На информационном ресурсе применяются рекомендательные технологии (информационные технологии предоставления информации на основе сбора, систематизации и анализа сведений, относящихся к предпочтениям пользователей сети "Интернет", находящихся на территории Российской Федерации)

Свежие комментарии

  • Давид Смолянский
    Что значит как справляются!? :) С помощью рук! :) Есть и др. способы, как без рук, так и без женщин! :) Рекомендации ...Секс и мастурбаци...
  • Давид Смолянский
    Я не специалист и не автор статьи, а лишь скопировал её.Древнегреческие вазы
  • кира божевольная
    всем доброго дня! не могли бы вы помочь с расшифровкой символов и мотивов на этой вазе?Древнегреческие вазы

Удушение большинством.. "Израиль превращается в религиозную диктатуру" (2 статьи)

Вторичные признаки диктатуры: кому требуется искать "врагов народа" в Израиле

Владимир Бейдер|
Кармей Кирьят-Гат
Новый район в Кирьят-Гате: кто получит ключи
(Фото: Анастасия Тадсон)

О том, какое будущее готовят стране, можно увидеть на примере Кирьят-Гата. За такое будущее голосовали?

Пока в СМИ, соцсетях и отчасти на митингах еще горячо обсуждают, приведет ли юридическая реформа Ярива Левина Израиль к диктатуре, вызывая у одних страх, у других смех, жизнь торопливо подбрасывает свои подсказки (в сегодняшней терминологии – спойлеры). Причем вне какой-либо видимой связи с реформой Левина, которая не только не завершилась, но еще и не началась. Вторичные признаки диктатуры уже налицо.
Критика власти еще не объявлена уголовным преступлением, за нее не сажают – разве что заклюют в соцсетях. Депутатов от оппозиции не лишают трибуны и даже места в кнессете. Политических заключенных нет. И соответственно – лагерей для них. Какая же тогда диктатура – нам ли не знать?
Но я говорю о признаках. А они – есть. Массовые репрессии, насильственное насаждение единомыслия – все, с чем у нас ассоциируется диктатура, – это ее производное. А предпосылки лежат глубже и возникают раньше. Их труднее распознать, но надо.
►Потребность в заговорах
Общее для всех диктатур, где бы и когда бы они ни появлялись, – боязнь утраты власти, поиски заговоров и нещадная превентивная борьба с ними, будь они реальными или мнимыми – неважно. Репрессии - естественная реакция на эти страхи. Однако это эхо, а не первопричина.
Пример далекий, но показательный и хорошо нам знакомый. Большой террор 1937 года начался с "раскрытия" заговора военачальников, которого, конечно, не было. Параноидально мнительный Сталин вряд ли поверил фальшивкам, состряпанным для него шефом СД Гейдрихом. Но принял их и даже задорого купил некие документы, потому что и без всяких агентурных данных рассчитал, что самая реальная угроза его власти может исходить от военных, – и счел для себя лучше обезглавить РККА , несмотря на канун войны, к которой непрерывно готовился.
Этот самоубийственный шаг вызвал восхищение у Гитлера. Германский диктатор потом горько сожалел, что вовремя не оскопил свою военную верхушку по примеру московского коллеги. Он, правда, решительно сражался с другим несуществующим заговором – всемирным еврейским, то есть тоже время не терял. Диктатура без раскрытия заговоров не может. Ким Чен Ын вон всего за десять с небольшим лет во главе Северной Кореи, вычищенной еще его отцом и дедом до стерильности, успел подавить несколько.
►"…и звезды на пол с маршалов моих"
Нам-то что до этих далеких исторических и географических примеров? Пригодятся, чтобы понять тенденцию и распознать ее, когда знакомая мелодия прозвучит вблизи.
Вот глава парламентской комиссии нессета по национальной безопасности Цвика Фогель (Оцма йегудит) призвал немедленно арестовать Яира Лапида, Бени Ганца, Моше Яалона, Яира Голана как предателей Родины. Ну да, формулировки "враг народа" он не знает – это мы ее сразу слышим в сочетании арестов и предательства Родины – известный посыл.
Если бы этот грозный призыв прозвучал из уст главы его партии, короля эпатажа в нашей политике Итамара Бен-Гвира, я бы даже бровью не повел. Но Цвика Фогель, в отличие от него, не профессиональный скандалист. Бригадный генерал запаса, в прошлом – начальник штаба Южного военного округа, на гражданке - общественный деятель и публицист, вообще серьезный человек.
