Свежие комментарии

  • АНАТОЛИЙ ДЕРЕВЦОВ
    Прикольно ,с сарказмом переходящим в ложь.  Но на уровне конца 90-х гг. Именно ковыряние в  научных "мелочах" превнос...Аспирантура в ССС...
  • Михаил Васильев
    Пусть Хатынь вспоминают! Дмитрий Карасюк. ...
  • Lora Некрасова
    По краю змеевика имеются надписи.  Их содержание учитывалось в исследовании предназначения змеевика? Хотелось бы, что...Таинственные икон...

Русско-турецкая война 1828—1829 гг. (Части 4-6)

Как русская армия штурмовала Карс

190 лет назад, 23 июня 1828 года, в ходе русско-турецкой войны после трехдневной осады русской армией под началом генерала от инфантерии Ивана Федоровича Паскевича-Эриванского пала хорошо укрепленная турецкая крепость Карс в восточной части Османской империи.

Предыстория

В апреле 1828 года, Россия объявила войну Турции. Война была вызвана стратегическими противоречиями между Россией и Османской империей. В этот период Турецкая империя быстро деградировала и переживала острый внутренний кризис. Наиболее острым проявлением кризиса был греческий вопрос – национально-освободительное восстание в Греции. Греки подняли восстание ещё в 1821 году. Их поддерживали Франция и Англия. Россия при царе Александре I занимала позицию невмешательства. Петербург тогда находился под дурманом идей Священного союза о принципе легитимизма, и не хотел поднимать балканские народы против их «законного монарха». С воцарением Николая I позиция Петербурга по греческому вопросу стала меняться.

Сначала Петербург пытался вместе с Лондоном надавить на Константинополь дипломатическим путем и примирить турок с греками. Но без успеха. Порта не желала уступать и предоставлять грекам автономию.
В 1827 году, после шести лет неравной борьбы, греки уже не могли сопротивляться. Османские войска взяли Афины и утопили страну в крови. Предлагалось даже навсегда решить греческий вопрос – путем уничтожения и переселения остатков греческого народа. Террор был настолько ужасным, что Европа не могла закрыть на него глаза. В июне правительства России, Англии и Франции, выработавшие совместную линию поведения в греческом вопросе, отправили Порте ультиматум: прекратить зверства и предоставить Греции автономию. Но османы проигнорировали это требование, как и многие предыдущие. Тогда союзники отправили объединенный флот к берегам Греции, чтобы оказать военно-дипломатическое давление на Константинополь. Соединенный турецко-египетский флот с азиатскими и африканскими войсками стоял в Наваринской бухте. Адмиралы союзного флота потребовали от турок немедленно прекратить боевые действия. Однако и этот ультиматум не был выполнен турками. Тогда союзный флот атаковал противника и уничтожил его в Наваринской битве 8 октября 1827 года. Русская эскадра сыграла решающую роль в сражении – большинство вражеских кораблей было уничтожено русскими.

В ответ Порта разорвала прежние договоренности с Россией, выдворила русских подданных из своих владений. Турция запретила русским судам вход в Босфор. Османский султан провозгласил священную войну против России. Турки спешно укрепляли дунайские крепости. Англия и Франция не стали вступать в войну. Ввиду таких враждебных действий османского правительства Николай I 14 (26) апреля 1828 года объявил войну Турции. Боевые действия шли на Балканском и Кавказском фронтах.

На главном Балканском театре боевых действий русская армия, после первых побед, не добилась решительного успеха, война затягивалась. Это было связано с ошибками командования и планирования – кампанию начали с заведомо недостаточными силами, всего тремя корпусами, без второго эшелона и мощных резервов, которые можно было сразу ввести в сражение, развивая первые успехи. При этом и эти недостаточные силы главнокомандующий П. Х. Витгенштейн распылил, свёл кампанию к одновременной осаде трех крепостей (Силистрия, Варна и Шумла), к выделению отдельных отрядов для заслонов и наблюдения за врагом на других направлениях. Это привело к разбрасыванию, распылению сил, вместо одного решительного удара и потере времени. Из трёх главных осад только одна была доведена до конца (Варна), две другие едва не привели к катастрофическому поражению.

Русско-турецкая война 1828—1829 гг. (Части 4-6)

Силы и планы сторон на Кавказе

Главнокомандующим на Кавказе в этот период был опытный полководец Иван Фёдорович Паскевич. Генерал был героем Отечественной войны 1812 года, отличился и в Заграничных походах русской армии. За присоединение к России Восточной Армении и взятие Тебриз был удостоен почётного титула графа Эриванского. С 1827 года Паскевич - главнокомандующий на Кавказе. Царь Николай предоставил Паскевичу выбор плана действия против противника. Перед русскими войсками на Кавказе ставилась задача захвата двух пограничных пашалыков (областей) Турции - Карского и Ахалцыхского, а также захвата Поти на черноморском побережье. Русские войска на Кавказе должны были отвлечь как можно больше вражеских войск с Балканского театра военных действий. Дальнейшее продвижение вглубь турецкой территории считалась нецелесообразной.

Отдельный Кавказский корпус вместе с прибывшими к началу боевых действий подкреплениями имел: 56 батальонов пехоты, 5 полков регулярной кавалерии, 17 казачьих полков и 13 с половиной артиллерийских рот. Общая численность войск насчитывала 36,4 тыс. пехоты, 8,5 тыс. кавалерии и 148 орудий. В целом корпус был серьёзной силой. Но часть сил не могла принять участие в боевых действиях. Так, отряд генерал-майора Панкратьева - 3,3 тыс. штыков и сабель при 16 орудиях, располагался на территории Персии, как гарант выплаты контрибуции шахским правительством (Россия только что победно завершила войну с Персией). Лейб-гвардии Сводный («штрафной») полк в середине лета отбыл в Петербург, охраняя персидскую контрибуцию. Вместе в гвардейским полком, который хорошо себя проявил в войне с персами и заслужил прощения, ушла и вся 2-я Уланская дивизия с приданной ей конно-артиллерийской ротой. В Закавказье остался только Сводный уланский полк. Два пехотных батальона отправили на усиление Кавказской укрепленной линии. Часть сил несла гарнизонную службу, прикрывала северные районы Грузии и Азербайджана от набегов горцев, охраняла коммуникации и границу с Персией.

В результате против турецких войск можно было активно использовать только 15 пехотных батальонов, 8 эскадронов регулярной кавалерии, 6 казачьих полков и 6 артиллерийских рот. Всего 12,5 тыс. штыков и сабель при 70 орудиях. Кроме того, необходимо учитывать, что только завершилась русско-персидская война 1826—1828 гг. Численность пехотных батальонов, кавалерийских и казачьих соединений не была полной. Солдаты устали, требовалось пополнить запасы оружия, боеприпасов, амуниции, провианта в войсковых магазинах, вновь формировать транспорты и артиллерийские парки. На быструю помощь из европейской России, в силу её удаленность и отвлечения главных сил на Дунайский фронт, надеяться не приходилось. Поэтому боевые действия на Кавказе начались позднее, чем на Балканах, где располагалась уже готовая к войне Дунайская армия.

