На информационном ресурсе применяются рекомендательные технологии (информационные технологии предоставления информации на основе сбора, систематизации и анализа сведений, относящихся к предпочтениям пользователей сети "Интернет", находящихся на территории Российской Федерации)

Свежие комментарии

  • Давид Смолянский
    Что значит как справляются!? :) С помощью рук! :) Есть и др. способы, как без рук, так и без женщин! :) Рекомендации ...Секс и мастурбаци...
  • Давид Смолянский
    Я не специалист и не автор статьи, а лишь скопировал её.Древнегреческие вазы
  • кира божевольная
    всем доброго дня! не могли бы вы помочь с расшифровкой символов и мотивов на этой вазе?Древнегреческие вазы

Израильтяне их боятся и ненавидят. Заслуженно? Основной закон об изучении Торы – циничное использование демократии (3 статьи)

Йоси Кляйн

Более половины членов новой коалиции – религиозные. Они по-разному выполняют обряды иудаизма, но стоят на одних и тех же ультранационалистических позициях. «Умеренных религиозных политиков» больше не существует.

Большинство из них предпочитают государство, управляемое в соответствии с законами Галахи.

Религиозные израильтяне медленно, но верно берут под свой контроль армию и систему просвещения. У светских граждан это вызывает тревогу, сменяемую ненавистью. И именно ультраортодоксы проделали самый длинный путь от занимаемых ими прежде умеренных позиций к экстремизму «хардальников» (религиозных сионистов, склонившихся к ультраортодоксии).

Ультраортодоксы – самая ненавидимая группа населения. Об этом свидетельствуют многие опросы общественного мнения. По данным сайта «Ха-Мадад», около 80% светских евреев настороженно относятся к изучению «еврейского контента» в нерелигиозных школах. И столько же выражает озабоченность в связи с финансированием ультраортодоксальных школ, в которых не преподаются математика, естественные науки и английский язык.

Светских евреев волнует собственное будущее. Они с тревогой думают о том, что будет с ними через 30 лет, когда каждый третий израильтянин станет ультраортодоксом. Тогда, после короткой, но ожесточенной борьбы, светским гражданам придется признаться свое поражение. Цифры против них. При демократии, где все решает большинство, другой исход невозможен. Светские евреи придут к этому решающему сражению преисполненные ненавистью, коренящейся в страхе.

Их пугает то, что ультраортодоксов есть то, чего нет у них: политическая сила, государственное финансирование, способность увлекать за собой массы и контролировать их. Их пугает мысль о том, что ультраортодоксы и «хардальники» перестанут довольствоваться контролем над отдельными сферами государственной деятельности. Почему им должно быть достаточно только министерств строительства, финансов и здравоохранения? Они наверняка захотят большего и понятно, за чей счет. Они конвертируют свое численное превосходство в неиссякаемый поток государственных должностей, пособий и ассигнований.

Между ультраортодоксами и светскими евреями сегодня существует стена. Без нее неравный бой начался бы уже сегодня. Посмотрите только, что происходит в Бейт-Шемеше. Светские евреи опасаются, что в перегородке, отделяющей их от ультраортодоксов, появятся бреши. Они боятся, что Бней-Брак вторгнется в Тель-Авив. Их страх понятен. Достаточно посмотреть на массовые акции протестов ультраортодоксов или на похороны видных раввинов. Легко представить себе огромную, преисполненную решимости толпу, сметающую все на своем пути из Бней-Брака на запад; проходящую сначала через Рамат-Ган, затем мимо министерства обороны в Тель-Авиве и наводняющую улицы Ибн-Габироль и Бен-Йегуда.

Волна пришельцев омывает Тель-Авив. Но минутку: разве ультраортодоксы здесь чужаки? Да, они остаются таковыми, даже прожив рядом с нами столько лет. Наши знания о них почерпнуты из кино и новостей, и это, в основном, предубеждения. На самом деле мы очень мало знаем об ультраортодоксах. Они сами выбрали себе роль чужаков, опасаясь, что близость к светскому миру станет для них слишком большим соблазном.

Между светскими и ультраортодоксальными подростками не организуются даже встречи. В любом случае их способность к компромиссу ограничена. В отношениях с ультраортодоксами неприменимы такие понятия как «пройти полпути» или «встретиться посередине». Результатом этого являются разобщенность, страх и ненависть.

