Свежие комментарии

  • АНАТОЛИЙ ДЕРЕВЦОВ
    Прикольно ,с сарказмом переходящим в ложь.  Но на уровне конца 90-х гг. Именно ковыряние в  научных "мелочах" превнос...Аспирантура в ССС...
  • Михаил Васильев
    Пусть Хатынь вспоминают! Дмитрий Карасюк. ...
  • Lora Некрасова
    По краю змеевика имеются надписи.  Их содержание учитывалось в исследовании предназначения змеевика? Хотелось бы, что...Таинственные икон...

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ. КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ IV. ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ (ГЛАВЫ 17,18)

Восточные славяне и этнический состав древнего населения Восточной Европы

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ. КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ IV. ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ (ГЛАВЫ 17,18)

Любор Нидерле. Славянские древности. М. 1956 г.: Новый Акрополь, 2010 год. М. Книга первая. История древних славян. Часть IV. Восточные славяне.
Глава XVII. Восточные славяне и этнический состав древнего населения Восточной Европы.

Территория восточных славян. Первые соседи: фракийцы и иранцы.

О том, как на славянской прародине произошла дифференциация, разделившая славян, прежде в языковом отношении почти единых, на три большие группы – западную, южную и восточную. На древней славянской прародине из западных славян прочно обосновались лишь поляки, затем – остатки южных хорватов и сербов, а на востоке – часть восточных славян, отличавшихся в языковом отношении от других славян рядом фонетических, грамматических и лексических признаков.

Наиболее характерным среди них является переход праславянских tj и dj в звук «ч» и «ж»,возникновение полногласных групп ого, olo, ere, ele из праславянских or, ol, er, el. Например, такой группе, как tort, которая в южнославянских языках представлена trat, в чешском trat, в польском trot, в русском языке соответствует группа torot; группе tert равным образом соответствует teret, и изменение старых гласных ь и ъ (еры) вей о. Эти три факта мы можем дополнить и многими другими, менее важными и менее очевидными1.

Прародиной восточных славян была восточная часть протославянской колыбели: весь бассейн Припяти (Полесье), далее территория на нижней реке Березине, на Десне и Тетереве, Киевщина, и вся нынешняя Волынь, где имелись наиболее благоприятные условия для существования. С начала нашей эры родина восточных славян была довольно обширной, так как в VI и VII веках мы видим уже большое количество славян на севере, на озере Ильмень, и на востоке, на Дону, у Азовского моря, «’Άμετρα εθνη», – говорит о них Прокопий (IV.4). «Natio populosa per immensa spatia consedit», – отмечает одновременно Иордан (Get., V.34), когда пишет о завоеваниях Германариха до 375 года. О том, что прародина русских славян находилась когда-либо в Карпатах, не может быть и речи. Это пытались когда-то доказать И. Надеждин, а позднее с ещё большим старанием профессор Иван Филевич, но безрезультатно2.

Славян в Карпатах первоначально вообще не было, а на славянской прародине, в наибольшей близости к Карпатским горам, находились предки южнославянских хорватов, сербов и болгар. Восточные славяне пришли в Карпаты позднее, после ухода болгар, а именно, в X веке. Я исключаю также возможность прихода восточных славян на свою родину, на Днепр, лишь в III веке нашей эры, после ухода готов, как это пытался доказать А. Шахматов, или же в V–VI веках, как полагал на основании археологических данных И.Л. Пич3. Подобное передвижение, о котором в истории нет ни малейшего упоминания, для той эпохи полностью исключается.

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ. КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ IV. ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ (ГЛАВЫ 17,18)

Не было более удобного места для колыбели восточных славян, чем на Среднем Днепре. Это, пожалуй, самое удобное место на всей Русской равнине. Здесь нет континентальных гор, но зато здесь простираются бесконечные леса и имеется густая сеть судоходных рек. Эта водная сеть связывает между собой как отдаленные территории обширной Восточноевропейской равнины, так и моря, её окружающие: Балтийское, Чёрное и Каспийское. Даже и теперь, после уничтожения многих лесных массивов и проведенных мелиоративных работ, воды повсюду достаточно, а тысячу лет назад её было намного больше. Повсюду во время весеннего половодья непосредственно, а в другое время волоком4 лодки проходили из одной реки в другую, из одного большого водного бассейна в другой и таким путем из одного моря в другое. Таких водных путей, шедших во всех направлениях и связанных волоками, в древней Руси было много. Но самым известным из них был днепровский путь, связывавший Черное море и Царьград с Балтийским морем и Скандинавией, то есть три древних культурных мира: восточно-славянский мир, греческий и скандинавско-германский.

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ. КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ IV. ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ (ГЛАВЫ 17,18)

Войдя в устье Днепра, лодки с товарами или людьми направлялись по этому пути вверх к порогам между Александровском (Запорожьем) и Екатеринославом (Днепропетровском). Затем лодки переплывали через пороги или же перетаскивались в обход по берегу, после чего перед ними открывался свободный путь вплоть до Смоленска. Не доезжая Смоленска, они сворачивали по небольшим притокам Усвяту и Каспле на Двину и далее волоком перетаскивались на Ловать, по которой уже свободно выходили к озеру Ильмень и далее по реке Волхов, мимо Великого Новгорода, в Ладогу, а затем по Неве в Финский залив.

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ. КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ IV. ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ (ГЛАВЫ 17,18)

бассейн реки Припять и Пинское полесье

Наряду с этим прямым путём лодки могли иногда направляться и другими путями; так, на западе они могли свернуть на Припять и по её притокам выйти к Неману или на Западную Двину, а по ней в Рижский залив или на востоке выйти к Десне и Сейму и далее на Дон5.

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ. КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ IV. ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ (ГЛАВЫ 17,18)

С Десны можно было по рекам Болве, Снежет, Жиздре, Угре, Оке дойти до Волги, являвшейся крупнейшей культурной артерией; по последней шли, наконец, и другие пути, связывавшие Днепр у Смоленска с севером (волоком) и волжскими притоками Вазузой, Осьмой, Угрой и Окой6.

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ. КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ IV. ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ (ГЛАВЫ 17,18)

Очевидно значение восточнославянской родины на среднем Днепре, расположенной на великих культурных, торговых и колонизационных путях, на самом важном узле перекрещивающихся торговых дорог. Если в таком месте обитал сильный народ, который мог сохранить и использовать преимущества, предоставленные ему землей, то перед славянским народом открывались в будущем большие перспективы как с точки зрения культурной, так и особенно с точки зрения колонизационной и политической. Восточная ветвь славян, обитавшая издавна на среднем Днепре, была настолько сильна, что могла начать с древнейших времён дальнейшую экспансию, не ослабляя родного края, что она и сделала.

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ. КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ IV. ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ (ГЛАВЫ 17,18)

Однако успешное развитие восточных славян определялось не только исключительно выгодным расположением местности, на которой они развивались, но также и тем, чтопо соседству с ними на очень большой территории не было народа, который оказал бы сколько-нибудь заметное сопротивление их распространению или же мог прочно и надолго покорить их. Таким образом, относительная пассивность и слабость соседей являлась вторым условием, способствовавшим развитию восточных славян.

Лишь на западе находились сильные и неподатливые соседи. Это были поляки, которые не только оказывали сопротивление, но и успешно, правда уже позднее, в XVI веке, полонизировали литовские и русские земли. Русская граница на западе почти не изменялась и в настоящее время проходит почти там же, где и была 1000 лет назад, возле Западного Буга и Сана7.

В других же местах соседи восточных славян отступали перед их натиском, поэтому нам необходимо с ними познакомиться и, в частности, установить их первоначальные места поселения. Речь идёт о фракийцах и иранцах.

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ. КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ IV. ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ (ГЛАВЫ 17,18)

Славяне-фракийцы на север от Дуная, в котловине Карпатских гор

Фракийцы, так же как и иранцы, поддерживали тесные отношения ещё с праславянами, о чём свидетельствует принадлежность праславянского, иранского и фракийскогоязыков к группе языков сатем, отличающейся от группы языков кентум. Наряду с этим и другие данные свидетельствуют, что прародина фракийцев находилась первоначально значительно севернее их исторических мест обитания и помещалась на север от Дуная, в котловине Карпатских гор, и далее в самых горах, где топонимика главных горных хребтов явно не славянская (Карпаты, Бескиды, Татра, Матра, Фатра, Магура) и где ещё в римские времена обитали племена, известные под собирательным именем даков. Вероятно, именно эти фракийские даки были исконными соседями славян, о чем свидетельствует наличие в их языках некоторого количества бросающихся в глаза фонетических и лексических сходств8. В качестве примера укажу лишь на общий для обеих языковых областей суффикс —ста в наименованиях рек.