Получив приказ о разрыве отношений с Портой, Паскевич разделили пограничную линию на пять оперативных участков, которые прикрывали пять отрядов Отдельного Кавказского корпуса. Началась подготовка полков назначенных в действующий состав. В приграничных пунктах развернули госпитали на 2 тыс. человек и подвижный госпиталь на 1 тыс. человек. Казна корпуса была направлена на приобретение провианта и фуража у местного населения. Часть грузов шла из Астрахани по Каспийскому морю. Был создан войсковой магазин из 1070 арб (двухколёсная повозка) и 225 вьюков. Этот магазин должен был перевозить треть закупленного провианта. В войсковой магазин загрузили и разборный мост. Подготовили артиллерийский и инженерный парки. Надо отметить, что Паскевич уделял большое внимание подготовке войск к кампании 1828 года. Войска были хорошо снабжены, боеприпасов к орудиям и ружьям брали с большим запасом.

Турки также активно готовились к боевым действиям. Присланный на Кавказ турецкий главнокомандующий Киос-Мухаммед-паша планировал не обороняться, а напасть на Грузию. Это был опытный полководец, он воевал с французами в Египте, сражался против русских, греков и сербов в Европе. Он поклялся султану Махмуду II очистить от русских Закавказье, привести к покорности грузин и армян. В Эрзеруме планировали собрать 40-тыс. ударный корпус, выдвинуть к Карсу, а затем ударить по русским территориям. Для формирования его ядра из Стамбула послали 3 тыс. обученных европейскими инструкторами пехотинцев и офицеров, получивших образование в Европе. Все крепости на востоке были подготовлены к войне, укрепления отремонтированы, гарнизоны и припасы пополнены. Войне старались придать «священный характер» - мусульманское духовенство проводило соответствующую обработку населения. Турки старательно искали союзников среди грузинской знати. В начале 1828 года номинальная правительница Гурии – княгиня Софья Гуриели, получила фирман османского султана, который принял Гурийское княжество под свое покровительство.

Большой совет османских властей в Эрзеруме под началом правителя Армении и Анатолии Галиб-паши принял решение начать наступательную операцию, сосредоточив в Карсе большое войско. Турецкие разведчики предоставили ложные сведения о том, что в Русском Закавказье свирепствует голод, русская армия страдает от недостатка продовольствия, а сам Паскевич тяжело болен и не может управлять войсками (главнокомандующий действительно болел, но болезнь была не настолько серьезной). Карский Эмин-паша получив это известие, особо не обрадовался. Он знал, что русские соорудили дорогу от Тифлиса к Гумрам, поэтому русская армия у Карса может оказаться довольно быстро. Он направил к русской границе 4 тыс. отряд конницы и запросил подкреплений. Султанский главнокомандующий пообещал скорую помощь и отправил новых посланцев с требованием о спешном сборе всех войск у Карса.

Как русская армия штурмовала Карс

Поход русской армии

Боевые действия на Кавказе начались спустя почти два месяца после того, как русские войска на Балканском театре осадили Браилов и форсировали Дунай, овладев рядом турецких крепостей. В Кавказском корпусе служили боевые, испытанные офицеры. Должность начальника штаба отдельного Кавказского корпуса исполнял Дмитрий Остен-Сакен. Он служил в Елизаветградском гусарском полку во время антифранцузских кампаний 1805 и 1806—1807 гг. был участником Аустерлицкого и Фридландского сражений. Прошел всю кампанию 1812 года, участвуя во всех основных сражениях. Был участником заграничного похода, завершив её в Париже. Блестяще проявил себя во время русско-персидской войны 1826-1828 гг. Пехота корпуса состояла из трех бригад: 1-я – под командованием Муравьева (он в 1855 году возьмёт Карс вторично), 2-я – Берхмана, 3-я – Королькова. Всего в походе участвовало 15 батальонов Грузинского гренадерского, Эриванского карабинерного, Ширванского и Крымского пехотных, 39-го, 40-го и 42-го гренадерских полков. Всего в пехоте было 8,5 тыс. человек. Кавалерия состояла из 4 бригад: Сводной – 8 эскадронов Нижегородского драгунского полка и Сводного уланского полка под началом полковника Раевского; 1-я бригада полковника Победнова, 2-я полковника Сергеева и 3-я генерал-майора Завадовского. Всего в трех бригадах было 7 донских казачьих полков и один Конно-Черноморский (Кубанский). При штабе был сборный Линейный казачий полк и иррегулярная конница местных охотников-добровольцев. Всего в коннице было 3,4 тыс. человек. В корпусной артиллерии было 70 пушек: 58 полевых и 12 осадных.

14 июня русские войска перешли реку Арпа-чай и вступили в пределы Османской империи. Авангард состоял из 1-й казачьей бригады с 6 орудиями и батальона пионеров (саперов). Опытные и хорошо организованные войска Отдельного Кавказского корпуса продвигались быстро. По данным русской разведки, паша Карса уже имел под своим началом около 4 тыс. пехоты. 8 тыс. конницы и 4 тыс. ополченцев. Этих сил было достаточно для обороны крепости и сражения в поле. Узнав о приближении русских войск, Эмин-паша немедленно известил эрзерумского сераскира. И получил заверения, что на помощь скоро подойдет армия под началом самого Киос-Мухаммад-паши. Турецкий главнокомандующий писал Эмин-паше: «Войска твои храбры. Карс неодолим, русские малочисленны. Мужайся, пока я не приду к тебе на помощь…».

Начало осады

17 июня войска Паскевича расположились в 30 верстах от Карса, у селения Мешко. Паскевич, ожидая появление турецкого корпуса из Эрзерума, решает совершить фланговый марш и, обойдя Карс с юга, перерезать Эрзерумскую дорогу. Укрепленный лагерь решили поставить у селения Кичик-Эв. Фланговое движение было совершено за два дневных перехода. Учитывая возможность появления вражеской конницы, правый фланг колонны прикрыли большей частью артиллерии, вдвинули далеко в стороны конные пикеты.

19 июня, оставив обоз с надежным прикрытием в месте будущего лагеря, Паскевич предпринял разведку боем. В 8 утра войска вышли к крепости. Турки отрыли беспорядочный артиллерийский огонь, не особо заботясь о точности поражения целей. 5-тыс. турецкий конный отряд попытался внезапным ударом опрокинуть русскую колонну. Пять тысяч всадников, развернувшись лавой, с яростными криками понеслись на колонну. Казалось, что мусульманская конница обойдет русские фланги и выйдет в тыл, окружив русские войска. Паскевич в условиях горной местности применил построение войска колоннами в три линии: в первой и второй стояла пехота, в третьей – кавалерия и колонна пехотного резерва. Пехота могла развернуться в каре и прикрыть корпусную кавалерию. Каждая линия имела свою артиллерию и резерв.

