На информационном ресурсе применяются рекомендательные технологии (информационные технологии предоставления информации на основе сбора, систематизации и анализа сведений, относящихся к предпочтениям пользователей сети "Интернет", находящихся на территории Российской Федерации)

Свежие комментарии

  • Давид Смолянский
    Что значит как справляются!? :) С помощью рук! :) Есть и др. способы, как без рук, так и без женщин! :) Рекомендации ...Секс и мастурбаци...
  • Давид Смолянский
    Я не специалист и не автор статьи, а лишь скопировал её.Древнегреческие вазы
  • кира божевольная
    всем доброго дня! не могли бы вы помочь с расшифровкой символов и мотивов на этой вазе?Древнегреческие вазы

Итальянские каникулы. Как Суворов провёл лето 1799-го года. Суворов и австрийская бухгалтерия. Парадоксы гения Суворова: умел говорить на 5 языках, но часто пел петухом (3 статьи)

Итальянские каникулы. Как Суворов провёл лето 1799-го года

Русского фельдмаршала на его пути к Парижу остановили не враги, а союзники.

«Портрет А. В. Суворова». Фрагмент картины художника К. Штейбена, 1815. © / Public Domain

Европа против революции

На рубеже XVIII–XIX веков Европу охватил масштабный конфликт.

После того как в ходе Великой Французской революции был свергнут с престола, а затем казнён король Людовик XVI, европейские монархии решили покончить с революционной заразой в её логове. Однако все попытки французских роялистов на иностранных штыках восстановить прежний режим оказались тщетными.

Более того, армия революционной Франции не только сумела отстоять территорию своего государства, но и стала стремительно продвигаться в чужие владения.

В 1798 году император Павел I присоединился ко второй антифранцузской коалиции, куда, кроме России, вошли Великобритания, Австрия, Турция, Неаполитанское королевство. Целью коалиции было остановить экспансию революционной Франции, а затем, в перспективе, занять Париж и восстановить на престоле династию Бурбонов.

Впрочем, для начала главной задачей для союзников было изгнание войск Французской Директории из занятой ими Северной Италии.

На помощь австрийским войскам, представлявшим главную ударную силу против Франции в Италии, император Павел I направлял до 65 тысяч солдат. Авангардом этой группы был 22-тысячный корпус генерала Розенберга, выступивший из Бреста в октябре 1798 года.

Если в войсках у союзников недостатка не было, то с главнокомандующим возникла загвоздка. Австрия запросила у России в качестве главнокомандующего союзной армией фельдмаршала Александра Суворова.

«Бывший лучший, но опальный стрелок…»

Подобная просьба Павла I не обрадовала. Отношения у императора и полководца были, мягко говоря, сложными. Суворов категорически не принимал идей Павла о перестройке армии на прусский манер и всячески их высмеивал. В результате фельдмаршал оказался в отставке и опале. И хотя к 1798 году гнев императора поутих, просьба австрийцев была ему неприятна.

Тем не менее Павел I отправил в имение Кончанское, где жил Суворов, флигель-адъютанта Толбухина. Посланец вёз письмо со следующими словами: «Граф Александр Васильевич! Теперь нам не время рассчитываться. Виноватого Бог простит. Римский император требует вас в начальники своей армии и вручает вам судьбу Австрии и Италии…»

«Отъезд А. В. Суворова из села Кончанского в поход 1799 г.», фрагмент картины Н. А. Шабунина. Источник: Public Domain

Суворов, тосковавший без военного дела, которому была посвящена вся его жизнь, согласился и 25 марта 1799 года прибыл в Вену, где император Франц I присвоил Суворову звание австрийского фельдмаршала.

Австрийцы всячески выказывали полководцу своё уважение, но тем не менее между ними и Суворовым почти сразу обозначился конфликт.

Суворов полагал необходимым не только разбить французские войска в Северной Италии, но затем двинуться во Францию, чтобы полностью покончить с угрозой, исходящей от революционной армии Франции. Австрийцы же намеревались заниматься исключительно обороной своих границ и оттеснением от них французов.

Австрийское правительство рассчитывало на то, что Суворов будет чётко выполнять их предписания и не отходить от них ни на шаг.

