Свежие комментарии

  • АНАТОЛИЙ ДЕРЕВЦОВ
    Прикольно ,с сарказмом переходящим в ложь.  Но на уровне конца 90-х гг. Именно ковыряние в  научных "мелочах" превнос...Аспирантура в ССС...
  • Михаил Васильев
    Пусть Хатынь вспоминают! Дмитрий Карасюк. ...
  • Lora Некрасова
    По краю змеевика имеются надписи.  Их содержание учитывалось в исследовании предназначения змеевика? Хотелось бы, что...Таинственные икон...

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ.КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ I. ПРАСЛАВЯНСКОЕ ЕДИНСТВО: ЕГО ПРОИСХОЖДЕНИЕ И РАЗВИТИЕ. (ГЛАВА 3,4)

Первые исторические известия о славянах и их наименования

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ.КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ I. ПРАСЛАВЯНСКОЕ ЕДИНСТВО: ЕГО ПРОИСХОЖДЕНИЕ И РАЗВИТИЕ. (ГЛАВА 3,4)Любор Нидерле. Славянские древности. М.: Новый Акрополь, 2010 г. Книга первая. История древних славян.
Часть I. Праславянское единство: его происхождение и развитие. Глава III. Первые исторические известия о славянах и наименования последних.

Первые исторические сведения о славянах появляются относительно поздно; до нашей эры о них нет ни одного достоверного упоминания.

Однако славяне, как мы только что видели, издавна обитали в Центральной и Восточной Европе и претерпели здесь, несомненно, немало различных изменений под влиянием событий, происшедших до нашей эры и до эпохи их расселения. Однако история не сообщает нам ничего, что бы относилось непосредственно к славянам. Мы можем делать лишь косвенные предположения, что в эпоху, когда различные группы, составившие впоследствии целые племена, обитали ещё совместно на общей территории, на судьбы славянства должны были оказать влияние некоторые значительные исторические события.

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ.КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ I. ПРАСЛАВЯНСКОЕ ЕДИНСТВО: ЕГО ПРОИСХОЖДЕНИЕ И РАЗВИТИЕ. (ГЛАВА 3,4)

Так, можно предположить, что в VIII и VII веках до н. э. славяне завязали сношения с иранскими скифами, которые проникли тогда из Азии в степные южнорусские области1. Я не колеблясь утверждаю, что среди упомянутых Геродотом северных соседей скифов не только невры на Волыни и Киевщине, но, вероятно, и будины, обитавшие между Днепром и Доном, и даже скифы, именуемые и пахарями, и земледельцами (Σκύθαι άροτήρες, γεωργοί) и помещенные Геродотом2 к северу от собственно степных областей между верхним Бугом и средним Днепром, были, несомненно, славянами, которые испытывали влияние греко-скифской культуры, свидетельством чего являются многочисленные курганы Киевской и Полтавской областей.

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ.КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ I. ПРАСЛАВЯНСКОЕ ЕДИНСТВО: ЕГО ПРОИСХОЖДЕНИЕ И РАЗВИТИЕ. (ГЛАВА 3,4)

С другой стороны, из сообщения Геродота о походе Дария в Скифию в 513–512 (или 507–505) годы до н. э. нам известно, что Дарий проник также в области, заселенные славянами (неврами), и вынудил их отойти к северу3.

Определенные лингвистические данные, а именно довольно значительное число кельтских названий в топонимике рек в Прикарпатье, кельтские названия городов, указанные Птолемеем: Καρρόδουνον — Карродунон, Ούιβανταυάριον — Овизанта-варион, Μαιτώνιον — Майтонион, Έρακτον — Ирактон, наконец, несколько названий племен: Ομβρωνες — Омвронес, Τευρίσκοι — Теврикои, ’Άναρχοι — Анархои, Βριτολάγαι — Вритолагаи (Vritolágai), свидетельствуют о том, что земли славян в Прикарпатье подверглись, по крайней мере частично, вторжению галлов, которые в III и II веках до н. э. достигли побережья Чёрного моря, что доказывают Γαλάται — Галатаи декрета Протогена в Ольвии. Нашествие галлов было вызвано, несомненно, давлением германцев, двигавшихся с севера в центральную Германию, но каковы были судьба и продолжительность этого нашествия, остается до сего времени совершенно неизвестным. Считать этих галльских завоевателей венедами, упоминаемыми на Висле более поздними историческими источниками, представляется мне невозможным по причинам, изложенным ниже4.