Бой вышел недолгим. Со стороны правого фланга ударили донские казаки. Произошла быстротечная рубка, затем казаки по сигналу «побежали». Вражескую конницу заманили под огонь 8-орудийной Донской конно-артиллерийской роты. Залп по вражеской коннице произвели практически в упор. Казаки-артиллеристы своим огнем быстро привели вражескую конницу в полное замешательство. Паскевич тут же ударил по вражескому флангу кавалерией с 6 орудиями конно-линейной роты. Турецкая конница не приняла нового боя и отступила под защиту крепостных батарей. Но и здесь её обстреляли русские пушки, которые установили пионеры, занявшие высоту в 800 метрах от укреплений Карса. По тому же сценарию развивались события и на левом фланге русских войск – донские казачьи полки заманили турецкую конницу под удар 12-орудийной батареи, а затем контратаковали смутившуюся вражескую конницу. В первом же полевом сражении гарнизон Карса потерпел полное поражение, потеряв до 400 человек.

Крепость Карс располагалась на берегу реки Карс-чай. В ней ещё сохранились укрепления, построенные в конце XVI столетия: двойной ряд более метра толщиной стен, сложенных из массивных каменных плит высотой в 4-5 метров. Значительное число башен. Крепостная стена по окружности достигала 1300 метров. Шесть угловых бастионов фланкирующим огнем защищали подступы к четырем воротам. Город самой природой был с севера и запада прикрыт Чахмакские и Шорахские высотами. На них ещё не было мощных укреплений, которые возведут европейские фортификаторы к Восточной (Крымской) войне. Только на ближайшем отроге горы Карадаг был построен редут, защищавший подступы к предместью Байрам-паша. Здесь была расположена батарея из 14 пушек. Другое предместье Орта-капи («Средние ворота») имело собственную каменную стену с двумя бастионами. Оба предместья были связаны земляным валом, который пересекал разделявший их заболоченный пустырь. Западное предместье – Армянское, располагалось за рекой. Укреплений у него не было. Однако здесь на склонах левобережных высот располагался древний замок Темир-паша. Кроме того, у кладбища были построены полевые укрепления. На северо-западном углу крепости располагалась цитадель Нарын-кала. Артиллерийский парк крепости насчитывал около 150 орудий.

Подготовка штурма

Паскевич-Эриванский два дня потратил на разведку вражеских укреплений. Под охраной небольшого конвоя он объехал всю местность у крепости. Наиболее удобной местностью для действия больших масс войск была открытая, слегка всхолмленная равнина, которая подступала к крепости с южной и юго-восточной сторон. Однако здесь войска были плохо защищены от действия вражеской артиллерии. Кроме того, здесь надо было штурмовать укрепленные предместья. Это было чревато высокими потерями.

После военного совета, было решено нанести главный удар по Карсу с юго-запада, вдоль левого берега реки. После нескольких стычек казаки и егеря очистили от постов противника Шорахские высоты. 20 июня здесь начали обустраивать батарею № 1 и к утру 21-го завершили работу. Утром 21 июня батарея открыла редкий, беспокоящий огонь по турецкой крепости. Одновременно шло обустройство главного лагеря. Вперед по Эрзерумской дороге были выдвинуты караулы, на защищенных позициях расположили полевую артиллерию, егеря и пехота блокировали дорогу. В центре лагеря расположилась конница. 21 июня были расположены батареи № 2, 3 и 4. Основной стала батарея № 4, она располагалась всего в 300 метрах от турецкого укрепленного лагеря на левом берегу реки. Здесь поставили 4 двухпудовые мортиры и 12 батарейных орудий.

Для непосредственного штурма Карса было выделено 5 тыс. человек и 38 орудий. Оставшиеся орудия стерегли Эрзерумскую дорогу, а войска были в резерве и охраняли коммуникации. Чтобы дезориентировать турецкое командование батарея №1 вела редкий огонь, привлекая к себе внимание противника. Отряды полковников Бороздина и Раевского проводили демонстрации у стен крепости. Турки пытались подавить русские батареи огнем своей артиллерии - не получилось, делали вылазки, но их легко отбили.
Первоначально Паскевич назначил штурм на 25 июня. К этому моменту планировали подавить основные турецкие батареи, подорвав боевой дух гарнизона Карса. Умудренный опыт предшествующих кампаний Паскевич не хотел спешить. Однако в планах русского командования произошли изменения, и русская армия пошла на штурм 23 июня.

Русско-турецкая война 1828—1829 гг. (Части 4-6)

Цитадель Карса

"Пощада невинным. Смерть непокорным". Штурм Карса. Ч. 2

Да, были люди в наше время,
Могучее, лихое племя...

М. Ю. Лермонтов

Взятие крепости Карс 23 июня 1828 года стало одним из триумфов русского оружия на Кавказе. Стремительный и успешный штурм сильной крепости позволил России разрушить османские планы по вторжению в Закавказье.

Неожиданное начало штурма

23 июня 1828 года, ещё перед рассветом, русские батареи начали бомбардировку Карса. Наиболее сильному удару подвергся турецкий военный лагерь у южных предместий крепости. Османы отвечали, но вскоре их пехота не выдержала обстрела и около 4 часов утра вышла из укрепленного лагеря южнее предместья Темир-паша. Турки сосредоточились на кладбище, укрываясь за каменными надгробиями, и завязали перестрелку с русскими егерями, которые прикрывали батарею № 1. Передовая цепь 39-го егерского полка находилась ниже высоты, на которой располагалось кладбище и стала нести потери. Ротный командир поручик Лабинцев решил отбросить вражескую пехоту и завладеть высотой. По своей инициативе он повел роты в штыковую атаку. Но атака не удалась, под сильным огнем противника русская пехота залегла.

Переждав некоторое время, Лабинцев снова повел своих солдат в атаку. На этот раз рота достигла кладбища, но она сильно поредела и в рукопашном бою уже не могла выбить противника из кладбища. В этот переломный момент, атаку соседей поддержал сосед справа – командир батальона 42-го егерского полка подполковник А. М. Миклашевский. Он бросил три своих роты на помощь товарищам. Егеря дружно ударили в штыки и выбили вражескую пехоту с кладбища. В пылу боя, не обращая внимания на запретительные приказы командиров, русские солдаты ринулись на турецкий лагерь у Армянского предместья. Кавказские егеря не смогли остановиться, видя убегающего и бросающего оружие врага. Опыт подсказывал, что убегающего, психологически сломленного врага надо добить. В результате дело пошло не по намеченному командованием плану (общий штурм был назначен на 25 июня). На плечах неприятеля егеря ворвались в укрепленный лагерь. В лагере завязался ожесточенный рукопашный бой.