Все свидетельствует о том, что южными соседями славянской прародины первоначально были фракийцы, обитавшие в Карпатах и на их северных склонах.Лишь позднее между V и III веками до н. э. с запада появились некоторые галльские племена, а вместе с ними скифо-готские племена бастарны и певкины, первыми возвестившие о движении германской волны, если только они (скифо-готские племена) действительно были германскими племенами. Последними проникли в Карпаты отдельные славянские племена, на присутствие которых здесь указывает, по-видимому, уже карта Птолемея (Суланы, Заботы, Пенгиты), а также наименование Карпат «Οόενεδικά όρη».

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ. КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ IV. ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ (ГЛАВЫ 17,18)

Фракийцы были соседями славян на восток между Карпатами и Днепром

Помимо Карпат, фракийцы были соседями славян и в местностях, простиравшихся далее на восток между Карпатами и Днепром. Я полагаю, что, родственные скифам племена — киммерийцы (Κιμμέριοι), обитавшие на этой территории до прихода скифов и вытесненные ими частью в Крым (Тавры?), а частью в Карпатские горы, где Геродот в своё время знал фракийское племя агафирсов (в нынешней Трансильвании), являются фракийцами, так как одновременно с вторжением скифов в конце VIII и начале VII века до н.э. в Малой Азии появляется народ, называемый в ассирийских источниках Gimirrai (гимирры), а по-гречески также и другим именем – «ТриРОС» — «Τρήρες», следовательно, именем известного фракийского племени9. Весьма вероятно, что гимирры в Малой Азиипредставляли собою часть понтийских киммерийцев, оттесненных скифами в Малую Азию.

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ. КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ IV. ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ (ГЛАВЫ 17,18)

Иранцы. Другими соседями восточных славян на юге древнерусской прародины были иранцы. О том, что именно иранский элемент издавна поддерживал связи с праславянами, свидетельствуют упомянутые языковые совпадения в группе языков сатем10. Однако исторических свидетельств, подтверждающих это, до VIII века до н.э. не имеется.К этому и последовавшему за ним периоду мы можем на основании исторических источников отнести появление иранцев в южнорусских степях, господствовавших здесь вплоть до прихода гуннов. Это были скифы, а после них сарматы.

Первой иранской волной, хлынувшей на эти земли в VIII–VII веках до н. э., и, вероятно, ещё раньше, были скифы; подробное описание их поселений и образа жизнискифов в V веке до н. э. оставил нам в четвертой книге своей истории Геродот (жил в 484–425 годах до н. э.), который посетил северный берег Понта Эвксинского (Чёрного моря). По представлению Геродота, Скифия занимала пространство, ограниченное на западе Истром (ιστρ =Истр – текущая река; р. Дунай), на востоке – Танаисом (Доном), за которым ещё далее на восток обитали сарматы, а на севере – линией, тянувшейся от истоковДнестра (Данастрис; р. Тирас) и Буга через днепровские пороги к Танаису (Дону)(Herod., IV. 100, 101).

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ. КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ IV. ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ (ГЛАВЫ 17,18)

На Дону обитали, кочуя, царские скифы (Σκύθαι βασίληιοι), далее между Днепром и Самарой – скифы-кочевники (Σκύθαι οί νομάδες), а на западе от Днепра – скифы-земледельцы (Σκύθαι γεωργοί, άροτήρες) и несколько других более мелких племён, из которых наиболее значительными были алазоны (Αλαζόνες), обитавшие между средним Бугом и Днестром. Иранская принадлежность этих алазонов и особенно скифов-земледельцев, которые по образу жизни так сильно отличались от скифов-кочевников, весьма сомнительна, и не исключено, что под этими именами скрываются уже праславяне, продвинувшиеся по Днепру и Бугу на юг. В частности, это можно предположить в отношении скифов-земледельцев, образ жизни которых столь отличался от образа жизни остальных скифов-кочевников (Herod., IV.2, 19, 46, 59, 120).

Очевидно, что уже Геродот (IV.81) пользовался наименованием скифов в двояком смысле: как для обозначения собственно скифов, так и вообще для обозначения племён, обитавших в пределах Скифии. Но уже и в его описании не все скифы являются собственно скифами, то есть иранцами.

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ. КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ IV. ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ (ГЛАВЫ 17,18)

Поход Дария в Скифию в 512 году

Однако более важной для славян являлась полоса, заселенная соседями скифов, которых Геродот перечисляет за пределами Скифии. К ним принадлежали на западе агафирсы,обитавшие в нынешней трансильванской котловине, племя, бесспорно, фракийское, и далее за истоками Днестра и Буга большое племя невров (Νευροί), которое впервые упоминается в истории в связи с походом Дария в 512 году . Обитало большое племя невров (Νευροί) на славянской прародине, а именно в её восточной части, и поэтому мы можем с наибольшей вероятностью рассматривать их как славян. Следы наименования невров встречаются в славянской топонимике этой области — реки Нура, Нурец, Нурча, деревни Нуры, Нур, а также историческое название «земля нурская». Поэтому следует думать, что невры являлись частью восточных славян на нынешней Волыни, Киевщине и в бассейне реки Припяти.

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ. КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ IV. ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ (ГЛАВЫ 17,18)

Неясно, к какому историческому народу следует отнести другие племена, которые Геродотназывает на севере Скифии к востоку от Днепра. Речь идет об андрофагах (Άνδροφάγοι – мордва?) и меланхленах (Μελάνχλαινοι). Неясна область расселения и принадлежность большого племени будинов (Βουδΐνοι). Однако на основании тщательного рассмотрения всех сведений, которыми мы располагаем, я поместил бы племя будинов у Десны и считаю, что оно скорее славянское, чем финское. Название племени можно вывести из славянского языка – корень —бъд-, а окончание -инъ является типично славянским племенным окончанием (ср. немчин, србин, турчин, русин и т. д.).

В течение IV и III веков до н. э. скифов сменили сарматы, которые ещё во времена Геродота обитали за Доном, но при Митридате Евпаторе уже занимали всю Понтийскую область. Остатки скифов появились в окрестностях Ольвии, в Крыму и у Дуная, где они перешли на другую сторону – в Добруджу. Там с ними познакомился Овидий. Как показывает ряд находок, часть скифов в IV–III веках до н. э., а может быть и ещё ранее, была оттеснена вплоть до внутренней Венгрии.

Среди сарматских племён наряду с тисаматами и язаматами (Jaxamates) наиболее выделялись языги и роксоланы. Языги обитали на западе Сарматии и в 20-50-х годах н. э. переместились в Венгрию, куда вместе с ними передвинулись и роксоланы, первоначально обитавшие между Днепром и Доном.

Третьим большим сарматским племенем были аланы. Первоначально аланы обитали у Дона, откуда часть их передвинулась в Венгрию, а затем на Рейн, в Испанию и Африку,где эта часть аланов прекратила своё существование. Другая часть аланов осталась между Доном и Кавказом, где русские летописи (XII–XIV веков) знают их под именем ясы.Отсюда в XIII веке они частично были вытеснены половцами в Молдавию и Венгрию, где остались под названием jósz множественное число jószok (в округе Iasz-Nagy– Kun– Szolnok).

Как и сарматов, принадлежность которых к иранской ветви является бесспорной, собственноскифов также следует считать иранским племенем. В последнее время высказывалось утверждение, правда, не совсем новое, что скифы были иранизированными монголами. Пейскер11, пользующийся этим названием при изложении своих взглядов на древних славян, ссылается при этом на известное описание Гиппократа (περίάέρων, 26), причём описание, сделанное Гиппократа, можно отнести к некоторым нынешним киргизам или калмыкам. Но это единственный довод, который можно привести в пользу монгольского происхождения скифов. Всё остальное, что нам известно из данных истории, лингвистики и антропологии, свидетельствует против монгольского происхождения скифов.