Есть некоторая пикантность в том, что именно он определил в предатели и потребовал превентивного ареста "банды четырех", трое из которых значительно выше его по армейскому званию и былым должностям: два начальника генштаба и один замначальника. Просто "и звезды на пол с маршалов моих", как писал Евтушенко. И для пущей пикантности: нынешняя должность генерала Фогеля в кнессете заключается в первую очередь в контроле деятельности министерства национальной безопасности, где министром – тот самый Бен-Гвир, известный своей безбашенностью.
Так что не так уж смешно, особенно с учетом грядущего вывода законодательной и исполнительной власти из-под контроля БАГАЦа, в соответствии с юридической реформой, с которой мы начали.
Именно поэтому (видимо, по просьбе старших товарищей) Бен-Гвир поспешил дезавуировать заявление своего младшего товарища по партии, пообещав, что арестов не будет. Ну, сказал-мазал – субординация не изменится, а обстоятельства – могут, и помешать ему будет некому, если решит все же арестовать изменников. Так называемый "закон Бен-Гвира" принят большинством кнессета, он предусматривает такие полномочия за министром.
Сегодня такое предположение выглядит дичью, но даже если оставить в стороне исторические аналогии из нашей бывшей родины, разве меньшей дикостью выглядят публичные обвинения бывших командующих ЦАХАЛом в измене?
Ах, да – они же признаются в намерениях организовать акты гражданского неповиновения! Тухачевский, Якир и Уборевич тоже во многом признались на допросах. Но на судьбу свою страшную обрекли себя не этим, а всего лишь тем, что представляли собой потенциальную опасность для режима: могут затеять заговор – значит, затевают, остается их заранее остановить. Диктатура живет страхом заговоров и выживает непрерывным предотвращением государственного переворота.
… Откуда не ждали…
Между тем государственный переворот уже происходит. Но осуществляют его не отставные генералы ЦАХАЛа, грозя вывести на площади возмущенных и бессильных гражданских активистов. А сама нынешняя власть, так озабоченная зреющими заговорами, персонально – депутаты от правящей коалиции, включая министров.
Пресловутая юридическая реформа – одно из проявлений случившегося переворота. Но увидеть ее в действии и осознать последствия простому гражданину, далекому от перипетий судебной системы и тонкостей правоприменения, довольно трудно. Есть вещи более глобальные, заметные и касающиеся буквально всех.
Можно ли вообще говорить о государственном перевороте, если его осуществляет законно избранная власть? Можно. Если она существенным образом меняет государственное устройство и устои общества. Исторические аналогии слишком кощунственны, чтобы на них ссылаться. Но для простоты понимания я все-таки их упомяну, оговорившись, что ни с кем, упаси Бог, не сравниваю.
Вопреки расхожему представлению, Гитлер пришел к власти в Германии в 1933 году не в результате выборов. После удачных (но не победных!) для нацистов выборов он получил из рук законно избранного президента должность канцлера, а уже с этим административным ресурсом сделал все, что он сделал, превратив доставшуюся ему демократическую страну в Третий рейх. И было уже совершенно неважно, сколько немцев за него голосовало, и сколько из них хотело, чтобы Германия стала именно такой. Хотя многим потом понравилось, но даже тем, кому нет, пришлось дорого заплатить за эту ненасильственную поначалу узурпацию власти, и продолжают расплачиваться их потомки.
Никакого сравнения – только разъяснение: законный приход к власти вовсе не означает, что эта власть имеет право вообще на все. Яростные сторонники нынешнего правительства, похоже, убеждены в обратном. Любое недовольство действиями их избранников вызывает праведное возмущение: таков был выбор народа; проиграли – теперь смиритесь.
Вы тоже народ, проверьте, таков ли был ваш выбор. Трудно увидеть глубину и значение изменений в масштабах страны. Но жизнь дала подсказку. Сейчас все будет наглядно представлено на примере одного города.
Подмена символа
"Поезжайте в Киев, и все!" - призывал Паниковский. Я предлагаю другой, более близкий маршрут. Езжайте в Кирьят-Гат! Только поторопитесь - очень скоро он будет выглядеть совершенно иначе, чем сейчас, - примерно, как Бней-Брак.