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ.КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ I. ПРАСЛАВЯНСКОЕ ЕДИНСТВО: ЕГО ПРОИСХОЖДЕНИЕ И РАЗВИТИЕ. (ГЛАВА 3,4)

Я полагаю также, что германские племена бастарнов и скиров, покинувшие побережье Балтийского моря и обитавшие с III века до н. э. на побережье Чёрного моря,проникли через территорию, заселенную славянами, примерно так же, как это делали готы в III веке н. э. Это произошло в период между смертью Геродота, который ничего не знал о них, и 240–230 годами, когда бастарны упоминаются на Дунае (28. Пролог истории Трога Помпея), то есть между серединой V и серединой III века.

Таковы наиболее значительные и достойные упоминания исторические события, коснувшиеся славян ещё до начала нашей эры.

Еще одна гипотеза, однако, заслуживает особого упоминания, так как её выводам придаётся большое значение при изучении основ славянской истории. Я имею в виду точку зрения Пейскера, согласно которой славянский народ еще задолго до нашей эры и вплоть до XI века н. э. находился в подчинении у различных завоевателей, то у германцев, то у тюрко-татар, и находился в постоянном и жестоком рабстве, что якобы определило его характер и придало особые черты дальнейшей его жизни и развитию5. Здесь я не могу подробно показать, почему эта гипотеза лишена серьезного основания, как некоторые незначительные и непомерно раздутые факты приводят автора к недопустимым заключениям; по этому вопросу я отсылаю читателя к своему труду «Zivot starych Slovanu»6. Здесь приведу лишь несколько данных, необходимых для ориентировки в этом вопросе.

Профессор Пейскер в основном строит свою теорию всего лишь на несколькихстарославянских словах, относящихся к славянской культуре. Эти слова, заимствованные частично из германских, частично из тюрко-татарских языков, доказывают, по его мнению, что славяне в то время, пока славяне жили на своей общей прародине в бассейне Припяти, были подчинены то германцам, то тюрко-татарам. Такими словами, по мнению Пейскера, являются: млеко, скотъ и нута (скот), с одной стороны, и, с другой стороны, быкъ, вол, коза и тварогъ. Из факта заимствования указанных слов вытекает якобы, что славянам было запрещено скотоводство и что они говорили о скоте и о молочных продуктах лишь как о привилегированной собственности своих германских или тюрко-татарских властителей. К выводу о жестоком рабстве славян Пейскер приходит на основании поздних известий о нападении тюрко-татар на славян, известий, согласно которым на Руси не было ни лошадей, ни рогатого скота7.

Возражая Пейскеру, можно заключить, что предпосылки, положенные в основу его гипотезы, в большинстве своём несостоятельны во всех отношениях. Согласно целому ряду других исторических и археологических свидетельств, славяне издавна самостоятельно занимались скотоводством и имели связанную с ним собственную богатую терминологию. Немногочисленные заимствованные слова, приводимые Пейскером как действительно иноязычные8, подтверждают лишь то, что известно из истории, а именно, чтославяне издавна жили в южной России по соседству с тюрко-татарами и были с ними тесно связаны. История вновь показывает нам, что впоследствии в течение короткого времени славянские племена пережили одно за другим вторжения гуннов, аваров, печенегов, половцев и болгар. Но из этого никоим образом не следует, что «все славяне начиная с эпохи своего единства находились в рабстве то у германцев, то у татар». Если бы доводы Пейскера и были справедливы, то и в этом случае нельзя было бы делать подобные заключения. Можно, правда, допустить, что связи славян с тюрко-татарами завязались ещё до прихода аваров, а именно ещё в эпоху неолита, когда за несколько тысячелетий до нашей эры смуглые брахицефалы, вышедшие из Средней Азии, наводнили Европу. Однако в ту эпоху не было ещё славян: пра-индоевропейский народ только формировался где-то в Центральной Европе, и славяне, не выделившиеся ещё из его массы, не могли почувствовать последствия этого вторжения сильнее, чем остальная часть этой массы.