Мы ненавидим их, и нам за это стыдно. Никто не проводил опросов, чтобы выяснить, насколько. Как могло случиться, что такие просвещенные, прогрессивные люди, как мы, использовали те же инструменты, которые в прошлом использовались для того, чтобы ненавидеть нас – обобщения, стереотипы, предрассудки? Мы обвиняем ультраортодоксов в том же, в чем когда-то обвиняли всех наших предков – в вымогательстве, дармоедстве, сепаратизме.

Но дело в том, что мы не ненавидим харедим как отдельных людей. У каждого светского есть знакомый ультраортодокс, который вовсе не является узколобым паразитом или лжецом, переживающим, работает ли трамвай по субботам; который просто хочет, чтобы его оставили в покое.

Мы ненавидим не его, а тех, кто говорит от его имени. Нам ненавистна жадность лидера партии ШАС Арье Дери, экстремизм депутата кнессета от партии «Еврейство Торы» Моше Гафни и инфантилизм председателя партии «Религиозный сионизм» Бецалеля Смотрича, который уверен, что Всевышний вложил ему в руку меч, чтобы он навел здесь порядок. Они соответствуют всем стереотипам, существующим относительно ультраортодоксов: это – вымогатели и паразитирующие на других иждивенцы.

Они – зеркало нашей доверчивости, в котором отражается наша глупая вера в то, что слова «еврейский» и «демократический» защищают наши права как индивидуумов. Они осознали абсурдность этой словосочетания. «Вы хотите «демократии»? — спросили они, подмигнув. — Берите, почему бы и нет? В любом случае мы можем ее отменить. В конце концов, вы сами дали нам инструменты, позволяющие это сделать».

В отличие от нас, они точно знают, какое государство им нужно. Они знают, что должно произойти с палестинцами, светскими евреями и их священными коровами. Из умеренных граждан они прекратились в экстремистов, из склонных к компромиссу иудеев – в ультраортодоксально-сионистских радикалов, потому что это верный путь к получению государственного финансирования. Они – мечта любого антисемита.

Йоси Кляйн, «ХаАрец», Б.Е. Фото: Гиль Коэн-Маген.  https://detaly.co.il/izrailtyane-ih-boyatsya-i-nenavidyat/

Ловкость рук: основной закон об изучении Торы – циничное использование демократии

Много говорилось о грядущих изменениях закона о призыве в ЦАХАЛ. Самой большой проблемой для долгосрочных отношений армии с израильским обществом является очевидная уступка Нетаниягу требованиям двух ультраортодоксальных партий, «Еврейство Торы» и ШАС, принять новый закон о призыве, который раз и навсегда освободит большинство молодых ультраортодоксов от службы в армии.

Несмотря на то что число призывников-ультраортодоксов в настоящее время невелико, юридическое закрепление такого соглашения может пошатнуть модель службы в ЦАХАЛе, подорвать мотивацию к службе среди уменьшающейся доли населения страны, чьи сыновья и дочери, не имея в запасе никаких уловок, по-прежнему вынуждены отслужить в армии полный срок.

Глава отдела планирования и исследований кадрового управления Генштаба ЦАХАЛа в начале нынешнего года привел такие цифры: «В армию призывается 69% от всех военнообязанных мужчин, 17% получают освобождение, так как постоянно изучают Тору, 8,5% не служат по медицинским показаниям. Среди всех военнообязанных женщин служат 55%, 36% отказываются от службы из-за религиозности, 4% не служат по медицинским причинам».

Но и без нового закона о призыве депутаты от ультраортодоксальных фракций нашли творческий и изобретательный путь обойти БАГАЦ, чтобы уклониться от службы в ЦАХАЛе, в то же время постоянно крича об основных принципах израильской демократической системы. Об этом пишет Орит Лави-Несиэль в «Маариве».

По коалиционным соглашениям кнессет примет новый основной закон (то есть имеющий статус конституционного), регулирующий положение ешиботников и аврехов: основной закон об изучении Торы. Его инициаторы не скрывают своей цели. Это прямой путь к уклонению от воинской повинности без нужды в пункте о преодолении вето БАГАЦа и уход от принципа равного распределения бремени.

Предложение не новое, но в нынешних парламентских условиях и при безудержном законодательном порыве коалиции, кажется, оно может быть принято. В первом разделе законопроекта говорится, что «изучение Торы – фундаментальная ценность наследия еврейского народа».