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ. КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ IV. ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ (ГЛАВЫ 17,18)

Изображения древних скифов, обнаруженные в археологических находках на берегах Понта Эвксинского (Чёрного моря), также дают не монгольские фигуры и лица. Таким образом, собственно скифы не были монголами, но они, разумеется, не были и славянами, хотя такое мнение было когда-то весьма распространено в русской историографии и не исчезло и до сих пор12. Можно лишь допустить, как уже указывалось выше, что некоторые другие племена, называвшиеся «скифскими» лишь потому, что они обитали в Скифии, как, например,скифы-земледельцы – между Бугом и Днепром либо алазоны – между Днестром и Бугом, могли быть славянскими, но и это не более чем гипотеза.

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ. КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ IV. ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ (ГЛАВЫ 17,18)

Тюрко-татары.

Исторических свидетельств о том, что наряду со скифами, сарматами и финнами соседями славян в древние времена стали и тюрко-татарские племена, не имеется. Однако Я. Пейскер и профессор Корш на основании лишь нескольких сходных в обоих языках слов, общих длявсех славянских племён, – быкъ, воль, коза, тварогъ и др. – предполагают о существовании этих древних связей, причём по теории Пейскера посредниками между тюрко-татарами и славянами были скифы-монголы. Отвергая построенные на основании этой теории выводы, мы должны, исходя из указанных выше лингвистических данных (если верны филологические толкования Корша), допустить, что уже до нашей эры некоторые племена тюрко-татарского происхождения, в частности кочевники, имевшие большие стада, вошли на востоке в общение со славянами; но это не были собственно скифы – другого же исторического наименования этих племен мы не знаем. Из народов тюрко-татарского происхождения в общение со славянами в исторический период (в 375 году н. э.) вступили лишь гунны.

Отдельные тюрко-татарские племена ещё до этого времени проникли в Южную Русь, например, спалы, с которыми в III веке встретились готы13, да и сами гунны уже во времена Птолемея обитали к западу от Волги (Ptol., III.5, 10). Однако спалы вступили в общение со славянами и вышли на историческую арену лишь в 375 году, когда под давлением какого-то другого заволжского племени перешли Дон, разбили войска готов, оттеснили последних на запад, в Карпаты и на Дунай, и, несомненно, подчинили себе все бывшее готское государство Германариха, который властвовал не только над готами южной России, но и над северными литовцами и славянами14. Однако господство гуннов продолжалось недолго и вряд ли было прочным.

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ. КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ IV. ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ (ГЛАВЫ 17,18)

готское государство Германариха

Большая часть гуннов уже в начале V века отошла к Дунаю в Венгрию, а у тех, кто возвратился обратно после крупного поражения, нанесенного гуннам в Паннонии после смерти Аттилы в 453 году, не хватило сил восстановить свое господство над славянскими областями. Гунны остались в южной Бессарабии и оттуда с несколькими родственными племенами — котригурами и утригурами, принимали участие в набегах на Балканы,совместно со славянами вплоть до 558 года. Среди славян и болгар гунны и растворились.15

После вторжения гуннов через русские степи хлынули новые волны тюрко-татарских народов, направлявшиеся к Дунаю, на Балканы или в Венгрию. Первыми прошлиболгары, ближайшие родственники гуннов. Это произошло примерно в середине V века, так как в 482 году император Зенон уже объединялся с болгарами против готов, а в 499 году они сами впервые предприняли набег на Балканы. Однако окончательно болгары перешли на Балканы в 679 году из нижней Бессарабии16. Одновременно другая часть болгар под давлением хазаров свернула с нижней Волги и, двинувшись вверх по течению, основала на Каме, притоке Волги, государство Волжских, или Серебряных, болгар, столица которого Bułgar – или по русским источникам Болгар – находилась поблизости от нынешнего села Успенского под Казанью, где и сейчас можно увидеть развалины домов и другие уцелевшие памятники17.

После болгар в Южную Русь пришли авары; пришли они уже в первой половине VI века, так как известно, что в 558 году авары стояли на нижнем Дунае, откуда перешли в Венгрию. После поражения гепидов и ухода лангобардов в Италию авары основали в 568 году государство с центром на нижней Саве в Паннонии18. Мы не знаем точно, долго ли они были в южной Руси; известно, что авары проникли далеко на север, к польскому Бугу, и их связи со славянами были не менее интенсивными, чем позднее, когда авары поселились в Венгрии. К вопросу об аваро-славянских отношениях мы ещё вернёмся.

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ. КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ IV. ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ (ГЛАВЫ 17,18)

Хазарский каганат

Хазары

Вслед за аварами на Дону появились новые тюрко-татарские племена, которые дальше не пошли, а остались между Доном и Волгой, распространяя оттуда свое господство и свое влияние и на среднюю Русь. Это были хазары, называвшиеся в русских источниках козары. В 650 году хазары перешли Дон, захватили область у Азовского моря, так называемую Старую Болгарию, вытеснили из неё болгар в направлении к Дунаю и Каме, но дальше не пошли. Опираясь на свою столицу Итиль в устье Волги, а позднее и на крепость Саркел (русская Белая Вежа) на нижнем Дону, хазары укрепили свое господство над большей частью восточных славян; племена северян, полян, вятичей и радимичей вплоть до IX, а частично и до X века платили дань хазарам. Хазарская культуранам теперь хорошо известна по раскопкам большого могильника (свыше 1000 могил) у Верхнего Салтова в Волчанском районе Харьковской области. Хазары поддерживали оживленные связи с Кавказом. В IX веке хазары приняли иудейское вероисповедание,которое, несомненно, пришло к ним с Крымского побережья, однако они отличались веротерпимостью по отношению к другим религиям. Вообще господство хазаров не было слишком обременительным, и славяне под его прикрытием успешно продвинулись на восток. При дворе хазарского кагана было много славян, и многие хазары сами говорили по-славянски19. Упадок Хазарского государства начинается уже в IX веке, когда хазарский каган для защиты от набегов печенегов вынужден был в 837 году построить на Дону крепость Саркел.

Печенеги — новая волна тюрко-татарских племён20начала своё движение с территории между Волгой и Яиком, где они ранее обитали, уже в начале IX века, но на славянскую Русь первые набеги были совершены лишь в X веке, что подтверждается Киевской летописью, где под 915 годом мы читаем: «Приидоша печенези первое на Рускую землю, и сотворивше мир со Игорем, и приидоша к Дунаю». Печенеги полностью подорвали влияние и силу Хазарского государства, а со второй половины X века мы уже читаем об их непрестанных войнах с русскими князьями. Связи между обоими народами были настолько тесными, что и печенеги, согласно арабским сообщениям, научились говорить по-славянски21. Борьба с печенегами закончилась лишь после того, как они были оттеснены из русских степей новыми врагами – родственными печенегам племенами торков, или узов, а потом половцами, или куманами. Впервые торков упоминают Плиний и Помпоний Мела, затем в VI веке Ян Эфесский, неподалеку от Персии22, однако в 985 году киевский князь Владимир уже предпринимает в союзе с торками поход против болгар. Таким образом, торки уже были на Волге и в Европу пришли в начале XI века, теснимые половцами и, в свою очередь, вытесняя печенегов. Печенеги, потерпевшие в 1036 году под Киевом серьезное поражение, пришли к Дунаю, а вскоре, в середине XI века, и в Болгарию, куда за ними в 1064 году последовала огромная масса торков. Другая часть торков под именем черных клобуков осталась вместе с половцами в русских степях.

Позднейшие набеги половцев и татар выходят далеко за рамки нашего изложения. Но уже и из того, что рассказано, видно, с каким трудом славяне продвигались на юг.Продвижение славян и их выдвинутые вперед колонии постоянно подвергались атакам все новых и новых волн тюрко-татарских племён, из которых последние –татары – явились плотиной, на долгий период остановившей продвижение славян. Правда, и в этих условиях и даже ещё до X века славяне продвигались вперед, однако в результате губительного печенежского и половецкого нашествия славяне в XI и XII веках полностью были вытеснены из области между Днепром и Дунаем и оттеснены за реку Суду, Рось и в Карпатские горы.