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ.КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ I. ПРАСЛАВЯНСКОЕ ЕДИНСТВО: ЕГО ПРОИСХОЖДЕНИЕ И РАЗВИТИЕ. (ГЛАВА 3,4)

Итак, у нас нет доказательств жестокого рабства славян под германским и татарским игом ни для древнейшего периода их истории, ни для более поздних времён. Подобное рабство никогда и нигде не существовало, кроме как в воображении Пейскера, принижающего славянскую первобытность. Поэтому мы должны решительно отвергнуть его толкование начала истории славян и принять во внимание лишь те события, о которых мы упоминали в начале этой главы.ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ.КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ I. ПРАСЛАВЯНСКОЕ ЕДИНСТВО: ЕГО ПРОИСХОЖДЕНИЕ И РАЗВИТИЕ. (ГЛАВА 3,4)

Первые достоверные известия о славянах относятся к I и II векам н. э. Славяне появляются в них под наименованием венедов (Venedi, Venadi, Veneti, Ούενέδαι). К этим сообщениям относятся сообщения Плиния (Nat. Hist., IV.97; его труд написан около 77 года): «quidam haec habitari ad Vistulam usque fluvium a Sarmatis, Venedis, Sciris, Hirris (corr.) tradunt»; Тацита (Tac., Germ., 46, написана в 98 году): «hic Suebiae finis. Peucinorum Venetorumque et Fennorum nationes Germanis an Sarmatis ascribam dubito… Veneti multumex moribus traxerunt: nam quidquid inter Peucinos Fennosque silvarum ac montium errigitur, latrociniis pererrant, hi tamen inter Germanos potius referuntur, quia et domos fingunt, et scuta gestant et pedum usu ac pernicitate gaudent; quae omnia diversa Sarmatis sunt in plaustro equoque viventibus»; Птолемея (умер около 178 года, Geogr., III.5.7): ««κατέχει δε τήν Σαρματίαν εθνη μέγιστα οι δε Ούενέδαι παρ’ δλον τον Ούενεδικόν κόλπον καί ύπέρ την ΔακίανΠευκΐνοί τε καί Βαστέρναι»; Geogr. III.5.8: «παρά τον Ούιστούλαν ποταμόν ύπό τούς Ούενέδας Γύθωνες, εΐτα Φίννοι, έΐτα Σούλωνες»; Geogr., 111.56: «τά Ούενεδικά όρη».».

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ.КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ I. ПРАСЛАВЯНСКОЕ ЕДИНСТВО: ЕГО ПРОИСХОЖДЕНИЕ И РАЗВИТИЕ. (ГЛАВА 3,4)

К этим свидетельствам следует прибавить ещё и другие, несколько более поздние: во-первых, это надписи на Пейтингеровой карте, которая относится, по моему мнению, к концу III века и на которой дважды упоминаются венеды-сарматы, один раз в Дакии, другой раз между Дунаем и Днестром; во-вторых, это греческий список различных народов, составленный приблизительно в начале III века (Διαμερίσμου τής γης άποσπασμάτιον), в котором встречаются названия Βαρδουλοί — Варулой, Κουαδροί — Кавадрой, Βεριδοί — Веридой, что, очевидно, является искажением слов Βανδουλοί — Вандулои (Вандалы) и Βενιδοί — Венедои (Венеды). И, наконец, это свидетельство Марциана в его «Перипле» (около 400 года), где опять встречается название Οόενδικός κόλπος — Ооендикос колпос (ΙΙ.38, 39, 40), имеющееся у Птолемея. В этих первоисточниках венеды славяне представлены как многочисленный народ (μέγιστον έ’θνος), расселившийся за Вислой между Балтийским морем (Венедский залив), Карпатами (Венедские горы) и землями певкинов и феннов.

Такими представляются нам славяне в первые века нашей эры. Более ранних свидетельств у нас нет. Из всех известий, привлеченных с целью возвеличить древнейшее историческое прошлое славян, только два можно считать в известной мере правдоподобными.

Прежде всего это заметки римского историка Корнелия Непота (94–24 г.г. до н.э.), в которых говорится об индах, занесенных бурей из «Индийского моря» (indica aequora) к берегам «Северного моря», где король батавов захватил их в плен и преподнёс в дар в 58 году до н.э. проконсулу А. Метеллу Целеру9.

Затем это ряд древних преданий, согласно которым янтарь происходил из земли генетов или енетов, расположенной у устья реки, называемой Ериданос, позднее отождествленной с рекою По10.

Наименования Indi и indica aequora (инды и Индийское море) не могут относиться к Индии, так как бурей не могло отнести корабль из Индии к побережью Германии. Очевидно, здесь речь идёт не об индах, а о другом народе с похожим наименованием, в частности о «венедах» римских авторов или о «виндах» (Vindy) – по-немецки Wenden.

