На информационном ресурсе применяются рекомендательные технологии (информационные технологии предоставления информации на основе сбора, систематизации и анализа сведений, относящихся к предпочтениям пользователей сети "Интернет", находящихся на территории Российской Федерации)

Свежие комментарии

  • Давид Смолянский
    Что значит как справляются!? :) С помощью рук! :) Есть и др. способы, как без рук, так и без женщин! :) Рекомендации ...Секс и мастурбаци...
  • Давид Смолянский
    Я не специалист и не автор статьи, а лишь скопировал её.Древнегреческие вазы
  • кира божевольная
    всем доброго дня! не могли бы вы помочь с расшифровкой символов и мотивов на этой вазе?Древнегреческие вазы

Насколько далеко смогут зайти ВСУ. Всё для победы (2 статьи)

Насколько далеко смогут зайти ВСУНасколько далеко смогут зайти ВСУИсточник: fbm.ru

Всё идёт по плану Киева?

Одни из самых важных вопросов сегодняшнего дня – насколько далеко смогут зайти ВСУ в осенней наступательной кампании? Напомним, последние дни националисты атакуют уже не украинскую, а российскую землю. Началось всё, как известно, с Харьковской области, когда российские войска были вынуждены отойти к границам ЛНР. Позже был оставлен Лиман, впоследствии – территории Херсонской области. В итоге врагу достались несколько стратегически важных городов. Наступление союзных войск оказалось возможным только на небольшом участке под Бахмутом и Авдеевкой.
До трагедии на фронте ещё далеко, но это уже вселяет совсем не бравурные мысли. Для того чтобы понять дальнейшее развитие событий, необходимо разобраться в причинах произошедшего. Отойдём на несколько месяцев назад и посмотрим, в каком составе ВСУ встречали союзную армию. В спецоперации, по разным данным, принимали участие от 150 до 200 тыс. российских военных. Армия националистов даже до мобилизации превышала численность войск, задействованных в СВО – всего около 250 тыс. бойцов. Именно поэтому на первых этапах спецоперации расчёт был сделан на молниеносность удара. Надеялись, что ВСУ и части теробороны в неразберихе не смогут оказать должного сопротивления, и столица, в конце концов, падёт.

О том, каким образом развивались последующие события, говорит хроника – сначала выход с севера Украины, позже серия отступлений, о которых говорили выше. Украинская сторона с самого начала спецоперации выбрала крайне циничную для своих граждан тактику забрасывания противника пушечным мясом. Для чего? Прежде всего, чтобы выиграть время для поставок оружия и переобучения кадровых военных. Последних, кстати, на фронт до конца лета бросали только в крайних случаях. К примеру, силы спецопераций отправили на удержание Северодонецка.

Так получилось, что российская армия с союзниками перемалывала не самую боеспособную часть ВСУ. Именно поэтому были тысячи сдавшихся в плен и гигантские потери в живой силе. Нельзя и преуменьшать боевой потенциал националистов, которых киевский режим бросил на амбразуру – всё-таки многие из них получили террористический опыт в АТО, а также прошли минимум три волны мобилизации в 2014, 2015 и 2016 годах. Справедливости ради, они ценой своих жизней справились с задачей и выиграли время для обученных за рубежом националистов, натовских наёмников и новой техники. Отсюда и отступление союзных войск, которое, к счастью, так и не стало стратегическим и фатальным. Вообще, если смотреть трезво, то киевский режим не достиг целей возврата территорий юга и востока Украины. В июльских мечтах Зеленского земли должны были вернуться под контроль националистов за три-шесть недель. Прошло уже одиннадцать…

Во все тяжкие

Спусковым крючком для украинского наступления оказалась частичная мобилизация в России. Не будем вдаваться в планы националистов, но вполне понятно, что они форсировали наступление на Лиман и Херсон как раз после 21 сентября. Отсюда вывод – подготовка не была выверена до конца, так как многие подразделения шли в бой прямо с колес. Вторым преждевременным толчком в спину стала стремительно надвигающаяся распутица и зима. Не зря Зеленский в конце июля планировал за шесть недель вернуться к административным границам России – он понимал всю опасность и тяжесть боёв поздней осенью и зимой. Но сейчас ВСУ и союзные силы уже оказались втянутыми в «холодную и мокрую» часть СВО. И это не входило в планы НАТО и киевского режима – «освободительный» поход должен был завершиться до опадения листвы с деревьев.