Видимо, зная о военных подвигах полководца, они имели чрезвычайно смутное представление о его характере.

«Торжественная встреча Суворова в Милане в апреле 1799 года». Фрагмент картины художника А. Шарлемана. Источник: Public Domain

Русский стиль для австрийской армии

15 апреля 1799 года Суворов прибыл в Верону, где сосредоточились передовые русские части. Народ встречал полководца восторженно — из его кареты выпрягли лошадей, провезя Суворова по городу «на ручной тяге».

На следующий день полководец отправился в Валеджо, где находились австрийские войска. Здесь Суворов решил ожидать подхода основной части русского корпуса Розенберга.

Чтобы не терять времени, он отрядил находившихся при нём русских офицеров проводить обучение австрийцев русской тактике боя, в частности штыковым атакам, на базе переведённой на немецкий язык книги Суворова «Наука побеждать».

Спустя три дня, с подходом русский войск, Суворов с союзной армией, насчитывавшей 52 тысячи человек, двинулся в поход. Армия перемещалась при помощи так называемого «суворовского перехода», преодолевая по 28 вёрст в сутки. Выступали ночью, после семи вёрст следовал привал на один час, после следующих семи вёрст — отдых на три – четыре часа для варки пищи. Затем ещё семь вёрст, часовой привал, заключительные семь вёрст — и ночлег.

Для австрийцев, не привыкших к таким нагрузкам, «суворовский переход» оказался потрясением. Командовавший австрийскими частями генерал Мелас и вовсе писал: «Марш был слишком быстр и лишён всякого военного расчёта».

Но Суворов австрийские жалобы всерьёз не принимал. Если русские «чудо-богатыри» могут так перемещаться, значит, и австрийцам придётся.

Добро пожаловать в Адду!

25 апреля союзная армия, овладев крепостями Брешиа и Бергамо, вышла на левый берег реки Адды. На её правом берегу была сосредоточена французская армия под командованием генерала Моро.

Сражение на реке Адде. Художник Спиавонетти

Сражение на реке Адде. Художник Спиавонетти. Фото: Public Domain

В распоряжении Моро было 28 тысяч человек, растянутых примерно на 100 километров. Эту слабость французской армии и решил использовать Суворов. 26 апреля отряд генерала Багратиона атаковал левый фланг французской армии, захватив город Лекко. Моро стал перебрасывать части из центра на левый фланг обороны. 27 апреля основные силы Суворова переправились через Адду и вступили в сражение, оттесняя противника от реки. Ещё один русский отряд, переправившись через реку, зашёл французам в тыл. К вечеру 27 апреля французские войска начали общее отступление. Часть подразделений французской армии, отрезанная от остальных сил, сдалась в плен.

Потери союзной армии Суворова убитыми и ранеными составили около 2000 человек, потери французов — 2500 убитых и раненых, до 5000 пленных, 27 орудий.

Успех на Адде открыл дорогу на Милан, куда 28 апреля ворвался казачий полк майора Молчанова. Французы бежали из города, а созданная ими Цизальпийская республика на время прекратила своё существование.

29 апреля в Милан торжественно вступили основные союзные силы во главе с Суворовым, где их с восторгом встречали местные жители.

Успехи Суворова в Италии взбудоражили Европу — всего за две недели он в корне переломил ситуацию, склонив чашу весов в пользу антифранцузской коалиции.

400 вёрст за шесть недель

Почивать на лаврах полководец был не намерен — через два дня он выступил в направлении переправ через реку По у Пьяченцы. Суворов объявил свои стратегические планы: разгром французских армий Моро и Макдональдав Италии, после чего поход на Париж.

Это переполошило Вену: австрийский император прислал командующему письмо, в котором настоятельно советовал думать об обороне австрийских владений и взятии итальянских крепостей, не помышляя о большем.

Суворов же, по обыкновению не вступая в споры, гнул свою линию. Достигнув переправ на реке По, союзная армия лишила французские армии возможности соединиться.

Командующий союзной армией обратился с воззванием к жителям Пьемонта с призывом подняться на восстание против французов, и этот призыв имел успех, хотя в Вене его не разделяли. Пьемонтцы формировали собственные отряды, чему Суворов не противился, в то время как Австрия желала, чтобы пьемонтцы пополняли австрийские войска.