Завязавшийся бой у предместья Темир-паша увидел генерал Иван Михайлович Вадбольский. Князь Вадбольский имел огромный боевой опыт: воевал в антифранцузских компаниях 1805 и 1807 гг. В Отечественную войну 1812 года, командуя Мариупольским гусарским полком полковник Вадбольский участвовал с отличием во многих делах, был ранен в Бородинском сражении, руководил отдельным партизанским отрядом. Принял участие в Заграничном походе русской армии. В 1826 году был переведён в Отдельный Кавказский корпус, воевал с персами, командуя пехотной дивизией. Вадбольский верно оценил обстановку и приказал командиру 42-го егерского полка полковнику Реуту с остальными пятью ротами поддержать атаку Миклашевского. Реут быстро построил егерей в колонну для атаки и двинулся вперёд. Эта помощь была своевременной – около 2 тыс. турок бросилось в контратаку из Армянского предместья и вытеснили егерей из лагеря.

Ситуация была переломной. У Вадбольского оставалось только три роты 39-го егерского полка и, бросив их в бой, он оставлял батареи без прикрытия. Но находившийся рядом с ним офицер Генерального штаба, полковник Иван Бурцев, уговорил генерала послать в бой последние роты. Их возглавили сами Вадбольский и Бурцев. В Кавказском корпусе любили Вадбольского за личную храбрость и простое обращение с нижними чинами. Егеря ударили в штыки. Их атака заставила турецкую пехоту отступить. Соединившись с солдатами Реута и Миклашевского, егеря составили единый фронт атаки. Русские войска заметно усилил натиск, и снова завладели турецким укрепленным лагерем. Преследуя противника, русские егеря ворвались в предместье Темир-паша. Так благодаря инициативе поручика Лабинцева, обычная стычка превратилась с решающее сражение за Карс.

Русско-турецкая война 1828—1829 гг. (Части 4-6)

Портрет И. М. Вадбольского мастерской Джорджа Доу

Общий штурм

Когда о схватке егерей за высоту с кладбищем доложили главнокомандующему Паскевичу, он не принял её во внимание. Подобных схваток было за последние дни немало. Но когда ему сообщили о прорыве егерей в турецкий укрепленный лагерь, Иван Фёдорович выехал на позиции. В окружении нескольких офицеров он прибыл на позиции батареи № 4. С неё, расположенной на крутом берегу Карс-чая, хорошо просматривался ход боя. Когда к нему с докладом подошел генерал-майор Н. Муравьев, кавказский наместник, не сдержавшись, произнес гневную речь. Обещая отдать под суд того, кто начал дело без его приказа. Такая угроза, особенно в случае поражения егерей, могла быть выполнена. Армия есть армия, единоначалие и дисциплина её основы. Однако Паскевич быстро успокоился и начал руководить сражением.

События развивались стремительно. В турецком лагере была небольшая высота, удобная для артиллерийской позиции, на ней поставил 4 орудия, взятых из батареи № 4 и 2 орудия донских казаков. Эта новая батарея сразу открыла огонь по крепости и неприятно удивила османов. На батарее № 4 при наместнике находился командир Грузинского гренадерского полка Симович, он предложил направить на правый берег подкрепления. Паскевич, после некоторого колебания – не хотелось оголять целый участок осадной линии, дал согласие. Три роты гренадер перебросили на правый берег реки. Но им пришлось идти в обход – через каменный мост у главного лагеря, что заняло много времени.

Уличные бои в Армянском предместье грозили затянуться, установилось некоторое равновесие сил. Отвагу и натиск русских егерей турки уравновесили своей большей численностью. Требовался какой-то ход, способный переломить эту ситуацию. Его придумал полковник Бурцев, он неплохо сориентировался в тесноте улочек восточного города и, собрав одну роту егерей в кулак, повёл их на штурм замка Темир-паша. Это укрепление прикрывало сразу два моста через реку прямо в Карскую крепость. Русские солдаты хорошо использовали беспорядок в стане врага и ворвались в замок, выбив оттуда османов. Бурцев приказал поставить две легкие пушки в одну из угловых башен. Их огонь значительно облегчил продвижение егерей. Артиллеристов Бурцева поддержали огнем канониры с высоты в захваченном турецком лагере. Артиллеристы подавляли узлы сопротивления – каменные здания, откуда турки обстреливали русских.

В это время зазвучала стрельба на северной окраине предместья Темир-паша. Это пошел в атаку батальон Ширванского полка. По намеченному ранее плану действий, ширванцы должны были отвлекать противника, производя демонстративные атаки. Однако командир батальона полковник Бородин, увидев успех атаки соседей, на свой страх и риск решил поддержать егерей. Русский батальон выбил противника из передовых укреплений, затем подтянул орудия, и при их поддержке, ворвался на северную окраину предместья. Ширванцы развернули наступление навстречу егерям, захватив несколько кварталов и каменный мост через Карс-чай. Причем передовые подразделения даже смогли перебраться через мост и завязали перестрелку с турками на крепостной стене.

В это время командующий левобережной группой войск генерал Корольков, не стал ждать приказа наместника и, взяв два батальона Крымского пехотного полка, которые прикрывали батарею № 2, лично повел на помощь егерям. Турецкие войска ожесточенно оборонялись, но теснимые, с одной стороны – егерями и пехотинцами Крымского полка, а с другой – ширванцами, были вынуждены отдавать улицу за улицей. Кроме того, с правого берега прибыли три гренадерские роты, и усилили атаку русских войск. Вскоре остатки гарнизона предместья Темир-паша сбросили в реку. Через два часа после начала атаки роты егерей Лабинцева, всю левобережную часть укреплений и города очистили от османских войск. А часть русской пехоты закрепилась на правом берегу, у стен вражеской цитадели.

Настроение главнокомандующего значительно улучшилось - победителей не судят. Ход утренних событий заставил Паскевича и всё русское командование значительно поволноваться, но всё сложилось как нельзя лучше. На батарее № 4 провели военный совет и приняли решение начать общую атаку на правом фланге, занять все внешние укрепления Карса, а затем ударить по крепости. Все осадные батареи открыли сильный огонь по вражеским укреплениям в предместье Орта-капи. Турецкие артиллеристы пытались отвечать, но хоть и имели больше орудий, но не смогли организовать эффективный отпор.

Отряд под командованием начальника штаба отдельного Кавказского корпуса Остен-Сакена пошел на штурм Орта-капи. Первыми ворвались в предместье батальон карабинеров и две роты гренадер, но их дальнейшее продвижение приостановил сильный огонь с бастиона Юсуф-паша, который был прикрыт с востока болотами. Тогда полковник Юровский с гренадерами взял бастион. Захваченные орудие были повернуты против позиций турецких войск. Почти одновременно русские солдаты захватили приречный бастион с батареей из 4 пушек. Захваченные орудия открыли огонь по крепости. Бомбардировка Карской крепости с близкого расстояния оказалась весьма эффективной. Русские пушкари в этот день действовали блестяще, прикрывали атаку пехоты и громили вражеские укрепления, очаги сопротивления. В боевых порядках штурмующих соединений были легкие орудий, которые с близкого расстояния били картечью, «расчищая» пространство от противника. К 7 часам утра оба турецких правобережных предместья – Орта-капи и Байрам-паша были очищены от османов. В ходе штурма предместья Байрам-паша русские солдаты захватили вражеские укрепления на горе Карадаг (Харадагские высоты), они обороняли дорогу на Гумры. Располагавшуюся здесь батарею также направили против Карской крепости. Кроме того, за болотом поставили батарею № 8.