Сегодня Кирьят-Гат – символ современного Израиля. Здесь находится несколько предприятий высоких технологий, среди них – флагман израильского хайтека завод Intel. В свое время микропроцессор, разработанный в израильском филиале Intel (правда, в Хайфе), положил начало эре персональных, а затем и переносных компьютеров и мобильных телефонов. А самый большой завод Intel по производству компьютерных "мозгов" находится как раз в Кирьят-Гате.
Это крупнейший работодатель всей израильской промышленности. Национальная гордость и национальный кормилец. Львиную долю нашего ВВП и большинство налоговых поступлений приносят компании высоких технологий и работающие там люди. Кирьят-гатовский Intel - первый среди них.
Как известно, в Израиле нет собственной Силиконовой долины. Своего рода "силиконовые оазисы" возникают в разных городах и районах. И по ним видно, как они преображают окружающую среду. Вокруг сосредоточения офисов хайтековских фирм тут же возникает своя социальная инфраструктура: лучшие рестораны и кафе, элитные фитнес-клубы, бутики, модные центры развлечений и досуга, предприятия сервиса, сюда стремится молодежь… Одним из таких оазисов лучшей жизни, влияющим на облик всего города, была промзона вокруг Intel.
Но будущее у города иное. Несколько лет назад здесь намечено построить новый жилой район. Нынешнее правительство приняло решение, что это будет жилмассив для ультраортодоксов. Ну и что здесь такого? Количество ультраортодоксальных семей быстро увеличивается, должны же они где-нибудь жить – прочему не в Кирьят-Гате? Решают все тоже ультраортодоксы – в правительстве.
Министр строительства рав Гольдкнопф, который, входя на пост, настоял на включение в коалиционные соглашения программу ускоренного и льготного строительства жилья именно для ультраортодоксов. Планирование новой застройки - в ведении МВД, возглавляемого равом Дери. Финансированием ведает глава финансовой комиссии рав Гафни. Какие могут быть проблемы - все же для своих.
Да, понадобились некоторые изменения в условиях проекта. Пришлось снизить этажность домов (харедим отказываются жить выше шестого этажа) и соответственно, количество проектируемых квартир, увеличить число детских учреждений (они должны быть отдельными для мальчиков и девочек, а детей в ультраортодоксальных семьях в среднем больше, чем в светских) и конечно, синагог. Потому что не только сефарды и ашкеназы, но и хасиды разных дворов не могут молиться вместе.
Все это в сумме сократило число квартир в новом районе. Но и без того 45.000 единиц жилья – немало. Если считать, что в каждой квартире будет проживать хотя бы трое взрослых, то население города сразу увеличится почти на 140 000 человек. Вдвое больше, чем все нынешнее население Кирьят-Гата. И вся эта прибавка – взрослые ультраортодоксы с правом голоса.
Не надо гадать, за кого они будут голосовать. В конце концов, выборы не каждый день. А вот на каждый день…Они потребуют и запросто добьются, чтобы город, где они подавляющее большинство, жил по их правилам.
Вы думаете, вся проблема светских горожан окажется в том, что нельзя будет купить молока и выпить кофе в субботу, включать музыку и заводить машину в шаббат? Это не беда, а ерунда.
Гораздо существеннее то, что город и дальше будет расти и развиваться только за счет ульраортодоксального населения и обслуживающей его инфраструктуры. Дело не только в том, что строить здесь будут не бассейны, а миквы. И жилье будут строить только для харедим. Очень скоро им перестанет хватать того жилмассива в 45.000 квартир. И они не согласятся, чтобы светские безбожники жили в их районах. А что и для кого строить, решает местная власть, в которой абсолютное большинство – у харедим. Эта политика получит полную поддержку от центральной власти, где и минстрой, и Земельное управление, и МВД, и минфин с финансовой комиссией – в руках харедим.
Система образования тоже в значительной степени финансируется и контролируется местной властью. В большинстве школ Кирьят-Гата не будут изучать базовые предметы – это для ультраортодоксальных лидеров святое.