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ. КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ IV. ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ (ГЛАВЫ 17,18)

Финны.

На север и восток от славян обитали финские племена. Где находилась их прародина, мы не знаем, однако новейшие теории, устанавливающие близкую связь между индоевропейцами и прафиннами, дают основания искать её вблизи от европейской родины индоевропейцев, то есть на восточных окраинах Европы, на Урале и за Уралом. Установлено, что финны с давних времен обитали на Каме, Оке и Волге, где примерно в начале нашей эры часть финских племён отделилась и ушла к Балтийскому морю, заняв берега Ботнического и Рижского заливов (позднейшие ямь, эсты и ливы). Насколько далеко продвинулись волжские финны в среднюю Русь и где именно они впервые встретились со славянами, неизвестно. Это вопрос, на который до сих пор нельзя дать точный ответ, так как мы не располагаем данными предварительных работ, как археологических (изучение финских могил), так и филологических — сбор и исследование древней финской топонимики средней России. Тем не менее можно сказать, что Ярославская, Костромская, Московская, Владимирская, Рязанская и Тамбовская губернии первоначально были заселены финскими племенами и что финны обитали ранее даже в Воронежской губернии, но как далеко они продвинулись на запад, мы пока не знаем. В Орловской губернии, по данным А.А. Спицына, следов финской культуры уже нет23. В Калужской, Московской, Тверской и Тульской губерниях финны сталкивались с литовцами. Правда, Шахматов предполагал, что во времена Геродота финны занимали бассейн реки Припяти, что они даже проникали оттуда и в верховья Вислы (невры), однако приведенные им лингвистические доказательства этого спорны, так же как и прежние лингвистические и археологические теории. Последние никогда не были настолько обоснованны, чтобы опровергнуть тезис о славянской прародине между Вислой и Днепром. Если бы мы приняли точку зрения Шахматова, то в Восточной Европе вообще бы не осталось места для колыбели великого славянского народа, так как там, где ее помещает Шахматов, между нижним Неманом и Двиной, она не могла быть как по соображениям лингвистическим (топонимика не славянская), так и по данным археологическим24.

Поэтому я не могу не настаивать на том, что финнов на Волыни и в Полесье не было, а если верна точка зрения некоторых филологов, заключающаяся в том, что между древнеславянским и древним финским языками вообще нет никакой связи, то финны в период праславянского единства были от славян отделены на севере полосой литовских племен (от Балтики через Смоленск до Калуги), а на востоке либо полосой незаселенных земель, о которых упоминает уже Геродот, либо скорее всего клином иранских, возможно тюрко-татарских, племен. Связи финнов со славянами установились лишь после того, как восточные славяне уже в начале нашей эры продвинулись на севере за верховья Днепра, а на востоке за Десну и Дон, когда и финны начали продвигаться на север, к Балтийскому морю. Но и в этом случае финны не оказывали влияния на всю русскую землю, так как в русском языке в целом, за исключением северных и восточных окраин России, не сказывается влияние финского языка. Однако все это лингвистические проблемы; суждение о них и их разрешение мы должны предоставить специалистам – филологам.

О появлении финнов в истории можно говорить более определенно лишь с I века н. э. Хотя у нас и имеется ряд упоминаний и этнических наименований, свидетельствующих о пребывании финских племён в Подонье и Поволжье за пять или шесть столетий до этого времени, однако о некоторых из них нельзя с уверенностью сказать, являются ли они финскими. Будинымногочисленное племя, обитавшими между Десной и Доном скорее являются славянами. Финнами, видимо, являются и меланхлены, андрофаги и иирки Геродота (Herod., IV.22, 23). Первым приводит наименование Fenni Тацит (Germ., 46), а за ним Птолемей (III.5, 8, φίννοι). В остальном же карта Птолемея содержит те же данные, что имеются и у Геродота. Среди перечисленных им народов имеются, несомненно, финские. Об этом свидетельствует также наименование Волги – «Ра» (’Рй) (ср. мордовское rhau – вода)25, – но какие именно из них были финскими, мы сказать не можем.

В IV веке н. э. Иордан в известии о народах, которых покорил перед своей смертью в 376 году готский король Германарих, наряду со славянами (венедами) и литовцами (аэстиями)приводит ряд наименований, большей частью искаженных и необъяснимых, между которыми, однако, имеется несколько явных наименований позднейших финских племен.26 Так, под наименованием Vasinabroncas следует понимать весь, а вероятно, и пермь; под наименованиями Merens, Mordens – меря и мордва. Сюда до некоторой степени относится и название готское наименование — Thiudos, так как из него возникло славянское (русское) собирательное наименование для финнов – чудь21.

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ. КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ IV. ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ (ГЛАВЫ 17,18)

финны

Важнейшие сообщения о соседстве финнов со славянами, относящиеся к IX–X векам, имеются лишь в Киевской летописи. Славяне к тому времени продвинулись до озера Ильмень, Невы, Ладоги, Владимира, Суздаля, Рязани и нижнего Дона и всюду пришли в соприкосновение с финскими племенами. Летописец знает три группы финских племен: 1) у Балтийского моря, 2) у Волги и затем 3) на севере, «за волоками», в окских лесах (заволочская чудь). Отдельно в летописи названы племена у Балтийского моря: собственночудь и лив на юге Финского залива (соседняя водь в Киевской летописи не упоминается), затем емь или ямь в нынешней Финляндии; далее «за волоками» у Бело-озера находилась весь, где-то у Двины в Биармии скандинавских источников – пермь, а ещё дальше к северо-востоку – югра, угра, печора и самоядь.

В XIII веке к северу от еми упоминаются карелы. К восточной волжской группе принадлежали черемисы, обитавшие ранее западнее, чем теперь, главным образом в Костромской губернии; мордва – в бассейне реки Оки (теперь далее на восток); на севере их соседями были племена мурома на реке Клязьме, меря на Ростовском и Клещинском озерах между Волгой и Клязьмой и на юг от мордвы мещера, позднее прекратившие своё существование28.

Мы можем установить, что, где бы славяне в своём продвижении ни приходили в соприкосновение с этими племенами, финны всегда отступали и вообще были очень пассивны. Борьба хотя и велась, но финский элемент вёл себя пассивно и постоянно уступал свою землю славянам. Уже Тацит упоминает о недостатке оружия у финнов, а обозначение Иордана «Finni Mitissimi» (Get., III.23) также не безосновательно. Другой причиной слабости финских племен была, очевидно, редкая заселенность, полное отсутствие сколько-нибудь сильной концентрации населения вокруг определенных центров, и именно в этом заключалось превосходство славян, имевших в тылу своего продвижения сильные исходные позиции, организованные варяго-русами.

Только одно финское племя добилось крупных успехов, подчинив себе большое число славян, и то, вероятно, потому, что до этого оно подвергалось сильному влиянию тюрко-татарской культуры. Это были мадьяры – народ родственный остякам и вогулам с Оби, ушедший на юг примерно в V–VI веках. В начале IX века они объявились у Дона по соседству с хазарами, в области, называемой Лебедия. Оттуда около 860года мадьяры переместились к южной Молдавии (в область, называемую Ателькуза), а затем, после нескольких вторжений на Балканы и в Паннонию, примерно в 896 году, надолго поселились на венгерской низменности, куда мадьяры проникли через восточные или северные карпатские перевалы. Дальнейшая история мадьяр связана уже исключительно с западными и южными славянами.

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ. КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ IV. ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ (ГЛАВЫ 17,18)

Литовцы.