У турецкого гарнизона осталась только одна центральная крепость и цитадель. Вражеский гарнизон был ошеломлен и психологически сломлен стремительностью штурма и его последствиями. В результате мусульманская конница бежала из крепости через ворота, которые ещё не были атакованы. Эмин-паша не смог остановить это бегство. Город покидали и те, кто имел лошадей. Всадники старались как можно быстрее миновать равнину и скрыться в горах. Им не мешали и не преследовали, их бегство ослабляло гарнизон. Кроме того, в цитадели от артиллерийского огня начались пожары. Около дома губернатора взорвалось несколько зарядных ящиков, вызвав большой переполох в цитадели. Османов охватили страх, началась паника.

Огонь осадных батарей заставил замолчать все турецкие орудия, расположенные на стене обращенной к Карадагу. По приказу Паскевича, к самим стенам были выдвинуты легкие и донские казачьи орудия, которые били по крепости практически в упор. Ответный вражеский огонь постоянно слабел. На многих башнях крепости сбили пушки, укрепления были повреждены. Прикрываясь за каменными строениями предместий, русская пехота стала скапливаться у крепостной стены, готовясь к решительному штурму и ведя перестрелку со стрелками противника. 8 часу утра началась атака крепости с южной и западной сторон крепости. На северной стороне Орта-капи русские солдаты подобрались по крышам зданий к самой стене и быстрой атакой захватили укрепления с южной и западной сторон. Турки не смогли оказать действенного сопротивления. Штурмующие яростной атакой, вовсю работая штыками, перебили турок охранявших ворота, и начали очищать их от завала. Одновременно были захвачены приворотные башни с 25 пушками. Эта стремительная и храбрая атака солдат Эриванского карабинерского полка окончательно решила судьбу крепости. В это же время горожане-армяне чем могли старались помочь русским солдатам: подавали бревна и доски для штурма крепости, показывали короткие пути, предупреждали о возможных засадах.

Карабинеров поддержали егеря, гренадеры и ширванцы. Солдаты Ширванского полка под началом Бородина захватили западные ворота – Су-капи, и разбросав завал из бревен и камней, отворили их. Русские солдаты ворвались в крепость со стороны реки Карс-чай. Ведя ожесточенный уличный бой, ломая сопротивление противника, русские штурмовые колонны продвигались в центр крепости с юга и запада. Сопротивление противника заметно ослабело. К 8 часам утра штурмующие колонны соединились в центре Карской крепости. Остатки турецкого гарнизона заперлись в цитадели, расположенной на прибрежной высоте у Карс-чая.

Русско-турецкая война 1828—1829 гг. (Части 4-6)

Штурм Карса. Источник: Военная энциклопедия т-ва И. Д. Сытина

Капитуляция

Подавленный такой стремительной и успешной атакой Эмин-паша выбросил белый флаг и прислал переговорщиков. Турецкий комендант попросил пощады для уцелевших солдат. Со стороны Отдельного Кавказского корпуса переговоры вел полковник Бекович-Черкасский. Он предъявил османам два условия: 1) немедленно сложить оружие, солдатам обещали жизнь и свободу; 2) Эмин-паша должен был признать себя военнопленным и отправиться в Грузию с теми, кто уже попал в плен во время штурма предместий и крепости. Для того, чтобы у османов не возникало сомнений, всю артиллерию направили против цитадели.

Эмин-паша попросил два дня на раздумье. Очевидно, он ещё наделся, что за это время подойдёт османская армия из Эрзерума. Паскевич ответил: «Пощада невинным. Смерть непокорным. Час времени на размышление». Потянулись часы томительного ожидания, и русские войска теряли терпение. Несколько раз то опускался, то поднимался снова турецкий флаг на цитадели. Остен-Сакен в сопровождении князя Бековича-Черкасского и нескольких офицеров выехал перед Эриванским полком. Штабс-капитан Потебня, офицер весьма решительный, соскочил с коня и, подойдя к воротам цитадели, принялся стучать, требуя чтобы их отворили для «визиря русского сардаря». Ворота отворили. Сакен, войдя в цитадель, отправился прямо к паше и нашёл его в маленьком домике, окружённым первейшими сановниками города. Османы ещё имели возможность к сопротивлению: цитадель, имея скрытый ход к реке, много орудий и большое количество запасов, могла ещё держаться долго. Тем временем Киос-Магомет-паша со своим 20-тысячным корпусом уже находился всего в одном небольшом переходе от Карса.

Положение Сакена было чрезвычайно опасное, но он был храбрым человеком и с победоносным видом потребовал капитуляции. В то же время в русских войсках, скучавших от бездействия, поднялся шум. «Сдавайтесь же, а то полезем!» — кричали ширванцы. Угроза, поддержанная рядом сверкавших штыков и фитилями, курившимися у пушек, сломила колебание османов. Остатки гарнизона, окончательно павшие духом, взбунтовались и заставили Эмин-пашу немедленно капитулировать. 23 июня (5 июля) 1828 года в 10 часов утра Эмин-паша сдался с остатками своих воинов. Мощная крепость Карс, плацдарм для наступления на русское Закавказье, была занята русскими войсками без длительной осады и больших потерь.

Трофеями этого необычайно динамичного и скоротечного штурма стали: 22 мортиры и гаубицы, столько же 12-49-фунтовых пушек и единорогов, около сотни пушек меньшего калибра, 9 полевых орудий; 7 тыс. пудов пороха, до 1 тыс. пудов свинца, много других боеприпасов, тысячи ружей, запасы инструментов и продовольствия. В крепости были достаточно запасов для того, чтобы выдержать долгую осаду и вооружить значительное число солдат. Потери русского войска были довольно небольшими – до 300 человек убитыми и ранеными, включая 15 офицеров. Самые высокие потери понесли егеря, которые первыми начали штурм. Турков убили до 2 тыс. человек, ещё 1,3 тыс. взяли в плен (конница смогла сбежать).

Взяв город, Паскевич объявил о помиловании его жителей - мужчины-мусульмане воевали в городском ополчении, защищая Карс, а затем разбежались по домам. В городе была установлена русская власть, но временно сохранили турецкие законы. Судебную власть сохранили кадий и муфтий. В ту же ночь курьер поскакал в Петербург и повёз императору следующее короткое донесение: «Знамёна Вашего Императорского Величества развеваются на стенах Карса, взятого штурмом сего числа в 8 часов поутру».