Какие же шансы есть у украинских военных на продолжение дальнейшего наступления? Прежде всего, стоит понимать, что наступление националистам далось дорого. Если из-под Харькова российские войска уходили в спешке, нередко бросая технику, то Лиман и земли за Днепром на юге отдавали уже с боями. Националисты успели организовать на отдельных участках фронта трёх-четырёхкратное преимущество в живой силе. Это дело нехитрое, учитывая 700-тысячную армию противника и 200-тысячную группировку союзных войск. Более точные цифры относительно российских войск, естественно, никто не скажет. В наступлении всегда гибнет больше, чем в обороне, если, конечно, противник не бежит с позиций, оставив оружие.

Говорить о потерях украинской стороны мы точно не можем, так как территория на отдельных участках остаётся за противником. Но косвенные показатели, такие как хроническая нехватка коечного фонда в госпиталях и видеосвидетельства уничтожения бронеколонн противника, говорят о больших потерях националистов. Но не критических, надо отметить. Националисты всё ещё сохраняют наступательный потенциал, в отличие от России, которая пока только обороняется и ждёт пополнения резервистами. Среди причин такой ситуации не только нехватка личного состава, но и недостаточная ротация военных союзных войск. За семь месяцев СВО многие бойцы не только элементарно устали от постоянного стресса, но и заработали кучу сопутствующих недугов. Здесь и испорченный желудок, и расшатанная нервная система, и перегруженные колени, шея и позвоночник. Не говоря уже о ранениях. СВО – это тяжелая и опасная работа.

Источник: ru.diez.md
Всё говорит о том, что до конца октября атакующая способность ВСУ иссякнет. Каковы причины? Первая – на Украину окончательно придёт осень и с деревьев полетят первые листья. Это позволит не только эффективнее уничтожать ДРГ противника, но и гораздо дальше обнаруживать их с воздуха. Ситуация усугубится с первым снегом, когда придётся придумывать новые способы маскировки и обогрева. Диверсионные группы будут вынуждены переходить на ночной режим работы, но ни у одной армии мира не хватит приборов ночного видения и тепловизоров, чтобы оснастить ими националистов. Конечно, все эти замечания справедливы и для российской армии – наши ребята также будут вынуждены где-то греться, спасаться от сырости и маскировать место дислокации. Но это гораздо проще делать в обороне, чем в наступлении.

Второй причиной, почему к концу октября наступательный пыл украинцев иссякнет, станут потери личного состава. Причём не только количественные, но и качественные – с конца лета в бой отправлены самые обученные националисты, которых берегли как раз для этого момента. Мотивации у националистов не занимать, но вот без профессионалов в бою они далеко не продвинутся. Запад также не спешит перевооружить Украину для наступательных операций – новых танков не видно, ударными БПЛА и самолетами не балуют, да и оперативно-тактические ракеты для HIMARS так и не появились. Несмотря на тотальную зависимость от натовских поставок, украинцам предложено воевать тем, что есть сейчас. Наоборот, если националисты начнут терпеть очередное поражение, Запад подкинет чего-нибудь новенького. Может, даже танки не советского образца или боевую авиацию. Как это уже случилось с HIMARS, которые на ряде направлений смогли ощутимо потрепать союзные силы. В этом и заключается стратегия максимального затягивания конфликта – военно-политическому руководству НАТО не нужна скорая победа ни одной из сторон.