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ.КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ I. ПРАСЛАВЯНСКОЕ ЕДИНСТВО: ЕГО ПРОИСХОЖДЕНИЕ И РАЗВИТИЕ. (ГЛАВА 3,4)

Что же касается легенды о происхождении янтаря, то тут следует вспомнить, что в землях итальянских «венетов» это редкое вещество не встречалось, тогда как именно Прибалтика когда-то поставляла средиземноморским странам огромное количество янтаря и торговля между ними велась уже в течение второго тысячелетия до н. э. Можно также допустить, что традиционное представление о наличии янтаря в северной Италии (исторической Венеции) появилось в результате того, что смешивали балтийских венедов с итальянскими венетами, которые были, конечно, более известны историкам, чем первые. Однако следует признать, что подобное объяснение этих двух древних свидетельств может быть по праву отвергнуто.

Балтийские венеды были, безусловно, славянами. Имеется несколько доказательств этого. Во-первых, их места обитания в I–II веках н. э. совпадают с местами обитания славян в VI веке. Распространение славян было совсем незначительно в период переселения народов. Во-вторых – и это очень важный довод, – наименование венедов, вендов11 сохранялось в немецком языке (Wenden, Winden) в течение всей исторической эпохи, вплоть до новейшей, как общее наименование славян. Старые деревни, которые их немецкие соседи хотели отличить от одноименных немецких деревень, обозначались в отличие от них windisch или wendisch. Наконец, Иордану, историку VI века, первым давшему очерк начала истории славян, известно, что наименования «венд», «венед» и «славянин» употреблялись для обозначения одного и того же народа; он употребляет эти названия попеременно12, из чего можно заключить, что в VI веке признавалось тождество славян с венедами.

Приведенные доказательства одновременно опровергают как точку зрения Тацита, который колебался, отнести ли венедов к сарматам или к германцам, и остановился, наконец, на их германском происхождении, так и археологические гипотезы Р. Муха, по мнению которого венеды были иллирийской народностью, а также последние гипотезы Шахматова и Пейскера, считающих венедов кельтами на основании якобы кельтской терминологии водных путей на территории прародины венедов13. Если бы эта номенклатура была действительно кельтского происхождения, а в этом можно сомневаться, по крайней мере по отношению к части этих названий, то это доказывало бы нам лишь то, что кельты когда-то проникли в эти края, очевидно, под напором германцев, продвигавшихся с севера в Германию14. Однако это никоим образом не является доказательством того, что венеды I–VII веков н. э. были кельтами. Самое большее, что можно допустить, это то, что если венеды и были кельтского происхождения, то славянизация кельтов произошла задолго до I века н. э.

Что же касается моей точки зрения, то я не сомневаюсь в том, что венеды Плиния, Тацита и Птолемея, так же как венеды Иордана, Прокопия и более поздних историков, всегда были славянами. Их наименование – венды, венеды – не было собственно славянским, а являлось, очевидно, названием чуждого происхождения, которое дали славянам их соседи.Значительная распространенность названий с основой vind или vend на землях, заселенных когда-то кельтами, позволяет предположить, что эти названия кельтского происхождения15.

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ.КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ I. ПРАСЛАВЯНСКОЕ ЕДИНСТВО: ЕГО ПРОИСХОЖДЕНИЕ И РАЗВИТИЕ. (ГЛАВА 3,4)

Наконец, у этого многочисленного народа, населявшего в первые века нашей эры обширные земли между Вислой, Балтийским морем, Карпатами и Днепром и Десной, было в ту эпоху свое собственное местное название «славяне». Можно догадываться также о существовании ещё более древнего названия серб (множественное число сербы). Эта догадка, между прочим, основана на неясном комментарии Прокопия, писавшего о славянах и антах16: «Σπόρους γάρ τό παλαιόν άμφωτέρους έκάλουν ότι δή σποράδην, οΐμαι, διεσκημένοι την χώραν οίκοΰσιν»».

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ.КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ I. ПРАСЛАВЯНСКОЕ ЕДИНСТВО: ЕГО ПРОИСХОЖДЕНИЕ И РАЗВИТИЕ. (ГЛАВА 3,4)

К сообщению Прокопия можно присоединить традицию, сохранившуюся у анонимного Баварского географа IX века: «Zeruiani (речь идет о прикарпатском народе), quod tantum est regnum ut ex eo cunctae gentes Sclavorum exortae sint et originem sicut affirmant ducant»17. Очевидно, существовало название, близкое греческому Σπόροι — Спорои, которое является, вероятно, сокращением Βοσπόροι — Боспорои – названия известного царства на побережье Азовского моря (Меотида), однако считать, что здесь речь идёт о сербах, нельзя, так как для этого слишком мало оснований. Предки исторических сербов никогда не жили за Азовским морем. Слово «сербы» (serbi) нигде не засвидетельствовано как общее название всех славян, и форма «сорб», которая якобы была исходной формой греческого слова Σπόροι, в древних источниках о восточных сербах не встречается18.