Надо отметить, что в день взятия Карса казаки обнаружили передовые отряды спешившего на выручку крепости эрзерумского корпуса под началом Киос-Мухаммед-паши в 5 километрах от русского лагеря у Кичик-Эва. Главные же силы турецкого корпуса были в 15 километрах – одного дневного перехода войска идущего с артиллерий и обозами по горным дорогам. Таким образом, если бы осада затянулась или штурм не был столь удачным, русскому корпусу грозило сражение с турецким войском, при наличии в тылу сильного гарнизона крепости Карс. Узнав о падении крепости, от бежавшей конницы Эмина-паши, эрзерумский корпус в нерешительности остановился, а затем отступил.

Русское командование не смогло воспользоваться этим моментом, чтобы используя смятение в стане врага, развить наступление, преследуя Киос-Мухаммед-пашу и его войска, атаковать Эрзерум. Русские войска в это время поразила эпидемия чумы. Были приняты строгие карантинные меры, чтобы пресечь распространение болезни. Жесткие меры быстро дали положительный результат – уже через двадцать дней зараза исчезла. Она унесла жизни 263 человек, относительно незначительного числа, учитывая возможности медицины в то время. Уже 23 июля корпус Паскевича покорил крепость Ахалкалаки, а в начале августа подступил к Ахалциху, который капитулировал 16-го. Крепости Ацхур и Ардаган сдались без сопротивления. В то же время отдельные русские отряды захватили Поти и Баязет. Кампания 1828 года в Закавказье завершилась для русской армии победоносно.

Русско-турецкая война 1828—1829 гг. (Части 4-6)

Штурм крепости Карс 23 июня 1828 года. Я. Суходольский                                                                                              

Разгром турецкой армии в сражении у Каинлы

Русско-турецкая война 1828—1829 гг. 190 лет назад, в июне 1829 года, русская армия под началом Паскевича нанесла жестокое поражение туркам на Кавказе. Русский полководец опередил противника, который готовился начать наступление с целью взять реванш за поражения в ходе кампании 1828 года. Русские войска 19—20 июня разгромили турок в сражениях при Каинлы и Милидюзе и, не давая врагу опомниться, 27 июня взяли Эрзерум, столицу Анатолии.

Русско-турецкая война 1828—1829 гг. (Части 4-6)

Осада Карса в 1828. Картина Я. Суходольского

Подготовка к кампании 1829 года

Кампания 1828 года для Отдельного Кавказского корпуса под командованием Ивана Фёдоровича Паскевича была победной. Русские войска нанесли поражение противнику, захватили несколько важных крепостей и замков. Так, русская армия в июне взяла первоклассную крепость Карс, в июле – Ахалкалаки, в августе – Ахалцихе, Ацхур и Ардаган. Отдельные русские отряды взяли Поти, Баязет и Диадин. Отряд Чавчавадзе занял Баязетский пашалык.

В России общественность с восторгом воспринимала успехи русской армии на кавказском направлении. Воинов Кавказского корпуса сравнивали с чудо-богатырями Александра Суворова. Паскевич стал героем войны 1828 — 1829 гг. Наступление зимы, которая в горах весьма сурова и непредсказуема, остановило боевые действия. На занятых территориях и в крепостях были оставлены для их защиты 15 батальонов, 4 казачьих полка и 3 артиллерийские роты. Остальные войска были отведены на свою территорию.

Обе стороны активно готовились к кампании 1829 года. Успехи русских на Кавказе вызвали гнев в Константинополе. Командование турецкой армии на Кавказе сменили. Эрзерумский Галиб-паша и сераскир (главнокомандующий) Киос-Магомед-паша лишились своих постов и были отправлены в ссылку. Новым главнокомандующим был назначен Гаджи-Салех Мейданский, его наделили неограниченными полномочиями. Действующие войска возглавил Гакки-паша. Они получили большую власть и средства, должны были провести мобилизацию в приграничных областях, собрать большую армию и отбить захваченные русскими пашалыки. Затем османы планировали перенести боевые действия в Русское Закавказье – Гурию, Картли, Мингрелию и Имеретию. Турки собирались вернуть ранее утраченные территории на Южном Кавказе. Ахмад-бек Аджарский, крупнейший феодал в Ахалцыхском пашалыке, готовил отдельное наступление на Ахалцих.

Русское командование также деятельно готовилось к продолжению боевых действий. Пополнить Кавказский корпус должны были 20 тыс. рекрутов. Однако они должны были прибыть только весной, требовалось время для их обучения. Поэтому кампанию приходилось начинать наличными силами. Русский командующий Паскевич планировал наступать на главном, эрзерумском направлении, взять ключевую крепость-базу противника – Эрзерум, и далее идти на Сивас в Центральной Анатолии. Таким ударом русские азиатские владения Турции пополам, перехватывали коммуникацию на Багдад.

Для укрепления Отдельного Кавказского корпуса по указу наместника из охотников (так тогда называли добровольцев) сформировали 4 мусульманских полка (по 500 всадников), два армянских полубатальона в Эривани и Нахичевани, одни батальон в Баязете. Однако попытка сформировать грузинское земское ополчение для защиты Грузии от возможного вторжения противника, в дополнение к уже имеющейся временной милиции, провалилась. В Восточной Грузии прокатился слух, что русские вводят рекрутскую повинность, людей забирают в солдаты на 25 лет. Начались волнения. Крестьяне были готовы поголовно выйти для отражения османского вторжения (память о прежних ужасах вражеских вторжений ещё была свежа), но желали вернуться по домам, после завершения войны. В итоге от идеи ополчения пришлось отказаться, чтобы не вызвать восстания в тылу. Осталась только добровольная милиция (конная и пешая), которую набирали из дворян и их людей.

Также русское командование вело тайные переговоры с курдскими вождями. Курды были воинственным племенем и составляли значительную часть турецкой иррегулярной конницы. Часть курдских вождей охотно перешла на службу России. Среди них был мушский паша. Он просил оставить за собой пост паши – генерал-губернатора Муша и денежное вознаграждение. Паша обещал выставить 12 тыс. всадников. Такое соглашение укрепляло позиции русской армии на левом крыле.

Тем временем накалилась ситуация на персидском направлении. В Тегеране персидская партия войны, за которой стояли британцы, организовала волнения, была перебита русская миссия во главе с Александром Грибоедовым. Возникла угроза новой войны с Ираном, в то время как основные силы русской армии были связаны боевыми действиями с турками. Однако шах не захотел воевать, он хорошо помнил о сокрушительном поражении Персии в войне 1826 – 1828 гг.. Дело уладили миром. Персы принесли извинения и богатые дары. Русское правительство, не желая новой войны в таких неблагоприятных обстоятельствах, пошло навстречу персам.

Весной 1828 года Паскевич имел на Кавказе 50 тыс. солдат. Граф Эриванский смог выделить в действующий корпус около 17 – 18 тыс. человек (19 пехотных батальонов и 8 кавалерийских и казачьих полков) при 70 орудиях. Остальные силы были связаны защитой Грузии, Черноморского побережья, персидской границы, стояли гарнизонами на Кавказской линии.