Третья причина, почему ВСУ выдохнутся наступать к концу октября – максимум к началу ноября. Несмотря на впечатляющие успехи ВСУ в последние недели, говорить о снижении потенциала российской армии не приходится. У нас как было техническое превосходство над противником, так и осталось. За исключением, конечно, отдельных дисциплин – оперативной разведки и беспилотной авиации. Появление ударных камикадзе «Герань-2» уже можно сравнить с HIMARS-эффектом на украинской стороне. Эти не самые совершенные аппараты наносят вполне ощутимые удары по инфраструктуре Украины и боевым подразделениям. Окончательно фронт замрёт с приходом резервистов и началом поставок вооружений мобилизованным ВПК. Насколько это развернёт события на фронтах, покажет время. Одно можно сказать точно – инфраструктура ВСУ, объекты логистики и жизнеобеспечения Украины осенью-зимой 2022 года будут уязвимы как никогда ранее. Может, именно тогда и наступит время «действовать на Украине по-настоящему»?Автор: Евгений Федоровhttps://topwar.ru/203003-naskolko-dolgo-vsu-smogut-nastupat.html

Всё для победыВсё для победы

Украинская операция показала, что в России «оптимизировали» не только науку, школу, медицину, культуру, промышленность, но и ВС. Что красивая картинка последних лет о невероятной мощи армии, её перевооружении на 80–90 %, о новейшем оружии и пр. – это лишь имитация, красивый миф для обывателей.

Курс на демилитаризацию России

Идущая спецоперация показала, что армия мирного времени РФ, «оптимизированная» и «реформированная», утратила мощь ВС СССР. «Вставание с колен» – миф, красивая картинка на ТВ. Причем на это потрачены огромные средства, и их успешно «освоили». А результат? Мы видим его на украинском фронте. Блицкриг провален. Состряпанная на коленке идея «перемолоть» врага ударами ракет, ВВС и артиллерии, пока Киев и прочие европейские столицы не попросят мира, также провалена. Надежда победить врага «одной левой» развеялась.

Одновременно проявилась масса проблем: связь, беспилотники («лучшие в мире» аппараты есть, но только для выставок, в единичном экземпляре и прототипы); на громких выставках последних лет показывали образцы чудо-оружия – бронетехники, маневренные багги-внедорожники типа «тачанок», лазерные комплексы для борьбы с БЛА, новейшие ЗРК, позволяющие уничтожить чуть ли не 99–100 % всех летательных аппаратов и боеприпасов противника, но проблема в том, что эти образцы не включены в госзаказ, и большой вопрос, способен ли наш ВПК выпустить эту технику и оружие в нужном, массовом количестве.

Есть и другие проблемы, в частности, показуха мирного времени. Проблема кадров, отрицательный отбор. Когда на командные должности ставили карьеристов, очковтирателей, имитаторов, приспособленцев, которые могли дать «показатели», картинку. А кадры решают всё! Жестокая реальность, когда история вернулась, быстро обрушила красивый образ.

Сухопутные силы мирного времени РФ, корпуса Донбасса и Луганщины обескровлены, истощены и измотаны. Враг перешёл в контрнаступление. За «украинским тараном» десятки стран НАТО и их союзники, их «мозговые центры», разведка, связь, склады техники, оружия, боеприпасов, амуниции. Есть данные, что уже почти каждый третий-четвёртый солдат в ВСУ – это иностранец. Наемники, бойцы ВЧК, спецназ из Польши, Иностранный легион Франции, батальоны польских, белорусских, прибалтийских, чеченских, грузинских и прочих националистов. При этом страны НАТО готовят по 4-месячной программе новые бригады «укрорейха». И программа рассчитана на длительный срок.

Никакого мира. Только разгром и капитуляция РФ. Ультиматум: сдача Донбасса, Крыма, ядерного оружия. Демилитаризация России. А затем будут и другие пункты: Калининград, Карелия, Курилы, Сахалин и т. д. Сдача всего тяжелого вооружения. Выплата контрибуций и репараций. Сценарий 1917 и 1991 годов. Решение проблемы кризиса капиталистического мира за счёт тотального грабежа и расчленения Русской цивилизации и народа.

Страна не готова ко всеобщей мобилизации

Частичная мобилизация показала, что страна не готова к всеобщей мобилизации и войне.

Во-первых, «реформаторы» практически разрушили хорошо налаженную в СССР систему военной подготовки в стране. От начальной военной подготовки в школах до военкоматов, которые «оптимизировали». Центров армейской подготовки недостаточно для нынешней ситуации, когда нам противостоит весь блок НАТО.