Литовцы с древнейших времен обитали у Балтийского моря. На это указывают данные лингвистики об отношении литовского языка к языкам остальных индоевропейских народов, затем топографическая номенклатура, а также все исторические данные. Длительные тесные связи литовцев со славянами можно считать научно установленным фактом, а существование балто-славянского единства в период, когда остальные индоевропейские народы уже разделились на отдельные ветви, можно также считать бесспорным, несмотря на сомнения, которые высказал А. Мейе29. Но даже если не было абсолютного единства, то всё же только со славянами у них были такие близкие отношения, которые привели к образованию двух диалектных районов единой балто-славянской области, причем народы обоих районов хорошо понимали друг друга. Когда здесь произошло окончательное разделение, сказать трудно. Правда, на основании того факта, что в славянский язык из иранского языка перешло слово churn (куръ), которое в литовском языке отсутствует, или на основании того, что финское название мёда (фин. hunaja) перешло в литовский язык (ср. литовское vârias vargien, латышское varč — мёд), в то время как в славянском языке имеется собственное слово «мёдъ», делался вывод, что во время прихода скифов в южную Русь и даже ещё раньше, в начале II тысячелетия до н. э., в эпоху бронзы, оба народа -славяне и литовцы уже жили раздельно30. Однако такие доказательства для определения даты разделения этих народов совершенно неубедительны в настоящее время, если не считать того факта, что в начале нашей эры это разделение здесь уже произошло. Можно лишь сказать, что как славянские племена, так и литовцы представляли в это время самостоятельные объединения.

Нельзя также дать точный ответ и на вопрос, где первоначально проходила граница между обоими народами. Нынешняя территория Литвы и Латвии отделена от немцев, русских и финнов линией, протянувшейся от моря, начиная от устья Мемеля через Гольдап, Сувалки, Гродно, Друскеники на Немане, Вильнюс, Двинск (Даугавпилс), Люцин (Лудза) к Псковскому озеру и далее через Валк (Вулка) обратно к морю до Рижского залива31. Эта территория по сравнению с территорией, занимаемой находящимися по соседству с Литвой и Латвией немцами или славянами, незначительна. Невелико и количество населения: по статистическим данным за 1905 год в России насчитывалось немногим больше 3 миллионов литовцев и латышей. Но первоначально литовцы не были так малочисленны. Занимавшаяся ими территория простиралась когда-то на западе вплоть до Вислы (литовские пруссы), а на севере до прихода финнов – до самого Финского залива; граница, отделявшая их от праславян и прафиннов, также проходила значительно дальше от моря, чем теперь.

В 1897 году профессор Кочубинский на основании разбора топографической номенклатуры нынешней Белоруссии пытался определить территорию доисторической Литвы32. В его работе было отмечено много недостатков, и действительно, познания Кочубинского в старо-литовском языке были недостаточны для решения столь трудной проблемы. Нельзя также не отметить, что новейшие лингвисты искали в бассейне Немана и Двины и кельтскую номенклатуру и что А.А. Шахматов даже такие наименования, как Неман, Вилия, считавшиеся раньше литовскими, рассматривал как кельтские33.

Однако несмотря на это можно с уверенностью сказать, что территория нынешней Белоруссии первоначально в значительной своей части была заселена литовцами,что древние литовцы проникли до Ломжского Полесья, до северной части бассейна реки Припяти и до части бассейна реки Березины и что на Двине они зашли настолько далеко на восток34, что где-то на территории бывшей Московской губернии сталкивались с волжскими финнами, что подтверждается также многочисленными примерами сходства в литовском языке и языке волжских финнов. Даже известный Лядинский могильник у Тамбова был объявлен археологами памятником литовской культуры, что, однако, весьма сомнительно. Но, с другой стороны, несомненно, что ещё в XII веке на реке Протве в Московской губернии обитал народ литовского происхождения – голядь, – видимо, представлявший собой остатки первоначальных литовских насельников этой области, а также что ещё в XIII веке литовские поселения находились у истоков Двины, Волги, на Вазузе и в части Тверской и Московской губерний35. Появление здесь голяди объясняется тем, что широкий клин славянской колонизации, продвигаясь вперед с большими усилиями, рассек область, занятую литовцами, и отделил их от волжских финнов.

В истории литовцы впервые появляются под именем «остиев» (Ώστιαΐοι) у Пифея36, если, разумеется, полагать, что и аэстии тацитовской «Германии» являются литовцами и что уже позднее их наименование перешло на финнов, пришедших к Финскому заливу. Такое объяснение хотя и принято, но вовсе не обязательно37.

Птолемей в своей карте Сарматии (III.5, 9, 10) приводит у побережья Балтийского моря большое число наименований племён, и некоторые из них, несомненно, являются литовскими. Однако мы не можем сказать, какие именно из этих наименований являются бесспорно литовскими, за исключением двух – ГалиндаиΓαλίνδαι и Соудинои — Σουδινοί. Галиндаи тождественно с русской голядью и с названием области Галиндия,которая известна позднейшим историческим источникам в Восточной Пруссии, в области Мазуров. Соудинои — Σουδινοί тождественно с названием области Судавия, расположенной по соседству с Галиндией по направлению к Сувалкам. Наконец, и БоровскоиΒοροΰσκοι, ошибочно помещенные Птолемеем далеко вглубь Сарматии, являются литовским племенем борусков (Пруссия – Боруссия). Зато, однако, наименование Оуелтаи — ’Ουέλται не тождественно, как это полагал Мюлленгоф, наименованию Литва, а является славянским названием велеты38.

После Птолемея прошёл долгий период времени, когда о Литве не было никаких известий. Только русские летописи, в первую очередь древнейшая Киевская, дают нам описание Литвы такой, какой она была известна русам в X и XI веках. В тот период пруссы обитали у побережья Варяжского моря, занимая область, протянувшуюся на восток от нижней Вислы и Дрвенце. Далее к востоку идут собственно литовцы, на север от них и западнее Полоцка зимегола, затем на правом берегу реки Двины летьгола; южнее Рижского залива, у моря, обитало племя корсь, наконец, где-то ещё, в месте, точно не установленном, племя, называемое нарова, норома (нерома)39. О племени голядь, локализированном на реке Протве, отделенном от остальных литовцев, я уже упоминал выше.

В позднейший период произошло дальнейшее перемещение племён и изменение их названий. Пруссы стали с XIII века исчезать, особенно после того, как они в 1283 году были окончательно порабощены. Прусский язык еще в XVI веке влачил жалкое существование, и уже в 1684 году, по свидетельству Гарткноха, не было ни одной деревни, где бы понимали по-прусски. Литва разделилась на две части: Верхнюю Литву (в области Немана и Вилии), называемую Аукштота, и Нижнюю (на запад от Невяжи) Жемайтию, по-польски – жмудь. О Галиндии и Судавии в Восточной Пруссии уже упоминалось выше.

Последним значительным племенем в XIII веке являлись ятвяги (по-польски Jadzwing). Это племя известно, правда, и Киевской летописи по походу Владимира на них в 983 году, однако где обитало это племя, говорят лишь позднейшие летописи XIII века, помещающие его за реки Нарев и Бобру, в озерные области Пруссии, куда они пришли незадолго до этого со своих первоначальных поселений, находившихся дальше к востоку40. Таким образом, ятвяги обитали в Полесье, и нынешние русские и польские полешане (Pollexiani в польской хронике) – потомки ятвягов. Дрогичин на Буге, однако, не был их округом, как это считалось ранее. В пользу этого нет исторических доказательств, а старые археологические находки в окрестностях Дрогичина, насколько мне известно, носят славянский характер.

————————————————- ***

1. См. A. Meillet, Le monde Slave, 1917, III–IV, 403.

2.И. Филевич, История древней Руси, I, с. 33, Варшава, 1896; Н. Надеждин, Опыт исторической географии, 1837.

3. А. Шахматов, Bulletin de l’Acad. imp. des sc. de St. Petersbourg, 1911, 723; I. L. Pic, Staroźitnosti, II, 219, 275.

4. Волоком назывался низкий и узкий перешеек между двумя реками, через который легко было перетащить лодку с товарами из одной реки в другую. В переносном значении волоком называлась также и область, где были такие волоки, в частности область у истоков Днепра, Двины и Волги. Отсюда в древней Руси земли за этой областью называли Заволочье.

5. Дон был связан с Волгой известным волоком между Царицыном и Калачом.

6. См. об этом подробнее у Н.П. Барсова, Очерки русской исторической географии, Варшава, 2 е изд., 1885.

7. См. «Slov. star.», III, 231.

8. На основании этого родства и древнего соседства и возникли известные теории о славянском происхождении даков, которые, разумеется, являются ошибочными, если считать даков собственно славянами.

9. См. «Slov. star.», I, 217.

10. Следует обратить внимание хотя бы на слова богь, ватра, соха, куръ, секера, топоръи т. д.