Русско-турецкая война 1828—1829 гг. (Части 4-6)

Турецкое наступление. Оборона Ахалциха

Первой начала наступление турецкая армия. Османы атаковали на своем левом фланге. Ахмад-бек с 20 тыс. войском (5 тыс. регулярной пехоты и 15 тыс. ополчения) 20 февраля 1829 года горными перевалами вышел к Ахалциху (Ахалцых) и осадил крепость. Русский гарнизон крепости насчитывал всего 1164 человека при 3 крепостных орудиях и 6 полевых пушках. Русским отрядом командовал генерал-майор Василий Осипович Бебутов. Это был опытный командир, воевавший с турками, горцами и французами. В кампании 1828 года отличился в Ахалцихском сражении и штурме Ахылциха, и был назначен начальником Ахалцыхского пашалыка.

Турецкий командующий с ходу бросил войска на штурм, надеясь на внезапность нападения и подавляющее численное превосходство. Однако немногочисленный русский гарнизон храбро встретил врага и отразил атаку ружейным огнем, заранее подготовленными камнями, гранатами и бомбами. После провала штурма, турки стали осаждать крепость. Осада длилась 12 дней. Положение русского гарнизона, несмотря на успешное отражение штурма, было тяжелым. Турки обстреливали крепость и пытались лишить её воды. Ахмед-бек прикрылся со стороны Боржомского ущелья заслоном и русское командование не сразу узнало о вражеском наступлении.

После того как на помощь Ахалцихскому гарнизону пришёл русский отряд под началом Бурцева, который смог обойти турецкие заслоны, гарнизон Бебутова сделал удачную вылазку. Турки сняли осаду и бежали, потеряв 2 знамени и 2 орудия. Русские войска преследовали вражеские войска, которые были разбиты и рассеяны. Русские потери при осаде составили 100 человек. Османы потеряли около 4 тыс. человек.

В это же время провалилось и наступление 8 тыс. отряда трапезундского паши, который должен был поддержать восстание в Гурии. На это восстание турки возлагали большие надежды. Османы были разбиты при урочище Лимани, около Николаевской крепости отрядом под командованием генерал-майора Гессе.

В середине мая 1829 года турецкое командование готовилось начать наступление и на главном направлении, на Карс. Турецкий главнокомандующий Гаджи-Салех подготовил 70 тыс. армию, чтобы разбить русских и отбить Карс. Одновременно турки готовили вспомогательные удары на флангах. На левом крыле Трапезундский паша снова должен был вторгнуться в Гурию. А Ахмед-бек, оправлялся от поражения под Ахалцихом и готовился к новому наступлению. На правом крыле ванский паша должен был атаковать Баязет.

Русское наступление

Русский главнокомандующий Паскевич решил опередить противника и первым начать наступление, разгромить вражескую армию на карско-эрзерумском направлении. Для обороны Баязетского пашалыка было оставлено всего 4 батальона, 1 казачий полк и 12 орудий. Остальные силы были сконцентрированы для решительного наступления – около 18 тыс. человек при 70 орудиях. Штаб кавказского наместника перешёл в Ахалкалаки, затем в Ардаган. Русские войска располагались на фронте от Карса до Ахалциха.

Здесь русский командующий получил новые данные о расположении вражеской армии в районе Саганлугского горного хребта. Передовой турецкий корпус под началом Гакки-паши (20 тыс. человек) располагался в 50 верстах от Карса, на Эрзерумской дороге. За ним находились основные силы сераскира Гаджи-Салеха — 30 тыс. человек. Кроме того, 15-тыс. османский корпус готовил наступление на Ахалцих.

Русское командование планировало разгроми врага по частям – сначала корпус Гакки-паши, а затем войска Гаджи-Салеха. Однако этот замысел не удалось реализовать. Плохие горные дороги и турецкие заслоны помешали русским. Османы успели объединить свои силы. Однако и турецкий план удара на Ахалцих провалился. Турки не смогли разгромить по отдельности отряды Бурцева и Муравьёва. Русские отряды успели соединится и 2 июня 1829 года в сражении у селения Чабория на берегу реки Посхов-чай разбили превосходящие турецкие войска, нацеленные на Ахалцих. Ахалцихская крепость теперь была в безопасности и усилена одним батальоном. После этого войска Бурцева и Муравьёва подтянули к главным силами.

Сражение при Каинлы

Сражение у селения Каинлы 19 июня (1 июля) 1829 года стало одним из крупнейших в этой войне. Паскевич-Эриванский разделил войска на три колонны. Первой (основной) колонной (5,3 тыс. солдат при 20 орудиях) командовал Муравьёв. Войска располагались на правом фланге, к северу от реки Загин-Кала-су. На левом фланге колонной (1,1 тыс. человек при 12 орудиях) командовал генерал-майор Бурцев. Она располагалась южнее реки. За главной колонной располагался сильный резерв под началом генерал-майора Раевского (3,5 тыс. человек при 20 орудиях). Остальные войска под командованием генерала Панкратьева оставались в лагере, расположенном на горе Чахар-баба. Войска были построены к 13 часам.

Около 14 часов турецкая конница, которая занимала обе параллельные дороги, ведущие на Эрзерум, атаковала колонну Муравьёва. Для разгрома противника русский генерал использовал уже хорошо себя показавшую тактику. Русская конница контратаковала врага, затем быстро отошла, имитируя бегство, турки воодушевленные кажущейся победой, бросились вперёд и попали под картечный огонь. Турки понесли большие потери и отступили. Видя бесплодность атак на своём левом фланге, Гаджи-Салех приказал напасть на более слабую колонну Бурцева. В наступление бросили 6 тыс. всадников Гакки-паши. Османская конница прорвалась сквозь линию русских стрелков, обошла каре и вышла в тыл русской колонне. Бурцев для отражения атаки использовал артиллерию. Кроме того, ему на помощь направили часть резерва и легкую артиллерию. Турки и на правом крыле не добились успеха, понесли тяжелые потери и отхлынули.

Отразив атаки османской армии, русские войска сами пошли в наступление. Основной удар был нанесён по центральной позиции врага. Сильный огонь русской артиллерии и удар русской пехоты привёл к разрыву турецкой линии. Для закрепления успеха русский командующий ввёл в брешь Грузинский гренадерский полк с 8 орудиями. В результате войска Гакки-паши и Гаджи-Салеха были отделены друг от друга. Войска сераскира были отброшены за реку Каинлых-чай, а Гакки-паши к своему лагерю в Ханском ущелье.

Первоначально Паскевич собирался расположить уставшие войска на отдых и продолжить сражение на следующий день. Однако возникла угроза, что османы укрепятся на новой позиции, что осложнит продолжение сражения. Также появились сведения, что турки ждут сильное подкрепление. Поэтому Паскевич-Эриванский решил продолжить бой. Против войск Гакки-паши был выставлен заслон под началом Бурцева – 2 пехотных и 1 конный полки при 20 орудиях. Основные силы выступили против сераскира. Русские войска снова были разделены на три колонны. Правой колонной командовал Муравьёв, центральной – Раевский, левой – Панкратьев.