Беря город за городом, 25 мая армия Суворова подошла к Турину и 26 мая при помощи местных жителей овладела им. Армия Моро к началу июня отступила в Генуэскую Ривьеру.

Таким образом, за шесть недель кампании армия Суворова прошла около 400 вёрст, выбив французов из Северной Италии. Под их контролем остались лишь несколько блокированных и изолированных друг от друга крепостей.

Оправдание генерала Макдональда

Суворов был настроен окончательно разбить Моро, однако для решающего сражения у него не хватало сил. Почти 40 тысяч солдат по желанию австрийского императора были отвлечены на захват различных крепостей, остальные войска были растянуты на сотни вёрст. К тому же на соединение с Моро из Южной Италии шла армия генерала Макдональда.

Битва при Треббии. Художник А. Коцебу. Источник: Public Domain

17–19 июня 1799 года союзная армия под командованием Суворова сошлась с французской армией генерала Макдональда в битве при Треббии. Передовые части Суворова вступили в бой прямо с марша, преодолев 80 км за 36 часов. Несмотря на это и на то, что французы превосходили армию Суворова числом более чем в полтора раза, блестящие тактические манёвры русского полководца привели к тому, что французы потерпели сокрушительное поражение, потеряв 6000 убитыми и более 12 000 пленными. Суворов при этом потерял всего 900 человек убитыми и 4300 ранеными.

Сам генерал Макдональд позже вспоминал о том сражении: «Я был молод во время сражения при Треббии. Эта неудача могла бы иметь пагубное влияние на мою карьеру, меня спасло лишь то, что победителем моим был Суворов».

Сам Суворов продолжал вынашивать планы удара по Ривьере, по армии Моро, разгром которой открывал бы ему путь к Парижу. Однако австрийцы каждый раз находили причины, чтобы отказаться от этого плана.

Несостоявшаяся встреча

Французская армия получила передышку, перегруппировала силы и сформировала новую Альпийскую армию в составе 45 тысяч человек под командованием генералаЖубера. 15 августа 1799 года французская и союзная армия сошлись в битве при Нови.

Кровопролитное сражение, длившееся 15 часов, завершилось очередной победой Суворова. Французы потеряли до 10 тысяч человек убитыми, среди которых оказался и сам генерал Жубер, до 4600 пленными, лишились 37 орудий.

Этой блестящей победой завершился так называемый «Итальянский поход Суворова». Его слава в Европе достигла пика: в Англии чеканили образ Суворова на медалях, в европейских театрах пели оды, игроманы заключали пари на то, за сколько дней русский военный гений дойдёт до Парижа.

Но князю Италийскому (такой титул присвоил полководцу Павел I) было не суждено взять французскую столицу. Австрия, опасавшаяся усиления влияния России в регионе, отозвала свои войска на зимние квартиры, а Суворову с русской армией было предписано двигаться в Швейцарию на соединение с корпусом Римского-Корсакова.

Впереди 67-летнего полководца ждал последний в его жизни и, возможно, самый героический «Швейцарский поход» с легендарным переходом через Альпы.

ГенералНаполеон Бонапарт, во время побед Суворова в Италии находившийся с армией в Египте, так и не встретился с непобедимым русским полководцем на поле боя. А ведь такая встреча могла изменить судьбу Европы… Но история не знает сослагательного наклонения.

http://www.aif.ru/society/history/italyanskie_kanikuly_kak_s...

Суворов и австрийская бухгалтерия

Суворов был великим солдатом, любил своё дело и Россию, а потому со всей энергией и присущим ему талантом выполнял любые приказы российской власти.

Пётр Романов.
Пётр Романов. © / Светлана Санникова

Старый анекдот. Когда рабби спросили, зачем евреи делают обрезание, тот, крепко подумав, ответил: «Ну, во-первых, это красиво…» Примерно так же аргументировал свою внешнюю политику и Павел I, с детства воспитанный на рыцарских романах: «Ну, во-первых, это благородно…»

В своей внешней политике Павел чётко сформулировал лишь две задачи: борьба против революционной Франции (как можно было поднять руку на короля!) и возвращение крестоносцев на Мальту. На начальном этапе враг был один — французы. Они находились как в Италии, третируя личного друга Павла — Папу Римского (не будем забывать, что Павел был ещё и убеждённым экуменистом), так и на священном для императора острове, который он был обязан защищать в качестве протектора, а затем и гроссмейстера Мальтийского рыцарского ордена. Таким образом, активное участие в антифранцузской коалиции, на что не решалась осторожная Екатерина, являлось для Павла делом дважды благородным.