Выпускникам этих школ нечего делать в Intel и других предприятиях высоких технологий города. Там продолжат работать светские. Только они будут платить налоги, в том числе муниципальные – на содержание города, - от которых большинство ультраортодоксов, живущих на пособия от казны, освобождены.
К этому и сведется роль светского меньшинства в Кирьят-Гате. Работать и оплачивать нужды захвативших город харедим. Жить здесь – нет. Поскольку жилье для светских горожан не станут строить, его будет мало, а значит, оно будет стоить очень дорого.
Я допускаю, что и сейчас лишь малая часть сотрудников того же завода Intel живет в Кирьят-Гате, а остальные лишь приезжают сюда на работу – благо, удобное местонахождение города, в географическом центре страны, к этому располагает, а традиция и доходы хай-тек-индустрии позволяют обеспечивать свои кадры транспортными средствами за счет фирмы.
Вполне вероятно, что многие из них предпочли бы вместо того, чтобы тащиться дважды в день в жутких израильских пробках по часу-полтора, поселиться нескольких минутах езды от офиса в благоустроенном районе, населенном к тому же такими же, как они, хайтекистами, - будь у них такая возможность. Не будет. Только не в Кирьят-Гате! Так распределяются роли в этом показательном городе – работать здесь вы по-прежнему можете, потому ваши налоги нужны, а жить – нет. Одни платят – другие живут. Хозяева – последние.
Вы думаете, это проблема Кирьят-Гата? Тех, кто там живет или работает, или хотел бы жить? Ошибаетесь! Это проблема ваша, наша - всего Израиля. Это не частный случай, а модель. Идеально показательная модель происходящего государственного переворота в стране.
Будущее - в прошлом
Частная ситуация не уникальна, харедизация отдельных городов – явление распространенное в новейшей истории страны. Это отчасти произошло и с Иерусалимом. Отток светского населения и молодежи в течение последних десятилетий превратил нашу столицу во второй по бедности город страны, что несколько неприлично. Но Иерусалим слишком велик и красив, чтобы испортить его репутацию статистикой. С более мелкими и молодыми городами перемены происходят радикальные.
Когда я только собирался репатриироваться, уже опытные израильтяне советовали мне осесть в Бейт-Шемеше. Новый город в живописном месте, с хорошим климатом, неподалеку от столицы; жилье еще относительно дешево, перспективы развития большие. Я выбрал все же Иерусалим, но многие мои знакомые и коллеги действительно поселились в Бейт-Шемеше. Все они оттуда уже сбежали после захвата города агрессивными фанатиками. Теперь там небезопасно даже появляться - например, женщинам в военной форме.
Однако Бейт-Шемеш никогда не имел некого принципиального значения в масштабах страны – просто не успел. А Кирьят-Гат, повторюсь, был символом современного Израиля. Теперь же ему предстоит стать символом его будущего. Строили Силиконовую долину – власть переменилась – будет Бней-Брак.
Судьба модели
Ничего нет трагического в том, что на карте страны появится еще один ультраортодоксальный город. Беда в том, что он именно модель грядущих перемен. Так хорошо видная на примере Кирьят-Гата тенденция показывает, что происходит со страной в результате переворота, осуществляемого новой властью.
Она поделила израильтян на две неравные категории: получателей благ от государства и создателей этих благ. Первая занимается только тем, что сохраняет избранный ею образ жизни. Вторая защищает страну, рискуя собой в армии и службах безопасности, работает и платит налоги, чтобы первая категория могла вести тот образ жизни, который облюбовала. И заодно – диктовать первой, как ей жить.
Это не изобретение нового правительства. Так повелось давно, с тех самых пор, когда политические представители первой категории стали определять политику государства. Но только нынешнее правительство возвело такое распределение в принцип и провело для этого тихий государственный переворот – узаконив эту алогичную несправедливость по праву полученного большинства на выборах. Не тот, кто платит, заказывает музыку, а наоборот.
В масштабах страны это трудно заметить. Но на примере одного города – можно. Так что поезжайте в Кирьят-Гат. Пока не поздно. Чтобы было потом, с чем сравнить.
Перемены, которые в ближайшее время произойдут в этом обреченном городе, уготованы и нам всем. Не для сочувствия поезжайте – для прозрения