Новое наступление началось в 8 часов вечера. Для османов новое наступление противника стало неожиданным. Турки думали, что до рассвета наступило затишье. Колонны Муравьёва и Панкратьева начали обход вражеского лагеря. Турецкая артиллерия открыла беспорядочную стрельбу, но толку от этого не было. Русские войска продолжали наступление. Турецкая пехота запаниковала, бросила окопы и побежала, бросая оружие и различное имущество. Русские войска преследовали врага. Турецкий главнокомандующий еле успел сбежать. В результате русские войска взяли около 3 тыс. пленных, 12 орудий, все запасы турецкой армии. Остатки османских войск бежали в Эрзерум или просто разбежались в поисках спасения.

20 июня (2 июля) 1829 года в сражении у селения Милидюз был разгромлен и корпус Гакки-паши. Ночью русские войска совершили обходной маневр по горной дороге и утром вышли в тыл противника. Османы приготовились к сражению, они ещё не знали о разгроме основных сил сераскира. Им сообщили об этом, что вызвало в лагере переполох и предложили капитулировать. Гакки-паша дал согласие сложить оружие, но просил личной безопасности. Паскевич потребовал безоговорочной капитуляции. Турки попытались отстреливаться, однако, как только русские войска начали атаку, османы побежали. Казаки и кавказская милиция гнали врага, многих убили, пленили около 1 тыс. человек. Среди пленных был и Гакки-паша.

Таким образом, в сражении 19 – 20 июня (1 – 2 июля) 1829 года 50-тыс. турецкая армия потерпела полное поражение, тысячи солдаты были убиты, ранены и пленены, оставшиеся разбежались или скрылись в Эрзеруме. Русские захватили всю полевую артиллерию врага – 31 орудие, 19 знамен, все запасы. Русские потери были минимальными – 100 человек. Турецкие планы по реваншу и вторжению в русские пределы были похоронены.

Русско-турецкая война 1828—1829 гг. (Части 4-6)

План сражения при селении Каинлы

Русско-турецкая война 1828—1829 гг. (Части 4-6)

План сражения при урочище Милидюз. Источник карт: История военных действий в Азиятской Турции в 1828 и 1829 годах, атлас. СПб., 1843

Оборона Баязета

Почти в это же время турки потерпели поражение под стенами Баязета, на левом фланге Кавказского фронта. 20 июня (2 июля) — 21 июня (3 июля) 1829 года 14-тыс. корпус ванского паши штурмовал Баязет. Его оборонял небольшой русско-армянский гарнизон под началом генерал-майора Попова (свыше 1800 русских солдат и казаков, около 500 армянских милиционеров). Два дня кипел яростный бой: врага отражали с помощью ружейно-артиллерийского огня, ходили в штыковые атаки.

В итоге штурм отразили. Османы отступили на дальние высоты, но остались у города. Турецкие войска в ходе двухдневных ожесточенных боев потерли около 2 тыс. человек убитыми и ранеными. Русские более 400 человек, армяне только убитыми 90 человек, число раненых неизвестно.

До 30 июня османы осаждали Баязет, совершали отдельные нападения, тревожили гарнизон. Получив известие о поражении сераскира и падении Эрзерума ванский паша снял осаду и 1 (13) июля отвёл войска в сторону Вана. Через да дня Баязетский пашалык был очищен от турок.

Известие о кровавом штурме Баязета и критическом положении русского гарнизона было тяжелым моментом для Паскевича. Он получил его 23 июня, после разгрома турецкой армии. На помощь Баязету можно было направить отряд Бековича-Черкасского, но это ослабляло главные силы русской армии на эрзерумском направлении, где ещё ждали продолжения тяжелых боев. В итоге Паскевич решил, что поражение турецкой армии и падение Эрзерума и так заставят ванского пашу отвести войска назад. Это было правильное решение. Таким образом, наступление ванского паши на русском левом фланге не привело османов к победе. Небольшой русский гарнизон в Баязете выдержал тяжелый штурм. Войска ванского паши не смогли решить задачу по созданию угрозы флангу и тылу главных сил русского Кавказского корпуса, что могло сильно осложнить кампанию.

Русско-турецкая война 1828—1829 гг. (Части 4-6)

Баязет

Захват Эрзерума. Победа

После поражения у Каинлы турки попытались закрепиться в крепости Гассан-Кале. Но деморализованные солдаты не желали драться и бежали дальше, в Эрзерум. Русские войска прошли за три дня 80 верст и заняли Гассан-Кале, захватили 29 пушек. Дорога на Эрзерум была открыта. Русское командование укрепило Гасса-Кале, свезло сюда дополнительные трофейные пушки, различные припасы, сделав крепость базой Кавказского корпуса.

Русские войска вышли к Эрзеруму – одному из крупнейших городов Османской империи. Город был охвачен паникой. Его гарнизон был деморализован поражением армии. Сераскир не смог организовать оборону сильной крепости. Под давлением совета местных старейшин, которые опасались погрома города во время боев, турецкий главнокомандующий 26 июня (8 июля) 1828 года дал согласие на безоговорочную капитуляцию Эрзерума. 27 июня (9 июля) русские войска вошли в город. Турецкий гарнизон на укреплённой высоте Топ-Даг попытался оказать сопротивление, но его быстро подавили.

Таким образом, русская армия без боя взяла столицу Анатолии, богатый и многолюдный Эрзерум, главную базу турецкой армии на Кавказе. Русским достались богатые трофеи: 150 полевых и крепостных орудий, все запасы турецкой армии, включая крепостной арсенал. Русские заняли главный центр управления Анатолией, уничтожили и рассеяли турецкую Анатолийскую армию, захватили стратегическую инициативу и получили возможность развить наступление.

Наступление трапезундского паши также было неудачно. Русские войска взяли крепость Байбурт, в июле и сентябре нанесли ещё два поражение противнику. Дальнейшие боевые действия были приостановлены из-за растянутости русских коммуникаций, и незначительности сил Кавказского корпуса для наступления на столь обширном театре боевых действий. 2 (14) сентября 1829 года был подписан Адрианопольский мир. Россия вернула Турции большинство занятых крепостей, включая Эрзерум, Карс и Баязет. За Россией остался участок побережья Черного моря, включая Анапу, Сухум и Поти, крепости Ахалкалаки и Ахалцихе. Порта признавала переход в состав России Грузии (Картли-Кахетии, Имеретии, Мингрелии и Гурии), а также Эриванского и Нахичеванского ханств, переданных Персией по Туркманчайскому мирному договору 1828 г.

Разгром турецкой армии в сражении у Каинлы

Портрет русского полководца Ивана Фёдоровича Паскевича. Франц Крюгер, 1834 год

Картина дня

наверх