Нам осталось ещё рассмотреть только одно общее подлинное и древнее наименование, а именно наименование словяне, словене (форма множ. числа; в единственном числе – Словении). Это название встречается в истории впервые в начале VI века у Псевдо-Цезаря Назианского19, затем около 550 года неоднократно у Прокопия и Иордана и, наконец, у более поздних историков. Не лишено вероятия утверждение, что это наименование встречается также у Птолемея в перечне племён Сарматии. Название Σουοβηνοί (Geogr., VI.14.9), употребляемое автором, действительно очень близко славянской форме словене, и можно предположить, что Птолемей заимствовал его из какого-то источника, даже не зная, разумеется, что это был за народ и каково было его отношение к венедам, живущим на западе Сарматии20.

Объясняя этимологию слова «словене», Фр. Миклошич высказал предположение, что оно употреблялось сначала для обозначения лишь тех славян, которые продвигались в VI веке к югу (словенцы, дакийские славяне и будущие болгары), и что оно якобы только в течение последующих столетий было распространено на всех славян. Однако мне представляется уже доказанным, что наименование славяне с VI века обозначало все славянские племена. Оно встречается не только у тех славян, которые проникали тогда в Италию, Истрию и на Балканский полуостров, но также и у славян, обитавших в центре России (Suavi у Иордана, Get., 250, не говоря уже о Σουοβηνοί, упоминаемых Птолемеем).

Мы встречаем название славяне в VII веке в Чехии (Samo rex Sclavinorum у Фредегара) и в Лужице (Surbi gens ex genere Sclavinorum, Sclavi cognomento Winadi, ibid., Chron., IV.48, 68), а в VIII веке на побережье Балтийского моря (Einhard, Ann. Franc., 782, 789; Ann. Alem., 790). В наиболее ранних славянских письменных документах с начала IX века для обозначения славянского языка употребляется общий термин «словеньскъ языкъ»;встречаются также «словеньское племя», «словеньский народъ вьсь» («славянское племя», «весь славянский народ»).

Наконец, то, что производные от слова «славянин» сохранились повсеместно, свидетельствует в пользу первоначального широкого значения этого наименования. С IX века известны новгородские словене в России, словинцы, живущие и поныне у устья Вислы, словинцы в Каринтии и словаки в Словакии. Албанцы называли сербских и македонских болгар Skja, Skjeji, то есть славянами.

Название «славянин» славянского происхождения, однако нам неизвестны, как это ни странно, ни его этимология, ни его первоначальное значение. Что означает слово «славяне»? Наряду с формами Σκλαυηνοί, Στλαυηνοί, Sklaveni, Stlaveni, образованными непосредственно из формы «словене», в латинском и греческом языках имеются краткие формы Σκλάβοι, Σθλάβοι, Sclavi, Stlavi, Sclavi, Stlavi неизвестного происхождения. Вероятно, они возникли под влиянием окончания – славь, которое часто встречается в именах собственных. Краткие формы известны уже в VI веке, а начиная с VIII века они очень распространены в письменных документах.

На основании указанных кратких форм, а также русского термина «славяне», происхождение наименования «славяне» ещё до начала XIII века стали связывать со словом «слава» и переводить его как «gloriosi», «αίνετοί». Это толкование удерживалось до XIX века, и известный славянский поэт и археолог Я. Коллар поддержал его своим авторитетом. Другое толкование, не менее древнее, засвидетельствованное уже в начале XIV века, связывает наименование славяне – словене с понятием «слово» и переводит его как «verbosi, sermonales, όμογλόττοι».

Это объяснение приняли такие выдающиеся исследователи, как И. Добровский и П. Шафарик. Последний опирался, в частности, на аналогичный факт, а именно, что славяне называли соседний народ, язык которого они не понимали, словом «немцы» (единственное число – «немец», производное от «немъ», «немой»). Хотя эта вторая гипотеза имела большое число сторонников, тем не менее большинство современных лингвистов отвергает её на том основании, что славянский суффикс – ей, – янин, – janin всегда указывает на принадлежность к определенной местности и что, следовательно, наименование Словении должно было быть образовано от названия местности (Слово?), названия, которое, к сожалению, нигде не встречается21.