"Израиль превращается в религиозную диктатуру"

Тали Фаркаш, Ynet
Слихот у Стены Плача в Иерусалиме
(Фото: AFP)

Вышла в свет антиутопия, которая рисует близкое будущее Израиля в мрачных тонах. Возможен ли этот сюжет в реальности.

Израильский адвокат Идан Сегер, разделяющий опасения многих людей в связи с реваншем консервативных сил во всем мире, написал мрачную антиутопию "Ше-игияну ле-зман ха-зе" ("Дожили до этих времен"), напечатанную недавно издательством "Кинерет Змора", в которой по сюжету еврейская страна превращается в теократическое государство, где светские провозглашаются врагами, а женщины и гомосексуалы бесправны. Как, по его мнению, такое может произойти в свободной демократической стране, Сегер рассказал в интервью Ynet.
2068 год. Государству Израиль исполнилось 120 лет. Теперь это иудейская теократия, живущая по законам Галахи, консервативная и закрытая от внешнего мира. В ней подвергаются преследованиям все, кто не ведет ультраортодоксальный или религиозный образ жизни. Существование гомосексуалов и женщин с феминистским мировоззрением под абсолютным запретом. Таков сюжет дистопии Идана Сегера "Дожили до этих времен".
Идан Сегер и его  антиутопия
Идан Сегер и его антиутопия
(Фото: частный архив, издательство "Кинерет Змора")
Связано ли решение издать подобную книгу с приходом к власти в Израиле нового праворелигиозного правительства? По словам Сегера, нет прямой связи. "Важно подчеркнуть, что написанию этой книги не предшествовало какое-либо конкретное политическое событие, - говорит он. - Происходят определенные процессы. Мы наблюдаем за тем, как мир становится все более взрывоопасным, как усиливается поляризация в обществе, а к власти рвутся регрессивные силы".
"В Израиле, на мой взгляд, основной конфликт проходит по линии "иудаизм и демократия", - продолжает писатель. - Я просто обратил внимание на глобальную радикализацию, которая не обошла и нашу страну. Я попытался представить, к чему это могло бы привести в долгосрочной перспективе, включая формирование в Израиле галахической теократии. Я убежден, что такой режим был бы намного радикальнее, чем мы себе представляем".
Израиль, в котором разворачивается сюжет дистопии Идана Сегера, ничем не похож на страну, в которой мы живем. Это галахическая теократия, которой управляет ортодоксальный истеблишмент. В этом государстве светский человек считается врагом власти, а гомосексуалы подлежат смертной казни через побивание камнями. В стране возрожден синедрион, верховный орган политической, религиозной и юридической власти периода Второго Храма.
Но как раз в момент празднования 10-летия иудейской теократии происходит нечто, что кардинально меняет ситуацию в государстве. У религиозной власти появляется новый и влиятельный внутренний враг, задумавший разрушить тоталитарную систему.
►Страх перед религиозным диктатом, а не перед религией
Жизненный путь 31-летнего Идана Сегера, писателя, адвоката и активиста, всегда пролегал между журналистикой и юридической карьерой. Он живет в Тель-Авиве с супругом и двумя детьми, близнецами-двухлетками. Много лет работал у известного адвоката Боаза Бен-Цура, а недавно открыл собственную юридическую фирму.
Сегер, прямой потомок рабби Шнеура Залмана из Ляд - философа, каббалиста, основателя хасидского движения Хабад. "Бабушка, принадлежавшая к семейству Слоним, адморов ХАБАДа, постоянно мне об этом напоминала, - рассказывает он. - Несмотря на то, что я веду абсолютно светский образ жизни".