Вопросы: насколько в интересах России таскать каштаны из огня в Италии ради изгнанных оттуда австрийцев или насколько нужна русскому человеку Мальта, даже не обсуждались. Тем более, не обсуждался вопрос цены итальянского похода: сколько жизней русских солдат придётся положить ради этого «благородного дела». Слово «престиж», помноженное на слово «рыцарство», давало необходимый результат: вперёд! Не думал же о последствиях Ланселот, когда отправлялся сражаться с драконом!

Из 65 тысяч солдат, выделенных на борьбу против французов, одиннадцать тысяч двинулись в Нидерланды, а остальные под командованием Александра Суворова — в Италию. Великого полководца из его имения Павел вызвал следующим посланием: «Римский император (в ту пору так величали австрийского императора — прим. ред.) требует Вас в начальники своей армии и вручает вам судьбу Австрии и Италии. Моё дело — на то согласиться, а Ваше — спасать их. Поспешите с приездом и не отнимайте у славы Вашей время, у меня удовольствие Вас видеть. Пребываю к вам благожелательный Павел». Прощаясь с полководцем, Павел, уверенный в успехе предприятия, торжественно надел на шею православного Суворова католический Мальтийский крест: в те времена — самая почётная в России награда.

Однажды читал, будто Суворов был отправлен в этот поход чуть ли не против его воли. Это не так. Во-первых, с волей у Суворова всё было в порядке. А во-вторых, отправляясь в Италию, полководец соглашался с поставленными перед ним задачами полностью. В одном из писем он пишет: «Италия должна быть освобождена от ига безбожников и французов: всякий честный офицер должен жертвовать собою для этой цели».

Не надо приписывать Суворову лишнее. Он был великим солдатом, любил своё дело и Россию, а потому со всей энергией и присущим ему талантом выполнял любые приказы российской власти. Надо было бить турок — бил турок, надо было охранять арестованного Пугачёва — охранял, надо было подавлять польское восстание — подавлял, надо было «освободить Италию от безбожников» — отправился бить французов.

Рассказывая об итальянском походе Суворова, прежде всего по понятным причинам обращают внимание на блистательные победы полководца, сумевшего свести к нулю всю предыдущую кампанию Бонапарта. Суворов так и не встретился на поле брани с самим корсиканцем (тот в это время был в Египте), но его учеников разбил убедительно.

Не менее интересно, однако, и то, что происходило за кулисами. В описаниях итальянского похода Суворова, командовавшего объединёнными русско-австрийскими силами, то и дело находишь упоминания о спорах полководца с союзниками. Учитывая, что главнокомандующим, как видно из письма Павла I, Суворов был назначен по настоянию как раз австрийского императора, все эти эмоциональные перепалки на первый взгляд выглядят странно. Часть споров можно, конечно, объяснить обычными разногласиями между генералами, в меру своего опыта, таланта и амбиций по-разному оценивавших обстановку. Но были и другие, действительно принципиальные конфликты, где просматривается уже большая политика.

«16-го числа (август 1799 г.), — рассказывает официальная история дореволюционной России. — Суворов получил первое известие о новых планах, по которым русские войска должны были двинуться в Швейцарию, а оттуда наступать на Францию… Венский двор торопил приведением его (плана) в исполнение, вопреки серьёзным возражениям Суворова, считавшего необходимым сначала довершить покорение Италии и лишь в следующем году приступить к выполнению нового плана. Но австрийское правительство, имея свои виды на Италию и желая остаться единственным в ней хозяином, настояло на немедленном удалении оттуда русских войск и вместе с тем поторопилось вывести армию эрцгерцога Карла из Швейцарии, вследствие чего оставшийся там корпус русских войск Римского-Корсакова поставлен был в опасное положение. Последнее обстоятельство заставило Суворова поспешить с движением в Швейцарию».