Итак, происхождение названия славян остается невыясненным. Что означает слово «славяне»? Однако нам известно, что носитель его — славяне появляются в начале нашей эры как могущественный народ, расселившийся на огромной территории между Вислой и Десной: «natio populosa per immensa spatia consedit» – писал о нём в VI веке Иордан22. В настоящее время известно также, что этот многочисленный народ появился в Европе не в этот период, а жил там издавна в тесном взаимодействии с другими индоевропейскими народами. Ныне это положение признано в науке и не нуждается в доказательстве, как 100 лет тому назад, когда Шафарик писал свои «Древности» с целью доказать главным образом древность славян, в которой сомневались некоторые немцы23.

———————————————— ***

1.Подробности см. в «Slav, star.», I, 221, а также в наст, книге, с. 176 и сл.

2.Herod., IV. стр. 17–18 и 53–54.

3. Herod., IV. стр.83–98 и 118–143.

4. См. ниже, с. 38–39.

5. Чешский исследователь Я. Пейскер изложил свои взгляды в нескольких работах, например «Die alteren Beziehungen der Slaven zu Turkotataren und Germanen» (Berlin, 1905); «Neue Grundlagen der slavi-schen Altertumskunde; Vorbericht» (Stuttgart, 1914); «The expansion of Slavs» (reprinted from the Cambridge Medieval History, II, 1914). Cm. критическое резюме, опубликованное мной в «Архиве славянской филологии» (1909, с. 569) под названием «J. Peiskers neue Grundlagen der sl. Altertumskunde» и в «Revue des Etudes slaves» (II, 1922, с. 19–37) под названием «Des theories nouvelles dej. Peisker sur les anciens Slaves», а также статью J. Janka «О stycich starych Slovaniis Turkotatary a Germany hlediska jazykozpytneho», опубликованную в «Вестнике чешской академии» (XVII, 1908, с. 101) и в журнале «Wórter und Sachen» (1, с. 109).

6. «Źivot st. Slov.», I, с. 162; III, с. 135, 146 и сл., и статьи, цитированные в предыдущем примечании.

7. Const. Porphyr. De adm. imp., 2.

8. Со стороны лингвистов было довольно много возражений, особенно против предположения, что термины млеко и тварогъ заимствованы. Профессор славянской филологии В. Ягич считает слова млеко и тварогъ славянскими (см. труд И. Янка, цитируемый выше).

9. Pomp. Mela, III.5, 45. Ср. Plin., II. 170.

10. Эту легенду знали уже Геродот (III. 115) и Гесиод («Hes. fragm.», ed. Marckscheffel, 355), Skylax (с. 19), Skymnos (v. 188). См. также Berger, Geschichte der wissenschaftlichen Erdkunde der Griechen (I, c. 29).

11. Форма «венд» (vend) была, вероятно, первоначальной формой; распространенная форма «венед» (vened) возникла в греческой и римской литературе, по-видимому, под влиянием хорошо известных названий адриатических венетов.

12. lord., Get, V.34, XXIII. 119.

13. См. критику этих теорий М. Фасмера и К. Буги (М. Vasmera а К. Bugy, Rocznik slawistyczny, IV.3, с. 189).

14.См. выше, с. 27.

15. Так, например, Vindana, Vindalum, Vindonissa, Vindeleia, Vendovera, Vindobriga, Pennovindos, Vindobala, Vindolana, Vindomova, Vindogladia, Vindogara в Галлии и Бретани; Vindelici, Vindonianus vicus, Vindobona, Magiovindus, Vendidora и т. п. в восточноальпийских землях. Ср. d’Arbois de Jubainville, «Les premiers habitants de l’Europe», II, с. 264, 294. Этимология слов венд, винд неясна (vindos – «белый»?). Остальные возможные толкования этого слова см. в «Slov. star.», I, с. 201. Существует также славянская этимология. Первольф находит тут же корень vent — «великий», старославянская форма сравнительной степени «vętsij» – «больший».

16. Ргосор., В. G. III. 14.

17. См. выше, с. 24.

18. Она появляется лишь в источниках VIII века («Slov. star.», II, с. 487; III, с. 114) и только для обозначения полабских сербов (sorabi в анналах Эйнхарда, 782, 806, 822, и surbi в анналах Фредегара, IV.68).

19. Dialogi, 110 (Mignę, Patrologia graeca, 38, 847). Ср. Mtillenhoff, Deutsche Altertumskunde, 11.347, 367.

20. Более древних упоминаний нет. А. Погодин считал достойным внимания в этом отношении два имени собственных – Stlabonius Fuscinus («Corpus inscr. lat.», 111.4150) и М. Slavus Putiolanus (там же, III, добавление, с. 1958); оба весьма сомнительны.