Многим присущ врожденный оптимизм и вера в неизбежный прогресс. У Сегера другое мнение на сей счет. "Я не сторонник идеи линейного развития общества, - говорит он. - Это касается и либеральных тенденций. Самый яркий пример - недавнее решение Верховного суда США, в котором консервативное большинство воспользовалось ситуацией и вновь лишило женщин права на аборт. Это также отличный пример того, как меньшинство навязывает свое мнение большинству. Теперь законодатели в разных штатах смогут вернуть к жизни старые законы об абортах и обеспечить их соблюдение. Соответствие между законами и реальностью наблюдается далеко не всегда".
Роман Идана Сегера - непростое чтение для соблюдающего традиции человека. Между строк сквозит страх по отношению к религии, которую верующие люди считают позитивной и осмысленной концепцией жизни. В конце концов расизм, сексизм и гомофобия существуют и в светском обществе, хотя в большинстве случаев в завуалированном виде, поскольку проявление этих предрассудков не приветствуется.
Сегер отдает себе в этом отчет. "Я знаю, что некоторые склонны воспринимать мою книгу подобным образом, - говорит он. - Но я писал ее вовсе не из неприязни или презрения к религии. Именно поэтому я рассказал вам о своих хасидских корнях. Это можно понять и по тому, как я изобразил главных героев романа. Против тоталитарного режима восстают ультраортодоксальные участники событий, имеющие отношение к власти. Идея книги заключается в противостоянии диктату, принуждению - любому, не только религиозному".
"В религии много прекрасного, чем даже я, светский человек, могу наслаждаться, - объясняет автор романа. - Речь не идет о попытке демонизации религии или харедим. Большинство людей понимают, что насильственное навязывание того или иного мировоззрения нелегитимно. Но порой происходят события, ведущие к радикализации общества. Например, назначение Ави Маоза замминистром в министерстве главы правительства. Над двумя главными героями моей книги, находящимися в романтических отношениях, нависает угроза смерти. Я просто хотел напомнить, что значит принадлежать к группе людей, которую могут в любой момент поставить вне закона и подвергнуть преследованиям".
Ави Маоз
(Фото: Йоав Дудкевич)
►Почему столь популярны антиутопии
Антиутопия, как литературный жанр, снова стала популярной в мире после успешной телеадаптации романа Маргарет Этвуд "Рассказ служанки". Сегеру важно подчеркнуть, что свою книгу он начал писать еще до того, как сериал вышел на экраны. "Ощущение медленного, но поступательного регресса сопровождает меня вот уже много лет, - говорит он. - Я почувствовал необходимость выразить свою тревогу".
"Я убежден, что молчаливое большинство обязано взять на себя ответственность за жизнь в этой стране, - говорит Сегер. - Дискуссия о ценностях, формирующих общество, никогда не заканчивается, это постоянная борьба. В 90-е годы было принято считать, что мы живем в прогрессивном и либеральном государстве, и что оно будет становиться еще более либеральным и демократическим. Но теперь мы наблюдаем, как возобладали противоположные тенденции".
Первая часть романа Идана Сегера, как упоминалось выше, посвящена иудейской теократии. Во второй части описывается дистопическая реальность в Соединенных Штатах, где технологический прогресс позволяет людям переносить свое сознание в виртуальную реальность, имитирующую бесконечное счастье. В том числе за счет отношений с близкими в реальном мире.