11. Я. Пейскер, исходя из ряда предположительных тюрко-татарских слов, перенятых славянами ещё до нашей эры, говорит о жестоком рабстве, от которого издавна страдали славяне, находясь под тюрко-татарским игом. Виновниками этого рабства, по его мнению, были начиная с VIII века до н. э. скифы.

12. См. «Slov. star.», I, 512. Из русских историков можно назвать, например, Д. Иловайского, В. Флоринского, Д. Самоквасова.

13. lord, IV.28; см. далее, с. 196. Их наименование сохранилось в русском языке в слове «исполин».

14. lord., Get., 119, 120.

15. Теории о предполагаемом славянстве гуннов в историографии, собственно, уже забыты. Эту теорию выдвинул в 1829 году Ю. Венелин в сочинении «Древние и нынешние болгары» (Москва), а после него ряд русских и болгарских историков, включая в конце XIX века и В. Флоринского, И. Забелина и Дм. Иловайского. Заслуга опровержения этой теории (одновременно с гуннами славянами считали также собственно болгар и роксоланов) принадлежит М. Дринову, В. Миллеру и особенно В. Васильевскому (см. его работу «О мнимом славянстве гуннов, болгар и роксолан», ЖМНП, 1882–1883).

16. Theoph. (ed. Boor), 356, 358; Nicephoros (ed. Boor), 33. Помимо этих наиболее старых источников по истории Болгарии, из современных работ см. в первую очередь Златарский, История на българската държава, I, София, 1918, 21 151.

17. В 922 году эти болгары приняли ислам и поддерживали тесные культурные и особенно экономические отношения с восточными славянами. Государство волжских болгар было для славянской Руси во времена неурожаев и голода житницей. В результате этих связей происходило и значительное смешение болгар со славянским элементом, поэтому Ибн Фадлан и некоторые другие ошибочно объявили волжских болгар славянами. Арабские писатели в отличие от волжских болгар обозначают западных болгар именем Бурджан (Burdżan).

18. См. «Slov. star.», II, 201–202.

19. Между тем в течение IX века через Южную Русь прошли также угры -племена финского происхождения, которые вышли с Дона около 825 года и около 860 года оказались на нижнем Дунае, окончательно заняв Венгрию в конце IX века (896). См. далее, на с. 185. Между 851–868 годами на пути из Херсона в землю хазаров с ними встретился славянский апостол Константин.

20. «Повесть временных лет», изд. АН СССР, 1950, т. I, с. 31.

21. Ибрагим ибн Якуб, цит. соч., 58.

22. Plin., VI (7) 19; Pompon. Mel., I, 116; Jan Ephes., VI.7, 12, 13.

23. Записки Русского археологического общества, т. XI, новая серия, СПб., 1899, с. 188. По данным археологии, следы финской культуры мы в настоящее время можем проследить вплоть до Тамбова, Рязани, Москвы и истоков Волги.

24. См. выше, с. 30–32, и то, что я писал об этом в статье «Новые теории о прародине славян» (ССН, 1915, XXI, 1). Впрочем, в последних работах Шахматов и сам признал недостаточность своих доказательств (Revue des Etudes slaves, I, 1921, 190).

25. См. R. Meckelein. Finn. ugr. Elemente im Russischen. – Berlin, 1914. – 1.12, 16.

26. В этом месте Иордан пишет (Get., 116, 117): «Habebat si quidem quos domuerat Golthescytha, Thiudos, Inaunxis, Vasinabroncas, Merens, Mordens, Imniscaris, Rogas, Tadzans, Athaul, Navego, Bubegenas, Goldas». Среди литературы, уделившей внимание толкованию этого места у Иордана, укажу на основные работы: Miilenhoff, Deutsche Altertum skunde, II, 74; Th. Grienberger (Zeitschrift f. d. Alt., 1895, 154) и I. Mik kola (Finn. ugr. Forschungen, XV, 56 и сл.).

27. См. Miklosich, Etymologisches Worterbuch, 357. Это выражение в устах славян первоначально означало чужого человека; чешское cuzi, русское чужой, церковнославянское чуждь являются одним и тем же словом. Русские до сих пор называют некоторые финские племена чудь.

28. Мещеру обычно отождествляют с буртасами восточных источников. В топографической номенклатуре бассейна Оки, например в окрестностях Рязани, до сих пор сохранилось много следов их наименований.

29. Meillet, Les dialects indoeuropeens, Paris, 1908, 48 si.

30. Hehn, Kulturpflanzen und Haustiere (VI vyd., 324); Krek, Einleitung in die slavische Literaturgeschichte, Graz, 1887, 216.

31. F. Tetzner (Globus, 1897, LXXI, 381); J. Rozwadowski. Materiały i prace korn. jęz. – 1901,1; A. Bielenstein. Atlas der ethnol. Geographie des heute und prach. Lettenlandes. – Petersburg, 1892; L. Niederle. Slovansky svgt. – Praha, 1909. – 15.

32. А. Кочубинский, Территории доисторической Литвы, ЖМНП, 1897, I, 60.

33. См. выше, с. 30. А. Погодин выводит наименование «Неман» из финского языка.

34. См. Е.Ф. Карский. Белорусы. I. – Варшава, 1903. – 45, 63.

35. Голядь упоминается в древнейших русских летописях (Лаврентьевская, Ипатьевская) под 1058 и 1146 годами. См. также А.И. Соболевский, Изв. имп. акад., 1911, 1051. Часть голяди, разумеется, уже позднее под давлением славян переместилась на запад, в Пруссию (Галиндия).

36. Steph. byz. s. v. Ώστιωνες.

37. В тот период у германцев возникло скрещение наименования аэстиев с германским осты (Alfred); Остланд – люди на востоке, область на востоке. 38. См. с. 151.

39. ПВЛ, АН СССР, I, 13, 210.

40. Н.П. Барсов. Очерки русской исторической географии. – Варшава, 1885.–40, 234.

Источник

http://ru-sled.ru/vostochnye-slavyane-i-etnicheskij-sostav-d...

Восточные славяне перед приходом скандинавских русов

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ. КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ IV. ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ (ГЛАВЫ 17,18)

Любор Нидерле. Славянские древности. М. 1956 г.: Новый Акрополь, 2010 год. М. Книга первая. История древних славян. Часть IV. Восточные славяне. Глава XVIII. Восточные славяне перед приходом скандинавских русов.

АНТЫ

О судьбах восточных славян перед началом новой эры мы знаем очень мало. По языковым данным можно судить о том, что славяне поддерживали тесную связь с некоторыми своими соседями, однако какой характер носили эти связи, определить трудно. Правда, директор университетской библиотеки в Граце и профессор социальной и экономической истории в Праге Ян Пейскер (1851-1933 г.г.), исходя из нескольких языковых совпадений, характера территории и общественного уклада отдельных народов, создал теорию о жестоком рабстве, в которое с доисторических времен попеременно ввергали славян, с одной стороны, германские, с другой – тюрко-татарские, скифские завоеватели. Ничего подобного в судьбах славян до нашей эры не происходило.

Однако Ян Пейскер построил свою гипотезу всего лишь на нескольких отчасти непроверенных, отчасти ошибочных предпосылках, которые не дают оснований для столь далеко идущих выводов. Хотя и для этого нет достаточных доказательств, но если допустить наличие связи между славянами и вышеупомянутыми завоевателями, а временами и набеги их на славян, ничто не свидетельствует о том, что эти отношения могли превратиться в порабощение, да ещё столь длительное и жестокое, как это предполагает Ян Пейскер.

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ. КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ IV. ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ (ГЛАВЫ 17,18)

Поход Дария в Скифию в 512 — 513 году до н.э.

В письменных источниках упоминается лишь, что поход Дария I в Скифию в 513–512 годах до н. э. не остался без последствий для славян, ибо, как свидетельствует Геродот (IV.105, 125), не только скифы, но и славяне-невры отступили на север.

Не остался безрезультатным для славян и поход бастарнов и скиров с нижней Вислы к устью Днепра, происходивший в IV или III веках до н. э.

