих в Азовское море и из него

Так много это или мало?

Можно предположить, что в случае серьёзного повреждения опор Крымского моста, его ремонт и сопутствующие расходы где-то в эту сумму и обойдутся. Это не мало, но и не катастрофически много. Это вполне адекватные расходы для того, чтобы прикрыть Крымский мост от наших неугомонных противников. Это вполне адекватные расходы, даже если они будут в 1,5 раза больше – это всё равно составит менее 5 % от стоимости Крымского моста.

Выводы


Практически гарантированно защитить Крымский мост от атак БЭК и АНПА-камикадзе можно, создав квазистационарный Керченский барьер из универсальных защитных понтонных ограждений.

С технической точки зрения предлагаемый Керченский барьер вполне реален, а его предполагаемая стоимость вполне адекватна на фоне рисков совершения ВСУ дальнейших атак с воды и из-под воды с применением безэкипажных катеров и автономных необитаемых подводных аппаратов-камикадзе.

В случае повторения террористических атак потребуются значительные прямые расходы для устранения их последствий, не говоря уже о косвенных и имиджевых потерях, а главное – о возможных человеческих жертвах.

Практика применения УЗПМ может быть распространена и на другие военные и гражданские объекты, например, на базы Черноморского Военно-морского флота и газо-нефтедобывающие вышки, а также на аналогичные объекты России и её союзников за рубежом.

Автор: Андрей Митрофанов  https://topwar.ru/222419-kerchenskij-barer-zaschitit-krymskij-most-ot-ukrainskih-terroristicheskih-atak-s-vody-i-iz-pod-vody.html

Картина дня

наверх