Можно задаться вопросом, почему именно изучение Торы должно быть закреплено в конституционном кодексе Государства Израиль. По-видимому, из еврейской традиции можно было почерпнуть не менее важные базовые ценности, такие как «сыновья Израиля ответственны друг за друга», «возлюби ближнего своего, как самого себя», «человек сотворен по образу [Всевышнего]». Можно было бы взять одну или две из десяти заповедей.

Ответ содержится во втором разделе закона, согласно которому «в отношении прав и обязанностей те, кто взял на себя обязательство посвятить себя Талмуду и Торе на длительный срок, будут рассматриваться как те, кто оказывает значительную услугу Государству Израиль и еврейскому народу».

Не следует обманываться относительно кажущегося невинным закона, поощряющего изучение Торы и тех, кто изучает Тору (а не медицину, педагогику, естественные науки или наследие еврейской мысли и т. д.). Закон расплывчатый, но фикция видна. Он не определяет, что такое «посвятить себя», что такое «длительный срок», как долго он продлится, что делает изучение Торы «значительной услугой» для государства и еврейского народа.

С другой стороны, закон устанавливает, что изучение Торы равносильно военной или национальной (альтернативной) службе, и в любом случае даст тем, кто «умирает в шатре Торы», права настоящих солдат.

Трудно выдержать подобные цинизм и наглость. Депутат Моше Гафни из «Еврейства Торы», бывший и новый председатель финансовой комиссии кнессета, предложил свой вариант решения вопроса с призывом в ЦАХАЛ. «Половина народа пусть служит в армии, а другая половина – пусть изучает Тору, – заявил он. – Потом они могут поменяться», – сказал Гафни. Но когда ведущий уточнил у него, зачем в таком случае ультраортодоксам освобождение от призыва в ЦАХАЛ, Гафни пояснил, что совместить изучение Торы с защитой родины не получится.

Объясняя, почему нельзя и учить Тору, и служить в ЦАХАЛе, Гафни сказал: «Человек не может одновременно служить в военно-морских и военно-воздушных силах». На что собеседник резонно указал ему, что можно служить в ЦАХАЛе и учиться в университете – и именно эта параллель будет верной.

Если подумать, пишет Орит Лави-Несиэль, может быть, избирателям Гафни стоит подать личный пример – в каждом призыве половина 18-летних ешиботников будут изучать Тору, а половина – служить в армии, а потом поменяются («йешивот-эсдер» религиозного сионизма могут дать урок применения этого патентованного трюка).

Предложение по основному закону об изучении Торы цинично использует демократические инструменты, чтобы воздвигнуть стену и окончательно отделить ультраортодоксальное сообщество от ткани израильского общества. Но ирония на этом не заканчивается. В пояснительной записке к законопроекту указано, что должно быть закреплено «желание государства поощрять изучение Торы в разных секторах населения». «Желание государства»? В самом деле? Хотелось бы посмотреть, как ультраортодоксы признают реформистское, консервативное или светское изучение Торы.

Основной закон об изучении Торы в корне противоречит принципу равенства, оно устанавливает привилегированное положение для меньшинства. Этот закон может повлиять на содержание системы образования, послужить основанием для бюджетных претензий, а также, кто знает, стать нормативным источником для принятия еврейского религиозного закона – Галахи – в качестве правового источника.

Принять этот законопроект – это ткнуть пальцем в глаз израильскому обществу, показать пример злоупотребления кнессетом своей властью. Те, кому дороги изучение Торы и еврейская традиция, не должны использовать их в хищнических политических целях, завершает свою колонку Орит Лави-Несиэль. Ультраортодоксальные депутаты бросают вызов израильскому обществу в вопросе для него крайне важном и торгуют собственными основными ценностями. Они должны учитывать возможность того, что однажды маятник может качнуться в обратном направлении.

Эли Раппопорт, «Детали», по материалам израильских СМИ. Фото: Оливье Фитусси
https://detaly.co.il/lovkost-ruk-zakon-ob-izuchenii-tory-tsi...

Самое важное правительство Израиля с 1948 года вышло в путь

Приведено к присяге коалиционное, «паритетное» правительство, объединяющее два течения. Из 64 законодателей правительственной коалиции 32 депутата принадлежат к фундаментализму «Братьев-иудеев», еще 32 – к правым бибистам, сочетающим националистический популизм, истоки которого известны из истории всего мира, с порабощением экономическим и юридическим интересам семьи Биньямина Нетаниягу.