- Совсем недавно Илон Маск заявил об экспериментах по вживлению чипов в мозг. - Верно. Я как раз прочитал об этом и был просто потрясен. В последнее десятилетие мы стали свидетелями невероятных технологических прорывов. Большая часть из них связана с виртуальным пространством, куда мы погружаемся, отрываясь от реальной жизни. Этот вопрос меня тоже интересует - как все это отразится на нашем будущем.
►Нет причин для оптимизма
- Я очень болезненно восприняла ту часть книги, где мать решает оставить ребенка и погрузиться в воображаемый мир. - Надеюсь, мы до этого не дойдем. Но я не вижу причин для оптимизма. Обратите внимание: люди во всем мире погружены в телефоны. Я часто вижу родителей, которые якобы играют со своими детьми в парке, но при этом буквально не отрывают глаз от смартфона. Разумеется, интернет принес в нашу жизнь много хорошего: мы больше общаемся в социальных сетях, узнаем о жизни людей в других странах и сообществах. Но одновременно могут быть запущены и опасные процессы, связанные с виртуальным пространством. Их могут навязать нам мощные и влиятельные силы, заинтересованные в нашей деградации.
По словам Идана Сегера, его книга затрагивает два самых больших страха современного либерального человека. С одной стороны, это страх консервативного диктата, не обязательно религиозного, и угроза личным свободам. С другой, бесконечное стремление к самореализации, вынуждающее нас терять связь с реальным миром. Во второй части его дистопии люди переселяются в виртуальный мир, чтобы осуществить мечту об идеальной жизни, полностью отказываясь от реальности.
►Моя семья все еще "вызывает споры"
Когда Сегер не занимается сочинительством, он, опираясь на свое юридическое образование, активно участвует в борьбе за права ЛГБТ-сообщества. "Я подал иск в Верховный суд против комитета, присудившего государственную премию раввину Яакову Ариэлю, - рассказывает он. - Я не требовал лишить его награды. Речь шла о том, что комитет, обсуждавший его кандидатуру, проигнорировал экстремистские высказывания раввина в адрес ЛГБТ. И это несмотря на то, что некоторые члены комитета сами признавали, что это следовало бы учесть при принятии решения. Это важно, поскольку Ариэль получил премию за свои галахические постановления, среди которых было, например, разрешение не сдавать квартиру семье, состоящей из двух женщин".
Апелляция Сегера была в итоге отклонена. "Судья Анат Барон, которую никак нельзя заподозрить в гомофобных предрассудках, написала в своем решении, что вопросы, связанные с ЛГБТ-сообществом, к сожалению, до сих пор вызывают споры в израильском обществе, и поэтому невозможно запретить подобный дискурс, - с горечью говорит Сегер. - Очень больно осознавать, что к тебе и твоей семье относятся, как к чему-то "вызывающему споры".
Сегер подчеркивает, что описываемый в его романе религиозный режим появился отнюдь не в результате воцарившейся в стране анархии или военного переворота. "Достаточно того, чтобы нынешний консервативный поворот не встретил никакого серьезного сопротивления со стороны граждан, и мы постепенно придем к подобной форме правления, - объясняет он. - Не стоит также ожидать, что внешние силы придут к нам на помощь. Спасти себя мы можем только сами".
Подробности на иврите читайте здесь
Перевод: Гай Франкович

Картина дня

наверх