Подробных комментариев, полагаю, здесь не требуется. «Русского медведя», блистательно сделавшего своё дело в Италии, бесцеремонно теперь выставляли за дверь.

Что же касается истории с корпусом Римского-Корсакова, оставленного союзниками на произвол судьбы перед лицом превосходящих французских сил под командованием Массены, то можно лишь гадать, что в первую очередь двигало австрийцами: некомпетентность, трусость или циничный расчёт — желание выманить из Италии Суворова, чтобы без помех навести там свой порядок. Если верно последнее предположение, то затея удалась. Сначала как приманку подставили корпус Римского-Корсакова, бросив его на произвол судьбы, а затем заставили Суворова предпринять отчаянную попытку спасти товарищей, пройдя через Альпы из Италии в Швейцарию.

Иначе говоря, подвиг Ганнибала русская армия повторила поневоле. Причём по вине австрийцев русским пришлось идти по неразведанным тропам. Даже вьючные мулы, обещанные «союзниками», были доставлены с большим опозданием и в недостаточном количестве. В результате груз перевозили на казачьих лошадях, и непривычные к горным тропам животные вместе с людьми то и дело срывались в пропасть.

История альпийского перехода описана детально, поэтому повторяться не хочу. О боях за Сен-Готард и Чёртов мост рекомендую прочесть обязательно. В одном из своих донесений Павлу Суворов называет места, по которым они пробивались с боями «царством ужаса». И здесь нет ни доли преувеличения.

Переход Суворова через Чёртов мост. Художник А. Е. Коцебу Фото: Commons.wikimedia.org

Несмотря на нечеловеческие усилия, прийти на помощь товарищам солдаты Суворова не успели: корпус Римского-Корсакова был разбит Хуже того, сама уже обессиленная тяжелейшим переходом и обескровленная беспрерывными боями, армия попала в окружение. Благодаря Багратиону, который находился рядом с Суворовым, мы знаем, что сказал командующий своим солдатам: «Это уже не измена, а явное предательство… разумное, рассчитанное предательство нас, столько крови своей проливших за спасение Австрии. Помощи теперь ждать не от кого, одна надежда на Бога, другая — на величайшую храбрость и высочайшее самоотвержение войск… Мы на краю пропасти! Но мы — русские!»

И они прорвались. Знаменитый военный теоретик Клаузевиц назвал это «чудом». Возможно. Вот только чудеса обычно случаются, когда Господу изо всех сил помогает сам человек. А в данном случае у него были великолепные помощники. Тем более, и дальше история похода полна таких же «чудес». Не раз русские переходили в штыковую атаку против превосходящих сил противника и били французов. В одном из боёв чудом избежал гибели обидчик Римского-Корсакова генерал Массена. В руке у русского солдата остался его золотой эполет. После этого поражения на новое наступление против русских Массена уже не решился.

Павел I, не менее Суворова возмущённый циничной расчётливостью австрийцев, приказал армии двигаться домой. С трудом, с долгими остановками, испытывая к тому же трудности с провиантом, армия медленно двинулась к русской границе. Точку в хронологии швейцарского похода можно поставить в разных местах. Это уже дело вкуса. Последний переход из Богемии уже на российскую территорию армия Суворова начала 14 (26) января 1800 года, то есть 215 лет назад.

Памятник Суворову в Санкт-Петербурге, Михаил Козловский, 1801

Памятник Суворову в Санкт-Петербурге, Михаил Козловский, 1801. Фото: wikipedia.org

Именно за швейцарский переход Павел присвоил Суворову звание генералиссимуса и приказал воздвигнуть ему монумент в Петербурге. Главные цели кампании достигнуты не были, однако не по вине Суворова или русского солдата. Вина лежит на австрийцах, что признаётся буквально всеми исследователями. Спор идёт лишь, повторюсь, о том, что это было: некомпетентность, трусость или циничный расчёт.