21. В заключение Розвадовский называет ряд названий рек в Польше и России, образованных от формы «слав» и «слов», и предполагает, что существовала река, называемая Слова или Слава, или хотя бы болотистая местность, называемая «Слово», а народ, обитавший в этой области, получил от него название «словеке». Эти названия рек образованы якобы от корня «й/ем» – означающего «заливать» (поливать), «чистить». Милан Будимир высказывает это же мнение (Zbornik A. Beliće, Вё1еЬгас1, 1921, с. 97–112, 129–131).

22. lord. V.34.

23. «Cesky Casopis historicky», I, 1895, с. 19.

Источник

http://ru-sled.ru/pervye-istoricheskie-izvestiya-o-slavyanax...

Дифференциация славян

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ.КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ I. ПРАСЛАВЯНСКОЕ ЕДИНСТВО: ЕГО ПРОИСХОЖДЕНИЕ И РАЗВИТИЕ. (ГЛАВА 3,4) Любор Нидерле. Славянские древности. М.: Новый Акрополь, 2010 г. Книга первая. История древних славян. Часть I. Праславянское единство: его происхождение и развитие. Глава IV. Дифференциация славян.

Сколько бы ни говорили о первоначальном единстве славян, всё же они никогда не представляли собой единого целого в полном смысле этого слова. У них, как и у каждой этнической группы славян, всегда были соматологические1, культурные2 и языковые различия. Эти языковые различия известны нам лучше всего, так как язык даёт самый полный материал, позволяющий проследить начало и дальнейшее развитие дифференциации славян.

Как и повсеместно, на дифференциацию славян воздействовал прежде всего внутренний фактор, под влиянием которого произошли незначительные фонетические, грамматические и лексикологические различия в языке и появились диалекты.Первоначальные различия возросли затем благодаря изоляции и в особенности благодаря тому, что определенные элементы отделились от материнского ствола вследствие переселения и скрещивания с чуждым языком или языками.

Под влиянием этих факторов древнее единство славян – а о таком единстве говорить можно, так как различия внутри единства славян долгое время были незначительными, – распалось, и на заре истории мы видим уже ряд новых образований, сложившихся окончательно в течение последующих столетий, как например: 1) русское, 2) болгарское, 3) сербо-хорватское, 4) словенское, 5) чехо-словацкое, 6) лужицко-сербское, 7) полабско-поморское и 8) польское. Все эти языки являются продолжением материнского языка, на котором когда-то говорили в прикарпатской прародине. Мы не можем точно определить ни времени распада этого единого славянского языка, ни времени начала и самостоятельного существования названных языков и говорящих на них народов. В настоящее время славянская филология допускает, что древнее единство славян существовало, несмотря на начавшийся распад его, ещё в течение первых веков нашей эры3. И это всё, что можно сказать по данному вопросу. Разделение единого языка и становление отдельных славянских языков произошло не сразу, а постепенно. Ход этого процесса, а также взаимное родство народов, говорящих на этих языках, давно являются предметом исследования.

Чешский грамматик Ян Благослав в 1571 году разделил славянские языки на три большие группы: чешскую, словацкую и польско-русскую. Однако впоследствии число групп славянских языков было сведено к двум. Такого деления на две группы придерживались А. Бандури, И. Фриш, X. Иордан, К. Антон, М. Катанчич, А. Шлецер и др., однако они не опирались на научно обоснованную аргументацию.

Только отцу славянской филологии И. Добровскому принадлежит заслуга научного обоснования теории деления славянских языков. Согласно его концепции, древний общеславянский язык разделился сначала на две ветви – восточную и западную; производными языками от восточной ветви являются русский, старославянский, иллирийский (сербский и болгарский), хорватский и словенский. Языками, производными от западной ветви, являются чешский, словацкий, лужицко-сербский и польский.

После И. Добровского теории разделения славянских языков на две ветви довольно долго придерживались даже такие выдающиеся филологи, как П. Шафарик, Б. Копитар, Ф. Буслаев, И. Гебауер; в 1865 году А. Шлейхер предложил, согласно этому принципу, следующую схему родословной славян4:
ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ.КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ I. ПРАСЛАВЯНСКОЕ ЕДИНСТВО: ЕГО ПРОИСХОЖДЕНИЕ И РАЗВИТИЕ. (ГЛАВА 3,4)

Однако вскоре вместо деления общеславянского языка на две ветви вновь было принято первоначальное деление на три ветви.

Если не принимать во внимание доктрину Благослава 1571 года, эта идея возникла в России в результате стремления выделить русский язык из остальных языков в качестве самостоятельной ветви. Первым выдвинул и отстаивал теорию разделения языков на три ветви русский учёный А. Востоков, его последователями были М. Максимович, И. Срезневский, В. Григорович, А. Будилович и др. Новая система встретила и за пределами России более широкое признание, чем система Добровского и Шлейхера.