Эти два события были единственными, которые могли привести в движение значительные массы восточных славян, бесспорно, оно началось ещё до нашей эры. Распространение славян, начиная с VI века до н.э. уже видно повсюду, оно оказало серьезное влияние на соседние племена. Очевидно также, что это расселение славян происходило не без борьбы с древними насельниками занимаемых областей. Однако об этом нам ничего не известно.

Более конкретно и подробно история упоминает о восточных славянах лишь с IV и последующих веков нашей эры. В этот период восточные славяне появляются в латинских и греческих источниках под именем антов (Antes, Anti, Antae, ’Άντες, ’Άνται); возникновение, история и значение этого термина и по сегодняшний день являются нерешенной проблемой для славяноведения.

О том, что славяне-анты были здесь уже в IV веке, свидетельствует упоминание об области Anthaib (т. е. область антов) в лангобардской традиции1, а также рассказ Иордана о том, как в 376 году готский король Винитар напал на антов и после длительного сражения убил их царя Божа, его сыновей и 70 старейшин2.

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ. КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ IV. ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ (ГЛАВЫ 17,18)

В VI веке об антах имеется уже больше сообщений, и они значительно подробнее. Иордан называет антов второй по величине и самой храброй ветвью венедов (наряду с собственно славянами) и локализует их поселения между Днестром и Днепром3. В то же время Прокопий помещает их на восток от Днепра, далеко за Азовским морем, отмечая при этом, что они представляют собой ряд многочисленных племен4.

Однако, поскольку анты постоянно совершали набеги через низовья Дуная, центр их, вероятно, находился на западе, где-то у Днестра (р. Тирас – Τυρας – река в Скифии (Геродот IV 47) . Оттуда, славяне-анты выходили к Дунаю и далее на Балканы, беспокоя римскую империю, а затем снова возвращались обратно на Днестр. Императоры Юстиниан и Юстин в ознаменование своих побед над антами присоединили к своему титулу почётное имя Anticus (антский).ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ. КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ IV. ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ (ГЛАВЫ 17,18)

Когда в Южной Руси появились авары, они, естественно, напали на антов, которые не смогли оказать им достаточного сопротивления и должны были страдать от аварских набегов на их землю. Это привело к большой вражде между обоими племенами, и, после того как авары ушли в Венгрию, мы видим, что анты снова объединяются с римлянами против аваров. Так продолжалось до 602 года, когда аварский хакан, желая отомстить и уничтожить антов, направил в Бессарабию специальную военную экспедицию во главе с Апсихом.5 Нигде нет упоминаний, каковы были результаты этой экспедиции, но с того времени анты сразу же и навсегда исчезают из византийской истории.

Что с ними произошло, мы не знаем и в данном случае вынуждены довольствоваться лишь гипотезами, которых было высказано несколько. Одни верили в то, что анты действительно были уничтожены аварами, другие предполагали, что анты ушли на Балканы (Стоян Новакович усматривал в них предков славян – болгар), третьи полагали, что анты отступили вглубь России, до территории, занятой впоследствии вятичами6.

О том, что анты были уничтожены войском Апсиха, не может быть и речи. Анты, в соответствии со всеми древними сообщениями, были слишком многочисленны и сильны,чтобы можно было допустить их полное уничтожение, о котором греческие источники обязательно бы упомянули. Нет никаких известий после 602 года о каком-либо перемещении антов на Балканы.

Таким образом, не остается ничего другого, как предположить, что анты хотя и потерпели поражение и были разгромлены, всё же остались на прежних местах, а отсутствие упоминания о них в греческих источниках объясняется, с одной стороны, тем, что с начала VII века Дунай перестал быть границей Римской империи и отношения за Дунаем перестали их интересовать, и с другой – тем, что аварское нашествие и последовавшие вслед за ним набеги хазаров оказали заметное влияние на древнюю державу антов.

Народ антов, или, точнее говоря, объединение антских племен, складывалось из ряда южно-русских родственных между собой племён, которые были объединены под властью одного антского племени или одной антской династии, которую в 376 году представлял Бож и его сыновья. Поэтому анты не представляли собой какой-то отдельный славянский народ – малорусский или украинский, – как это трактуется некоторыми новыми теориями, ибо украинского народа в IV–IX веках здесь ещё не было. Было лишь несколько южно-русских племён, по наречию мало отличавшихся от племён северных и образовавших временный политический союз, конец которому, как я полагаю, положили авары и хазары. Этот союз южно-русских племён перестал быть единым целым и распался на отдельные племена, из которых часть была порабощена аварами, а другая – хазарами7, в результате чего анты для греков перестали существовать вплоть до того времени, пока их снова не объединили киевские русы. Таким образом, я не разделяю ни точку зрения А. Погодина или А. Шахматова, отождествляющих антское царство со всей Русью, ни точку зрения М. Грушевского, отождествляющего его с Киевской Русью, а рассматриваю его как существовавшее на юге политическое объединение, предшествовавшее древней Руси с центром в Киеве.

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ. КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ IV. ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ (ГЛАВЫ 17,18)

Мы даже не знаем границ антского царства. Но одно мне кажется бесспорным, а именно что племя, создавшее общность антов и установившее господство над ними, обитало, как показывают известия, относящиеся к IV и VI векам, на западе, между Днестром и Днепром, где находился центр антов, то есть на Волыни и Киевщине. А так как Масуди, сохраняя старую славянскую традицию, сообщает, что волыняне когда-то имели первенство среди славян8, то тем самым также подтверждается мои предположения. Основной удар аваров был направлен также и против дулебов.

Ранее я думал, что наименование vantit, vnntit, следы которого по арабским и хазарским источникам X века9 ещё сохранились на востоке России, является искажённым наименованием антов. Теперь же я считаю, что это отголосок наименования русских вятичей10. Древняя форма наименования вятич была вентич от вент (vęt).

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ. КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ IV. ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ (ГЛАВЫ 17,18)

Нашествие готов, аваров и хазар.

История восточных славян до прихода скандинавских русов не исчерпывается, однако, всем вышеизложенным о возникновении, развитии и гибели державы антов. К этому же периоду относятся ещё два больших завоевания, заслуживающие специального упоминания: готское нашествие с германской стороны и аваро-хазарское с юго-востока.

Сильный германский народ готы, называвшие себя Gut, пришли из Скандинавии и высадились на противоположном побережье – в восточной Германии. Когда это произошло,точно не известно. По сообщению Пифея, которое цитирует Плиний (Nat. hist., 37, 35), готы находились на новых местах уже в IV веке, однако скандинавские археологи отодвигают дату их переселения до III–II веков до н. э.11 Переселившись, готы первоначально обосновались к западу от устья Вислы, но уже в I и II веках н. э. готы, несомненно, переместились далее на среднюю Вислу (Ptolem., III.5, 8; Tac., Germ., 44). Продвижение готов продолжалось и позднее и закончилось тем, что вся масса готов двинулась в юго-восточном направлении, к Причерноморью.

Весьма вероятно, что не в малой степени это было результатом давления славян, и начало отхода готов на юго-восток можно поставить в связь с началом маркоманских войн в 165 году, когда ряд германских племён пришёл в движение под «давлением северных варваров»12.

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ. КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ IV. ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ (ГЛАВЫ 17,18)

Однако на новые места поселения пришли не все готы. На Днестре отделились везиготы, отправившиеся в поход на Дунай, в 214 году они сразились в Дакии с войсками Каракаллы, а в 238 году впервые совершили набег на Балканы, в то время когда вторая часть – остроготы – продолжала продвигаться к востоку и, перейдя через широкую реку, вступила в плодородную, богатую реками и озерами страну, называвшуюся Oium. Здесь остроготы осели и отсюда распространились дальше вплоть до побережья Чёрного моря и до Дона; где-то здесь в начале III века происходило сражение готов со спадами, племенем, вероятнее всего, тюрко-татарского происхождения13.

Где находилась страна Oium, что вообще означает это частично искаженное наименование, мы не знаем, и вообще локализация новых мест расселения готов является предметом многих споров. Я думаю, что страну Oium следует поместить на Днепре, скорее всего на его левом берегу. Не исключено, что готский город, который сага о Герварде называет Данпарстадиром, являлся центром готов на Днепре и находился где-то в Киевской области14. На новой территории готы быстро усилились, и вскоре их государство вобрало в себя не только все окрестные славянские племена, но, несомненно, если даже отбросить явно преувеличенные сообщения Иордана о завоеваниях короля Германариха, и отдельные финские и литовские племена15.