Во-вторых, «оптимизирована» под задачи мирного времени система военного образования. Закрыли десятки военных вузов и училищ. Оставшиеся также «оптимизировали», урезали. Мол, зачем РФ столько офицеров в мирное время. Кругом друзья и партнеры. А теперь нам остро не хватает многих тысяч лейтенантов, старших лейтенантов и капитанов. Младших командиров для пехоты готовят всего три училища, танкистов, артиллеристов, военных инженеров и специалистов войсковой ПВО – по одному. Ежегодно мы получаем около 1,5 тыс. лейтенантов. Очень мало, не хватает даже на ВС мирного времени. А кто будет командовать взводами, ротами и батальонами мобилизованных?

В-третьих, «оптимизировали» полноценные мотострелковые и танковые дивизии. Якобы хватит бригад и тактических батальонных групп. Как мы теперь видим, этого мало. Нужны полноценные дивизии, способные как вести наступление, так и обороняться. Танковые дивизии, корпуса, способные при поддержке ВВС, мощными ударами прорывать оборону врага, выходить на оперативный простор, крушить тылы, создавать котлы и быстро развивать наступление. Такие дивизии начали восстанавливать, но явно недостаточно, с опозданием. Ломать – не строить.

В-четвёртых, большой вопрос, что у нас с мобилизационными складами. Что осталось после «реформ»? Сколько техники, оружия, амуниции, обуви и прочего? Сколько дивизий можно вооружить, снабдить, провести обучение и слаживание и выставить на фронт. Уже первой волне мобилизованных не хватает амуниции, снаряжения, медицинских препаратов. Их покупают за свой счёт. И по сильно завышенным ценам – в несколько раз! Кому война, а кому мать родна.

В-пятых, что с промышленностью? Её можно перевести на военный лад? Ведь раньше считали, что всё купим за доллары и евро. А теперь нужна техника, оружие, боеприпасы, амуниция. Оставшиеся запасы СССР не бездонны. Уже есть нехватка по ряду позиций. Нужно наладить работу лёгкой промышленности – обувь, зимнее, демисезонное и летнее обмундирование, амуниция. Стране нужны свои гражданские самолеты, локомотивы, подвижный состав, суда, различная строительная и инженерная техника, грузовики, внедорожники и многое другое.

Что делать?

Россию спасёт только полное преображение. Новый созидательный проект, который поддержит народ. На основе наших цивилизационных ценностей – социальной справедливости, этики совести.

При продолжении нынешних тенденций сценарий Крымской, Японской или Германской кампаний неизбежен – поражение на локальном театре (Угроза крымского либо японского сценария для России), где мы не можем использовать все силы и средства, с последующим сползанием в смуту. Все признаки уже есть.

Много работы, пота и крови. Понять, что это надолго. Народу придётся платить за ошибки, бездействие и пассивность прежних поколений. За развал СССР, за предательство, воровство, коррупцию, откаты и освоение, «оптимизацию» всего. Мобилизация экономики и общества. Использовать кадровый ресурс из волонтёрского, добровольческого движения, командиров младшего и среднего звена, которые положительно отметились на украинском фронте. Перестройка информационной работы. Только правда, какой бы она горькой не была, никакой лжи.

Восстановление базовых основ советской цивилизации, в частности, ВС, школы. Полноценные мотострелковые и танковые дивизии. Концентрация ВВС на украинском фронте. Восстановление НВП в школах, училищах и вузах. Увеличение срока службы до 2 лет. 6-месячные курсы подготовки младших командиров. Большая работа в тылу, «чистка» от западников, компрадорского капитала, воров, спекулянтов, криминала, сгнившей части общества. Создание аналогов опричнины, СМЕРШа.

Времени очень мало. Практически уже нет. Следом за мифом о непобедимой армии рухнет скрепа о царе. Дальше – сценарий смуты. Автор: Самсонов Александр.  https://topwar.ru/202963-vse-dlja-pobedy.html

Картина дня

наверх