Однако представители сравнительного языкознания выступили против подобной классификации (мы уже упоминали труды И. Шмидта5), а также против теорий происхождения славянских языков, и все родословные славян были окончательно отвергнуты. Ограничимся разбором концепции В. Ягича – в настоящее время старейшего представителя славянской филологической школы, – концепции, которая полностью согласуется с данными о древнейшем периоде славянской истории.ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ.КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ I. ПРАСЛАВЯНСКОЕ ЕДИНСТВО: ЕГО ПРОИСХОЖДЕНИЕ И РАЗВИТИЕ. (ГЛАВА 3,4)

В. Ягич признает большую ценность теорий И. Шмидта и считает, что зачатки позднейших славянских языков существовали уже в общеславянском языке и что порядок их территориального распространения уже тогда соответствовал их расположению в настоящее время. Когда же эти зачатки диалектов были перенесены на исторические места обитания славян, то здесь они окончательно обособились так, что одновременно образовали три различные группы, из которых каждая объединяла наиболее близкие языки:

1) русская группа с русским языком и украинским;

2) западная группа с языками чехословацким, польским, лужицко-сербским и полабским;

3) южная группа со словенским, сербо-хорватским и болгарским языками6.

Процесс дифференциации и разветвления языков, конечно, протекал не всегда определенно, а в окраинных областях иногда происходило и скрещивание. Но это не исключало деления общеславянского языка на три группы, поэтому интересно проследить, в какой мере топография славянской прародины и её рельеф способствовали этому делению. Перед народом, рост численности которого заставлял его распространяться за пределы своей прародины, помещенной нами к северу от Карпат между реками Вислой и Днепром,открывались три больших пути.ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ.КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ I. ПРАСЛАВЯНСКОЕ ЕДИНСТВО: ЕГО ПРОИСХОЖДЕНИЕ И РАЗВИТИЕ. (ГЛАВА 3,4)

Первый путь ведёт на запад: это легко доступный путь, так как Висла, так же как и Одер,едва ли была серьезным препятствием. Таков же второй путь, ведущий к бесконечным просторам России. Путь к северу был прегражден морем, а также озерами и болотами7. Путь к югу преграждался цепью Карпатских гор, однако по краям этого хребта было достаточно места для проникновения народа двумя путями по направлению к Дунаю. Это и был третий путь.

Итак, топографические условия прародины славян также чрезвычайно способствовалиделению славян на три группы, так как люди могли расселяться лишь по направлению к западу, югу и востоку.

Следовательно, разделение славян на три большие группы основывается не только на лингвистическом различии, но и на расположении и ориентации их прародины. Черта, отделяющая отдельные группы, соответствует приблизительно границе между бассейнами Чёрного и Балтийского морей. Одни следовали по течению рек на запад и на север, другие на север, восток и юг. Разделение славян на две большие культурные группы, на обосновании которого мы остановимся ниже, зависит от того, к какому из этих двух бассейнов они относились.

———————————————— ***

1. См. выше, с. 17–18.

2. Достаточно упомянуть здесь в качестве основного факта, что западная часть древней славянской территории всегда, в частности и в доисторическую эпоху, испытывала иные культурные влияния, нежели восточная часть, простиравшаяся по Днепру, который связывал её с Чёрным морем и Востоком.

3. Таковой, например, является точка зрения В. Ягича, О. Гуера и А. Соболевского. А. Шахматов продлевает эпоху единства славян вплоть до IV века, в то время как А. Мейе допускает, что всеобщий славянский язык существовал ещё в VIII веке н. э. (Le monde slave, 1917, III, с. 399; Revue des Etudes slaves, I, 1921, c. 8; II, 1922, c. 303, и критика Белича в «Slavii», I, 1922, с. 8).

4. См. Приложение к VII тому Зап. Акад. наук, ч. 2, СПб., 1865, а также Beitrage zur vergleichenden Sprachforschung, 1856, с. 1–27.

5. См. выше, с. 11.

6. «Archiv fur slavische Philologie», XX, с. 21 (XVII, с. 71).

7. Впрочем, и болота в бассейне р. Припяти, составлявшие северную часть славянской прародины, были мало заселены, а жители их были недостаточно сильны, чтобы эффективно расселяться по северным районам, густо населенным в то время прусскими и литовскими племенами.

Источник

http://ru-sled.ru/differenciaciya-slavyan/

Картина дня

наверх