У фундаменталистского течения множество духовных учителей, живых и мертвых: раввин Меир Кахане, раввин Цви Тау (патрон партии «Ноам»), Менахем-Мендл Шнеерсон (последний Любавичский ребе), Гурский ребе, раввин Элиэзер Шах, раввин Хаим Друкман и др. В течении бибистов в настоящее время свой теневой ребе Яир Нетаниягу, который на этой неделе обвинил следователей и прокуроров по делам своего отца в государственной измене и дал понять, что их следует казнить.

Глава этого одиозного правительства также является в нем самым слабым и самым податливым на давление человеком. Его решения подчинены жене и сыну, его юридическая судьба зависит от голосований коалиции. Его основная идея состоит в том, чтобы продать государство ультраортодоксам и «хардальникам» (сблизившимися с «харедим» религиозным сионистам) с целью растоптать систему правосудия, чтобы оградить себя и своего союзника, серийного преступника Арье Дери, от длинной руки закона.

Ведь, в конце концов, просто правонационалистическое правительство могло бы включать Гидеона Саара и Зеэва Элькина, не говоря уже о Бени Ганце, который на этой неделе оплакивал раввина Хаима Друкмана словами «мой учитель и раввин». А это тот самый Друкман, который стоял с Биньямином Нетаниягу и Рехавамом Зеэви на балконе на площади Сиона, подстрекая против Ицхака Рабина, и который яростно защищал Моти Элона и других сексуальных преступников и выступал против любого территориального отступления, включая мирный договор с Египтом.

Чтобы сформировать правительство, Нетаниягу отказался от лучших ценностей, которыми гордился: военной сдержанности, экономической и административной эффективности, либерализма в духе Жаботинского, терпимости к ЛГБТ. Его никогда не подозревали в сексизме или религиозных убеждениях, но в коалиции, вернувшей его к власти, только девять женщин и более половины из депутатов коалиции религиозны. Это, несомненно, самое ужасное правительство Израиля, но оно может запомниться как самое важное со времен первого правительства, созданного в 1948 году.

Это первое правительство, к которому не может остаться равнодушным либерально-демократический лагерь. Притчи о лягушках, которых медленно нагревают в горшке, и о соломинке, которая сломает спину светскому ослу, сбылись. Правительство Бен-Гвира – Смотрича – Гольдкнопфа – Гафни намерено добиться решительной победы и, говоря языком его лидеров, «приблизит искупление». Возможны только два исхода: пробудиться или расстаться.

«Пробудиться, опомниться» означает, что здравомыслящий Израиль, в который входят и избиратели «Ликуда», государственно мыслящие правые, и умеренные религиозные, и традиционалисты, поймет, что государство на пути к краху, и примет решительные меры.

«Расстаться, отделиться» означает, что либерально-демократический лагерь будет стремиться к моделям конфедерации и автономии. Таким моделям, которые позволят этому лагерю существовать отдельно, без того, чтобы финансировать, субсидировать и защищать своим телом и кровью своих детей – противоположный лагерь, лагерь еврейского фундаментализма, подавляющее большинство сыновей и дочерей которого вообще не призывают на военную службу.

В свете демографии это кажется единственным разумным решением, которое предотвратит массовую эмиграцию израильских либералов за границу. У покойного раввина Друкмана было девять детей и около 200 внуков и правнуков, у покойной Шуламит Алони было трое детей и 19 внуков и правнуков.

Реакция на новое правительство кажется началом тектонического сдвига. Его невозможно было вызвать при «правительстве перемен», которое было слишком лоскутным и слишком боязливым, а также включало пятую колонну в лице Айелет Шакед, Идит Сильман, Мазен Гнаим и Райда Ринауи-Зоаби.

Настоящая сила скрыта в том, что пробуждение и противостояние этому правительству исходят не от политиков, а от гражданского общества, бизнеса, местных органов власти, государственных школ и академических учреждений. Начиная с этой недели мальчик-трансгендер, который учится в третьем классе религиозной начальной школы в Гиват-Шмуэле, городе, прилегающем к Бней-Браку и Рамат-Гану, приходит утром в полупустой класс: родители остальных учеников перевели своих детей в новый импровизированный класс в синагоге. Если уже невозможно заставить темных людей среди нас поступать гуманно, нам придется отделиться от них.

Ури Мисгав, «ХаАрец», И.Н. Фото: Depositphotos.com
https://detaly.co.il/samoe-vazhnoe-pravitelstvo-izrailya-s-1...

Картина дня

наверх