На мой взгляд, последнее. Если русская внешняя политика при Павле грешила наивным романтизмом, то австрийская в ту пору напоминала никудышную бухгалтерию. Просчитывать всерьёз и надолго Вена не умела. Вот и здесь не смогла учесть очевидное: справиться с Парижем без помощи русских австрийцам было не под силу. Поэтому очень скоро, уже в том же 1800 году, по Италии снова маршировали французские солдаты.

http://www.aif.ru/society/opinion/suvorov_i_avstriyskaya_buh...

Парадоксы гения Суворова: умел говорить на 5 языках, но часто пел петухом

13 ноября 1729 г. в семье генерал-аншефа Василия Суворова родился сын, названный Сашей.

Полководец Александр Суворов.
Полководец Александр Суворов. © / www.russianlook.c

Мальчик рос тщедушным и хилым, отец прочил ему службу по статской линии. Но юноша с детства бредил армией и в 1742 г. добился зачисления в лейб-гвардии Семёновский полк. Так началась карьера самого удивительного русского военачальника.

Суворов был парадоксален во всём. В юности он проявлял старческую усидчивость (вызубрил труды французского военного инженера Вобана наизусть), в старости позволял себе юношеские чудачества. Воевал не за награды, но до конца жизни радовался каждой новой звезде как ребёнок. Был графом, опорой самодержавия и героем фольклорных песен… Пожалуй, лучше всех противоречивый характер Суворова отразил его секретарь Егор Фукс, издавший в начале XIX в. книгу «Анекдоты князя италийского, графа Суворова-Рымникского». Каким же предстаёт на её страницах генералиссимус?

«Тактика меня знает…»

Суворов уверял, что был ранен 32 раза: дважды на войне, 10 раз дома (не клеилась у Суворова личная жизнь), а 20 — при дворе. Как-то к нему подошёл один из «паркетных» генералов и спросил, отчего Суворов не знает тактики.

— Может, я и не знаю тактики, — ответил Суворов, — но тактика меня знает.

В другой раз при дворе от него потребовали предоставить план итальянской кампании. Он прислал карту Европы.

Когда на балу все пили шампанское, Суворов потребовал водки. На замечание императрицы Екатерины II, что от него при дамах будет пахнуть, ответил:

— А как иначе они узнают, что я солдат?

Когда в Полтаве императрица, довольная манёврами войск, спросила Суворова:

— Чем мне наградить вас?

Он ответил:

— Ничего не надобно, матушка, давай тем, кто просит. Ведь у тебя и таких попрошаек, чай, много?

Велел добить союзника

Шутки Суворова иногда были жестокими. Когда перед сражением с французским генералом Моро потерял сознание один австрийский полковник, он громко велел добить союзника, чтобы врагу живым не достался. Казак из свиты чуть было не перерезал бедняге горло, но тому вовремя «полегчало».

При этом Суворов мог открыто насмехаться над могущественным Потёмкиным и в пояс кланяться дворцовому истопнику — мол, кто знает, в какой чин его завтра изволит произвести матушка-императрица. Был набожен до суеверия. Не любил зеркала и часы, которые всегда приказывал выносить из занимаемых им комнат. Владея девятью тысячами душ, имением своим никогда не интересовался. Зато держал в Кончанском большой хор крепостных, которые были обучены петь концерты композитора Бортнянского, лучшего друга Суворова.

В друзьях Суворов был разборчив — числил в них Александра Македонского, Юлия Цезаря и Ганнибала. Из современников уважал графа Румянцева за то, что в молодости служил под его началом, и английского адмирала Нельсона за фразу, сказанную перед сражением при Абукире: «Завтра я — или лорд, или ангел». Других авторитетов Суворов не признавал. Посреди заумного или пустого разговора даже с самым сановным собеседником мог вскочить и запеть петухом, а потом объяснять:

— Проживёте с моих лет и испытаете то, что я испытал, и вы тогда запоёте не петухом, а курицей.

Причины своих чудачеств Суворов однажды убедительно объяснил сам:

— Меня хвалили цари, любили воины, друзья мне удивлялись, ненавистники меня поносили, при дворе надо мною смеялись. Я бывал при дворе, но не придворным, а Эзопом, Лафонтеном: шутками и звериным языком говорил правду.

http://www.aif.ru/society/history/paradoksy_geniya_suvorova_...

Картина дня

наверх