ЛЮБОР НИДЕРЛЕ. СЛАВЯНСКИЕ ДРЕВНОСТИ. КНИГА ПЕРВАЯ. ИСТОРИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН. ЧАСТЬ IV. ВОСТОЧНЫЕ СЛАВЯНЕ (ГЛАВЫ 17,18)

готское государство Германариха

Однако время Германариха – время наибольшей мощи государства готов – предшествовало вместе с тем и полному их упадку, который наступил в результате нашествия гуннов в 375 году. Власть готов сменилась господством гуннов, но не все готы ушли на Балканы. Часть их совместно с остатками герулов осталась в ряде мест Черноморского побережья, в частности в Крыму и на берегах Азовского моря, где в византийский период остготы известны под именем гото-греков, даготенов, эвдусиан, тетракситов и росомонов. Остатки их жили в Крыму ещё в XVI веке16.

Период господства готов над славянами характеризуется сильным культурным влиянием готов, распространившимся не только на восточных, но и на остальных славян.

В славянском языке имеется ряд древних слов, относящихся к домашнему хозяйству, одежде, жилищу, скотоводству, а главное – к военному делу, заимствованных из древнеготского языка. Так, например, готское происхождение имеют такие общеславянские выражения и понятия, как мечъ, шлемъ, хораги, брады, плысъ, кънязъ.

Если даже славяне не всегда перенимали у готов вместе со словом и самую вещь и если даже допустить, что ряд вещей уже до этого им был известен и они лишь переняли их новое наименование, то уже и это является свидетельством непосредственного и сильного влияния готов. Археология также даёт доказательства того, что готы сумели через ремесленные мастерские на Черноморском побережье, в которых господствовали греческая и восточная техника и мотивы орнаментации, оказать влияние на выработку собственного стиля,проникавшего в славянские области, в частности на Киевщину. Лучше всего это видно из раскопок готских могил VI и VII веков в Крыму, в окрестностях Гурзуфа17.

Поэтому вопрос о влиянии готской культуры на славян, или наоборот, заслуживает серьезного внимания; не следует, разумеется, забывать, что оно не ограничивалось лишь периодом III и IV веков, когда готы господствовали в Поднепровье, но, очевидно, сказывалось и в более древний период, когда готы находились ещё на Висле. Даже в более позднее время готская культура оказывала своё влияние на жителей Балтийского побережья – литовцев, финнов и на славян. Свидетельством тому является и наименование Gud, Gudai, которое литовцы и латыши перенесли на белорусов.

Господство гуннов над славянами длилось недолго, и о нём вообще нет известий. Зато более сильными были гнёт и влияние аваров. Мы знаем, что авары часто нападали на антов и около 550 года одержали над ними победу, а в 602 году аварский хакан с целью уничтожения антов даже направил против них большую военную экспедицию. О судьбе её нет достоверных известий, но несомненно, что антский союз в результате этого похода распался и наступил период жестокого и тяжелого аварского господства.

В старой русской традиции гнет аваров спустя уже несколько столетий вспоминается следующими словами, которые киевский летописец начертал в начале своей хроники: «Си же обри воеваху на словенех и примучиша дулебы, сущая словены, и насилье творяху женам дулебьским»18. Из этого известия видно также, что авары направили свой удар главным образом против Волыни (против дулебов), где до этого находился центр антской федерации. Там авары, по-видимому, оставались в течение длительного времени, установив свое господство как над русскими славянами, так, очевидно, и над славянами польскими.

В общем же аварское господство не было длительным, и конец его, по крайней мере на востоке, я отнес бы к тому времени, когда аварам одновременно с разных сторон были нанесены сокрушительные удары, подорвавшие их мощь. Они были нанесены чехами и словинцами, выступившими в 623 году под предводительством Само; сокрушительные поражения авары потерпели в 626 году у Царьграда, затем от восставших вскоре сербов и хорватов и, наконец, в 635–641 годах от вождя болгарского племенного союза Кубрата. Доказательств того, что аварское господство удержалось в южной России в течение всего VII и VIII века, нет, и против этого свидетельствует и сама летописная традиция, указывающая в упоминании об аварском гнете также на полную гибель аваров, которых якобы постигла божья кара.

Падению аварского господства содействовало и восстание славян против аваров, очевидно, большое влияние оказало и государство хазаров. О причастности хазаров к ликвидации аварского господства можно судить по тому, что хазары беспокоили южную Русь уже во времена правления Кубрата и вообще явились причиной отступления к самому Дунаю сына его Аспаруха между 667 и 679 годами19.

Со всем этим связано и покорение аваров, и подчинение хазарами ряда славянских племён до IX века, когда русские князья стали уже постепенно освобождаться от хазарской зависимости. Это касалось плёмен вятичей, радимичей, северян и полян20.

Хазарское господство по сравнению с аварским было менее обременительным, хазары не препятствовали продвижению славян на восток. Согласно Масуди, войско и слуги хазарского царя были славянскими и русскими21. В этот аварский и хазарский периоды, мне кажется, и сказалось в основном то влияние, которое оказывали тюрко-татары на славян. Но главным результатом аварского и хазарского завоеваний было крушение древнего антского союза. Вместо него на сцену снова выступает ряд отдельных славянских племён, подчиненных иноземному господству, платящих дань азиатским чужестранцам, но при этом спокойно обрабатывающих свои поля и ухаживающих за своими ульями и стадами скота. Теперь другим, на этот раз северным чужестранцам, было суждено снова создать единство славян, сохранившееся на долгие времена и ставшее основой всего дальнейшего развития славянской истории.

———————————————— ***

1. Pavel Diacon, I, 13 (Anthab); Origo gentis Lang., 23 (Anthaib).

2. lord., Get., 246.

3. lord., Get., 34, 35, см. цитату, приведенную выше, прим. 10 на с. 604.

4. Procop., IV.4: «και αύτων (Ούτουργούρων) καθύπερθεν ές βορραν άνεμον εθνη τά Άντών αμετρα ιόρυνται».

5. Theafylaktos Simokattes, VIII.5; Theoph., под 602 годом.

6. При этом А. Гильфердинг, Д. Иловайский, И. Первольф и Ф. Вестберг самое название ант связывают с русским вятич.

7. «Повесть временных лет», под 852, 859, 884 годами.

8. А.Я. Гаркави. Сказания мусульманских писателей о славянах и русских. – СПб., 1870. – 135.

9. У Гардизи, Ибн Русте и анонимного Персидского географа, которые заимствовали это сообщение из книги Ахмеда ал Джайхани.

10. Древняя форма наименования вятич была вентич от вент (vęt).

11. Almgren, Mannus, VIII, 290; Kostrzewski, Ostgerm. Kultur, 230.

12. Iul. Cap., Vita Marci, 22, см. выше, с. 131–132.

13. Об этом походе сохранилась традиция у Иордана (Get., 27–28). Ряд других традиций о новых местах поселения и сражениях готов с гуннами мы находим в древней саге о Герварде, сохранившейся с XIII века.

14. О Данпарстадире и других именах из саги о Герварде имеется значительная литература. См. Грушевский, Киевская Русь, I, 462.

15. lord., Get., 116–120.

16. Ф. Браун, Черноморские готы (Зап. имп. Акад. наук, Петроград, 1874); Ф. Браун, Die letzten Schicksale der Krimgoten (Petrohrad, 1890); W. Tomaschek, Die Goten in Taurien (Wien, 1881); R. Loewe, Die Reste d. Germanen am Schwarzen Meere (Halle, 1896).

17. Н.И. Репников, Некоторые могильники области крымских готов, Изв. археолог, ком., XIX, СПб., 1906, с. 1–80.

18. ПВЛ, АН СССР, I, 14.

19. Ср. выше, с. 104.

20. Лаврентьевская летопись под 859, 885 годами. Вятичи были освобождены лишь Святославом в 965–966 годах. 21А.Я. Гаркави, указ. соч., с. 130.

Источник

http://ru-sled.ru/vostochnye-slavyane-pered-prixodom-skandin...

Картина дня

наверх